Array
(
[ID] => 76247
[TIMESTAMP_X] => Bitrix\Main\Type\DateTime Object
(
[value:protected] => DateTime Object
(
[date] => 2018-12-10 13:24:00.000000
[timezone_type] => 3
[timezone] => UTC
)
)
[MODULE_ID] => iblock
[HEIGHT] => 80
[WIDTH] => 80
[FILE_SIZE] => 18286
[CONTENT_TYPE] => image/jpeg
[SUBDIR] => iblock/0cf
[FILE_NAME] => 26Pavlov copy copy.jpg
[ORIGINAL_NAME] => 26Pavlov copy copy.jpg
[DESCRIPTION] =>
[HANDLER_ID] =>
[EXTERNAL_ID] => 8b5b103a22d306af9ab48ad468f16fe4
[~src] =>
[SRC] => /upload/iblock/0cf/26Pavlov copy copy.jpg
[UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/0cf/26Pavlov copy copy.jpg
[SAFE_SRC] => /upload/iblock/0cf/26Pavlov%20copy%20copy.jpg
[ALT] => Монолог ликвидатора
[TITLE] => Новости
)
Array
(
[DETAIL_PICTURE] =>
[~DETAIL_PICTURE] =>
[SHOW_COUNTER] => 1472
[~SHOW_COUNTER] => 1472
[ID] => 163674
[~ID] => 163674
[IBLOCK_ID] => 52
[~IBLOCK_ID] => 52
[IBLOCK_SECTION_ID] => 269
[~IBLOCK_SECTION_ID] => 269
[NAME] => Монолог ликвидатора
[~NAME] => Монолог ликвидатора
[ACTIVE_FROM] => 26.04.2013 09:25:04
[~ACTIVE_FROM] => 26.04.2013 09:25:04
[TIMESTAMP_X] => 10.12.2018 19:24:00
[~TIMESTAMP_X] => 10.12.2018 19:24:00
[DETAIL_PAGE_URL] => /obshchestvo/monolog_likvidatora/
[~DETAIL_PAGE_URL] => /obshchestvo/monolog_likvidatora/
[LIST_PAGE_URL] => /novosti/
[~LIST_PAGE_URL] => /novosti/
[DETAIL_TEXT] =>
Сегодня - Международный день памяти жертв радиационных аварий и катастроф
 |
Отдав сполна свой гражданский долг
Родине, Валерий Павлов остался
ни с чем. Фото Михаила Вязового |
Пройдя сквозь ад Чернобыля, он оказался брошенным государством
Носить бы ему серебро трёх его «чернобыльских» медалей с достоинством человека, спасавшего страну и людей от последствий ядерной катастрофы. Да только вот медали есть, а от человека спасённая им страна хамовито отвернулась. Хотя ехал он в ядерное пекло Чернобыля не за длинным рублём и не по своей воле…
Николай Кардашов
г.Лиски, Воронежская область
- В последних числах апреля 88-го колю я дрова во дворе после работы, - рассказывает Валерий Павлов. – Оглянулся на скрип калитки – кадровичка нашего завода «Спецжелезобетон» входит. Протягивает мне военкоматовскую повестку и расписаться за неё просит. А я в том Чернобыле, вроде, ничего не забывал… Словом, два часа, пока я дрова колол, уговаривала она меня взять ту повестку.
Военкомату нужно было направить в Припять сорок резервистов-ликвидаторов. В списке я значился пятьдесят вторым. Назавтра объявили всем сбор. Мне сказали: «Приходи на всякий случай, для подстраховки».
Четвертого мая собрали вновь. Явился я, в чём был: лишь десять рублей в кармане – говорили же, что не отправят. Куда там, отвезли автобусами в Воронеж. На сборном пункте сделали перекличку, без всяких медкомиссий в окружении солдат внутренних войск колонной погнали на вокзал Воронеж-1. Разместили в вагонах, двери которых закрутили проволокой.
До Киева везли, будто «зеков», в сопровождении прапорщиков и подполковника из тюремной охраны. У киевского перрона – колонна крытых брезентом машин и те же солдаты-краснопогонники.
Привезли в палаточный городок войсковой части, расквартированной у села Оранное, что в 42 километрах от Чернобыля. Здесь я пробыл почти два месяца. Переодели в солдатское хэбэ, сфотографировали для пропусков.
