г. Воронеж

, ветер  м/с.

• Днём небольшой снег, -10°…-9°, ветер восточный 2.8 м/с.

• Вечером небольшой снег, -11°…-10°, ветер восточный 2.4 м/с.

• Ночью небольшой снег, -11°…-10°, ветер восточный 2.4 м/с.

• Утром небольшой снег, -11°…-9°, ветер восточный 2.5 м/с.

  • $ 66,43
  • € 75,38
06.12.2018 19:09
  • 144
  • 0
  • 0
Общество

Все стремились помочь Армении

Седьмого декабря 1988-го землетрясение разрушило армянские города Спитак и Ленинакан. О событиях 30-летней давности вспоминает участник ликвидации последствий землетрясения воронежец Дмитрий Прусаков.

Все стремились помочь Армении

Эхо трагедии |Тридцать лет назад, 7 декабря 1988 года, случилось землетрясение, разрушившее армянские города Спитак и Ленинакан

Сейчас вспоминаю и вновь переживаю события тридцатилетней давности. Казалось бы, должна уже размыться картина, стереться детали происшедшей в Армении трагедии. Трагедии, не только в один миг лишившей жизни десятки тысяч людей и сотни тысяч крова, но и объединившей на короткое время перед окончательным распадом все многочисленные народы СССР.

Дмитрий ПРУСАКОВ, участник
ликвидации последствий
землетрясения в Ленинакане


г.Воронеж

О разрушительном землетрясении в армянских городах Спитак и Ленинакан 7 декабря сообщила программа «Время».

Масштаб катастрофы стал понятен только на следующий день. Юридический факультет ВГУ бурлил, большинство разговоров были посвящены этой теме, всем хотелось хоть как-то помочь. Моё предложение о сдаче крови для пострадавших прошло на ура, к юристам присоединились ребята с других факультетов, большой группой отправились на Станцию переливания крови, где уже была очередь из таких же доноровдобровольцев. Во время забора крови произошёл конфуз: узнав при опросе, что я в армии переболел гепатитом, меня исключили из числа доноров. После сдачи крови почти в том же составе направились в общежитие – знаменитую университетскую «Тройку» на улице Фридриха Энгельса.

Мысль о возможном личном участии в спасательных работах, возникшая у кого-то из старшекурсников, мгновенно овладела массами. За реализацию идеи взялись Олег Старченков и Сергей Комаров – профорг и комсорг курса. Благодаря поддержке руководства университета и факультета нам удалось выйти на спешно организованный Центральный штаб, занимавшийся вопросами оказания помощи пострадавшим после землетрясения районам и сделать заявку на отправку в Армению спасательного отряда от ВГУ.

Время стремительно уходило, отправка отряда оставалась под вопросом, наконец, названа дата вылета – 13 декабря, вместе с работниками Воронежского механического завода, сопровождающими продукты для действующего заводского спасательного отряда и гуманитарный груз – матрасы, печки, оборудование для газовой сварки.

Вечером сбор у здания военной кафедры ВГУ, в составе отряда – студенты юридического (Рубен Базинян, Юрий Бобров, Валерий Богатов, Сергей Елфимов, Игорь Кравченко, Михаил Лещенко, Дмитрий Прусаков, Станислав Рывкин, Олег Старченков, Андрей Шибаев, Анатолий Щуров) и геологического (помню, к сожалению, только Валерия Дронова) факультетов университета, прикрепленный врач Владимир Золоедов. Из экипировки у нас с собой палатки, спальные мешки (помогла организация туристов ВГУ) и защитные костюмы Л-1. В ящиках продукты – тушёнка, крупы на первое время и посуда.

На автобусе едем в аэропорт, делимся на группы и грузимся в два принадлежащих мехзаводу самолёта. Группу, в которую попал и я, разместили в грузовом Ан-26, с маленьким, буквально на четырех человек пассажирским отсеком, предназначенным для отдыха экипажа. В него набилось человек шестьвосемь, для кого-то «воздушное путешествие» прошло на простых деревянных табуретках. Пассажирский Як взлетает первым, следом – мы.

Через некоторое время полёта – информация от лётчиков: «Ленинакан не принимает из-за погодных условий, садимся в Минеральных Водах». В помещениях аэропорта некуда ступить, он заполнен до отказа застрявшими из-за плохой погоды людьми. В поисках места для ночлега даже пытались «пристроиться» в вытрезвителе местного ОВД, но и там уже всё занято. Когда уже совсем отчаялись, удалось договориться о ночёвке за плату в стоявшем около воздушного вокзала «Икарусе». На улице – минусовая температура, водитель прогревает салон, заполняя его не столько теплом, сколько газами от сгоревшей солярки. Изогнувшись вокруг ручек сидений в неудобных позах, а кому повезло – на полу, мы тем не менее засыпаем.