Выдали «средства защиты» - ватно-марлевые повязки.
Лекция по безопасности сводилась к одному – повязки не снимать. До этой поездки я был на сборах при воинской части в Боброве: мы там неделю красили заборы, белили бордюры, клумбы сажали. В общем, к работе в радиоактивной зоне был подготовлен «по полной».
Стали нас возить на саму АЭС: в санпропускнике заставляли надевать «грязную» одежду, рядом с которой вешали свою повседневную, «чистую». Работали в третьем энергоблоке, рядом с взорвавшимся четвёртым.
Опускались в подвал, зубилами и молотками долбили фонящий бетон. Мы долбили, а товарищи складывали куски в полиэтиленовые мешки и на спине поднимали наверх. Потом «КамАЗы» отвозили мешки в могильник. У каждого из нас на груди был прикреплён дозиметр. Через двадцать минут работы стрелка моего прибора начинала зашкаливать. Появлялась страшная резь в глазах, горело горло.
Графитовая пыль попадала на зубы – ощущение, будто челюсть ломом выкорчёвывали. Реактор ведь бурлил, пока не вытащили стержни и не накрыли его саркофагом.
Обедали в столовой, размещённой здесь же, в административном здании. Кормили капитально, четыре раза в день. Потом переодевались в «чистое», и колонна «грязных» машин увозила ликвидаторов на хутор Лилев, что в 9 километрах от станции. Там пересаживались в «чистые» машины, отвозившие нас в свою часть.
Около месяца мне пришлось работать и в другой части, расположенной в самом Чернобыле. Это была часть химзащиты, которой в то время командовал генерал-майор Дмитрий Шуталиев. У них не хватало прапорщиков, и меня назначили на эту должность привозить воду и убирать в офицерском общежитии.
Офицеры приходили со станции в «грязной» одежде, так что графитовая пыль песком сыпалась даже с простыней.
В один из дней я почувствовал себя совсем плохо: кружилась голова, необычная вялость во всём теле – еле доплёлся до медпункта. Врач измерил давление: 60 на 40. Говорит: «Если тебя завтра не вывезут из зоны, то до «дембеля» не доживёшь – слишком много «переел» радиации». В палаточном городке врач померил мне температуру – 39,9. «Ты, – говорит, - подмышки солью натёр». И суёт мне градусник в рот – тот снова 39,9 показывает.
Два дня я трупом валялся в палатке «на реабилитации», без всяких лекарств.
Потом стали снова возить на АЭС – копали возле неё колхозную картошку для столовой, обшивали «грязные» стены железнодорожной станции для электричек на Славутич пластиком. Под конец заставили нас мешками палить бумаги со списками людей, привлечённых к ликвидации аварии. Потом выдали военные билеты и проездные документы на поезд Киев-Воронеж. Ни суточных, ни сухого пайка…
Всего за 83 чернобыльских дня я набрал 250 рентген.
В военкомате встречали как героев – обещали льготы и по двадцать окладов. На деле же я получил за Чернобыль 800 рублей за четыре месяца.
Стоял первым в льготной очереди на получение квартиры, стал 252-м в общей – ничего, говорят, не положено тем, кто был в Чернобыле после 1986 года. Приехали вечером домой люди из военкомата и забрали военное удостоверение ликвидатора, заменив его гражданским, где я стал числиться не ликвидатором, а участником.
Здоровье? Да никакое. Лет двенадцать подряд задыхался – внутри ведь всё обожжено. Потом не стал чувствовать ног – они до самых колен, как у покойника, холодные и будто не мои.
Положили в больницу. Сестра, делавшая уколы, говорит: «Что ж ты такой жадный – получаешь тыщи «чернобыльских», а на шоколадку мне дать скупишься». Какие там тыщи, когда дорогущие лекарства покупать не на что – лечат-то не как чернобыльца. Да и то: выписывают рецепт, прихожу в аптеку, а там говорят, что таких лекарств нет. Раз тридцать-сорок так походил в аптеку, но ни разу ещё нужных лекарств не застал. Путёвку в санаторий жду шестой год.
Язва вот открылась – с работы списали: у нас, говорят, нужно работать, а не болеть. Куда ни приду устраиваться, начальники смотрят документы: «Э-э, да ты чернобылец - нам инвалиды не нужны. Вы сами туда поехали».
• • • • •
Такой вот безотрадный монолог чернобыльца Валерия Павлова. Отечественные чиновники не признают его ликвидатором. Несмотря на справку начальника Управления Генштаба ВС РФ генерал-лейтенанта В.Смирнова, гласящую, что «Павлов В.Н. в течение 83 дней мая-августа 1988 года выполнял служебные обязанности по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС».
Несмотря на нагрудный знак «Участник ликвидации последствий аварии ЧАЭС» и медали «За спасение погибавших» и «В память о ликвидации катастрофы на ЧАЭС». А у него другая память о той военкоматовской командировке к берегам Припяти, кипящим радиацией: букет болезней без нужных лекарств, 445 бэр облучения, зафиксированных в медицинской справке, да издевательские 300 рублей в год от соцзащиты на «поддержку здоровья».
Живёт Валерий Павлов в стареньком отцовском домике довоенной постройки вместе с женой, стариком-отцом, двумя детьми, двумя внуками и зятем. Говорит с болью:
- Жаловаться? А кому? Писал бывшему губернатору Кулакову. Ответа не получил. Писал в Российский Межведомственный экспертный совет по установлению причинной связи заболевания и инвалидности граждан, подвергшихся радиационному воздействию. Ответ цитирую: «Межведомственные экспертные советы могут принимать на рассмотрение документы граждан… при направлении материалов дела органами управления здравоохранения субъектов РФ. Документы, направленные лично заявителем, к рассмотрению не принимаются».
Писал в Главное управление социального развития Воронежской области. Ответ из этого почтенного ведомства гласит: «К сожалению, ни к одной из перечисленных выше категорий граждан ни Вы, ни члены семьи не относитесь и, соответственно, право на обеспечение жильём за счёт средств федерального бюджета… не имеете».
Дважды обращался к Президенту страны и оба раза получал извещение, что «Ваше обращение направлено…».
Писал, наконец, уполномоченному по правам человека в Российской Федерации. В ответ на четырёх листах получил рекомендации – какие условия нужно соблюсти, чтобы жалоба была принята к рассмотрению. Только в Воронежской общественной организации «Союз «Чернобыль» честно сказали, что нужны профессиональные юристы, «которые помогут Вам защитить свои права и получить от государства те денежные средства, которые не доплачивались в течение целого ряда лет».
Но для этого у Валерия Павлова нет ни сил, ни средств.
Источник: газета «Коммуна» № 58 (26080), 26.04.2013г.
Чтобы оставить комментарий, необходимо или .
[~DETAIL_TEXT] =>
Сегодня - Международный день памяти жертв радиационных аварий и катастроф
| |
Отдав сполна свой гражданский долг
Родине, Валерий Павлов остался
ни с чем. Фото Михаила Вязового |
Пройдя сквозь ад Чернобыля, он оказался брошенным государством
Носить бы ему серебро трёх его «чернобыльских» медалей с достоинством человека, спасавшего страну и людей от последствий ядерной катастрофы. Да только вот медали есть, а от человека спасённая им страна хамовито отвернулась. Хотя ехал он в ядерное пекло Чернобыля не за длинным рублём и не по своей воле…
Николай Кардашов
г.Лиски, Воронежская область
- В последних числах апреля 88-го колю я дрова во дворе после работы, - рассказывает Валерий Павлов. – Оглянулся на скрип калитки – кадровичка нашего завода «Спецжелезобетон» входит. Протягивает мне военкоматовскую повестку и расписаться за неё просит. А я в том Чернобыле, вроде, ничего не забывал… Словом, два часа, пока я дрова колол, уговаривала она меня взять ту повестку.
Военкомату нужно было направить в Припять сорок резервистов-ликвидаторов. В списке я значился пятьдесят вторым. Назавтра объявили всем сбор. Мне сказали: «Приходи на всякий случай, для подстраховки».
Четвертого мая собрали вновь. Явился я, в чём был: лишь десять рублей в кармане – говорили же, что не отправят. Куда там, отвезли автобусами в Воронеж. На сборном пункте сделали перекличку, без всяких медкомиссий в окружении солдат внутренних войск колонной погнали на вокзал Воронеж-1. Разместили в вагонах, двери которых закрутили проволокой.