На следующий день самолёт получает разрешение на вылет, короткий перелёт и 14 декабря мы на месте, в Ленинакане. Выгрузив свои вещи, остаёмся возле самолёта в ожидании информации о дальнейшем маршруте, оглядываемся по сторонам. Следы прошедшего землетрясения бросаются в глаза: частично обрушившееся здание аэропорта, отсутствие стёкол в окнах, загаженный туалет без воды. Вся прилегающая к взлётной полосе территория завалена кучами различных вещей, в спешке выгруженных из постоянно прибывающих самолётов. Абсолютно новые одежда, еда, палатки, матрасы и другие вещи лежат на земле под открытым небом в беспорядке.


Группа воронежских студентов перед вылетом из Ленинакана.
Декабрь 1988г. Фото из личного архива Владимира ЗОЛОЕДОВА.

За нами приходят машины, едем в кузове грузовика, по дороге замечаем на обочине горы строительного мусора и обломков. Навстречу из города цепью движутся самосвалы, они и вывозят из города остатки зданий и домов, выгружая их на обочину рядом с дорогой. Сам город произвёл гнетущее впечатление: по дороге не попалось ни одного целого строения. Я, прослужив срочную службу в Афганистане, неоднократно был свидетелем применения тяжелого оружия, авиабомб, проходил через места, где это оружие применялось, но даже тот опыт не шёл ни в какое сравнение с масштабом увиденных здесь разрушений. Высотные здания все легли, множество трех-, пятиэтажных были разрушены полностью или частично, более-менее сохранился только частный сектор. На центральной площади и кое-где на расчищенных тротуарах улиц стояли штабеля гробов.

Наш основной объект – Ленинаканская чулочно-носочная фабрика. Производственные цеха в момент толчка рухнули, здание заводоуправления обрушилось частично. 7 декабря была среда, обычный рабочий день и почти вся смена осталась под завалами.

Мы расположились неподалёку от фабрики, на территории детского садика, поставили палатки, сложили вещи, пытаясь хоть как-то обустроить быт. Несмотря на то, что с момента землетрясения прошла уже неделя, различной силы толчки периодически повторялись и люди боялись оставаться в сохранившихся домах, к тому же стоявших без электроэнергии, тепло- и водоснабжения. Температура опустилась (по ощущениям, ночью до минус восьми-десяти градусов мороза), спальники примерзали к земле. В таких условиях 15 декабря я встретил свой 24-й день рождения. Местные говорили, что таких морозов не помнят, природа как будто намеренно отнимала у находящихся в завалах еще живых людей возможность выжить и спастись. Через пару дней холода заставят нас пренебречь опасностью и перебраться в здание садика.

К нашему приезду при разборке завалов всё чаще начали применять тяжёлую технику. Из-за холода почти до нуля упала вероятность обнаружения в завалах живых людей, работа по поиску которых велась круглосуточно. За время нашего нахождения в Ленинакане – почти две недели – спасли только нескольких выживших и не на нашем объекте. Все обнаруженные нами люди при разборке завалов на фабрике и в других местах – в большинстве своём женщины, были уже мертвы, и единственное, что мы могли для них сделать, – быть бережнее с их изломанными, замороженными телами.

Большинство выживших покинули город, остались лишь те, кто надеялся найти пропавших родственников, живых или мёртвых. Эти люди почти не участвовали в работах, печально сидели в отдалении, оживлялись только при обнаружении очередного тела, подходили в надежде опознать кого-то из близких. Жители продолжали покидать город, изредка обращаясь к нам и другим спасателям за помощью – погрузить, что уцелело из имущества. Мы никогда не отказывали, испытывая чувство вины за своё бессилие помочь в самом главном – спасти людей.

По прошествии времени всё очевиднее становилась бессмысленность дальнейшего поиска выживших, и сам собой возник вопрос о нашем возвращении домой. С 25 декабря мы уже ждали «попутку» до Воронежа, которая появилась только 27 декабря. Возвращались в Воронеж мы на огромном Ил-76ТД, приземлились поздно вечером на аэродроме авиационного завода. К большой радости – оказаться на Новый год дома, добавилась еще и маленькая: на аэродроме нас ждали автобусы, направленные по команде городских властей, которые развезли всех по домам.

Завершилась эта история приглашением в горком партии, где нам каждому вручили Благодарность от горкома КПСС, горисполкома и горкома ВЛКСМ и сборник рассказов Зощенко (огромный дефицит в те времена).

Источник: газета «Коммуна» |№95 (26842) | Пятница, 7 декабря 2018 года

Плюсануть
Поделиться
Класснуть