До Киева везли, будто «зеков», в сопровождении прапорщиков и подполковника из тюремной охраны. У киевского перрона – колонна крытых брезентом машин и те же солдаты-краснопогонники.
Привезли в палаточный городок войсковой части, расквартированной у села Оранное, что в 42 километрах от Чернобыля. Здесь я пробыл почти два месяца. Переодели в солдатское хэбэ, сфотографировали для пропусков.
Выдали «средства защиты» - ватно-марлевые повязки.
Лекция по безопасности сводилась к одному – повязки не снимать. До этой поездки я был на сборах при воинской части в Боброве: мы там неделю красили заборы, белили бордюры, клумбы сажали. В общем, к работе в радиоактивной зоне был подготовлен «по полной».
Стали нас возить на саму АЭС: в санпропускнике заставляли надевать «грязную» одежду, рядом с которой вешали свою повседневную, «чистую». Работали в третьем энергоблоке, рядом с взорвавшимся четвёртым.
Опускались в подвал, зубилами и молотками долбили фонящий бетон. Мы долбили, а товарищи складывали куски в полиэтиленовые мешки и на спине поднимали наверх. Потом «КамАЗы» отвозили мешки в могильник. У каждого из нас на груди был прикреплён дозиметр. Через двадцать минут работы стрелка моего прибора начинала зашкаливать. Появлялась страшная резь в глазах, горело горло.
Графитовая пыль попадала на зубы – ощущение, будто челюсть ломом выкорчёвывали. Реактор ведь бурлил, пока не вытащили стержни и не накрыли его саркофагом.
Обедали в столовой, размещённой здесь же, в административном здании. Кормили капитально, четыре раза в день. Потом переодевались в «чистое», и колонна «грязных» машин увозила ликвидаторов на хутор Лилев, что в 9 километрах от станции. Там пересаживались в «чистые» машины, отвозившие нас в свою часть.
Около месяца мне пришлось работать и в другой части, расположенной в самом Чернобыле. Это была часть химзащиты, которой в то время командовал генерал-майор Дмитрий Шуталиев. У них не хватало прапорщиков, и меня назначили на эту должность привозить воду и убирать в офицерском общежитии.
Офицеры приходили со станции в «грязной» одежде, так что графитовая пыль песком сыпалась даже с простыней.
В один из дней я почувствовал себя совсем плохо: кружилась голова, необычная вялость во всём теле – еле доплёлся до медпункта. Врач измерил давление: 60 на 40. Говорит: «Если тебя завтра не вывезут из зоны, то до «дембеля» не доживёшь – слишком много «переел» радиации». В палаточном городке врач померил мне температуру – 39,9. «Ты, – говорит, - подмышки солью натёр». И суёт мне градусник в рот – тот снова 39,9 показывает.
Два дня я трупом валялся в палатке «на реабилитации», без всяких лекарств.
Потом стали снова возить на АЭС – копали возле неё колхозную картошку для столовой, обшивали «грязные» стены железнодорожной станции для электричек на Славутич пластиком. Под конец заставили нас мешками палить бумаги со списками людей, привлечённых к ликвидации аварии. Потом выдали военные билеты и проездные документы на поезд Киев-Воронеж. Ни суточных, ни сухого пайка…
Всего за 83 чернобыльских дня я набрал 250 рентген.
В военкомате встречали как героев – обещали льготы и по двадцать окладов. На деле же я получил за Чернобыль 800 рублей за четыре месяца.
Стоял первым в льготной очереди на получение квартиры, стал 252-м в общей – ничего, говорят, не положено тем, кто был в Чернобыле после 1986 года. Приехали вечером домой люди из военкомата и забрали военное удостоверение ликвидатора, заменив его гражданским, где я стал числиться не ликвидатором, а участником.
Здоровье? Да никакое. Лет двенадцать подряд задыхался – внутри ведь всё обожжено. Потом не стал чувствовать ног – они до самых колен, как у покойника, холодные и будто не мои.
Положили в больницу. Сестра, делавшая уколы, говорит: «Что ж ты такой жадный – получаешь тыщи «чернобыльских», а на шоколадку мне дать скупишься». Какие там тыщи, когда дорогущие лекарства покупать не на что – лечат-то не как чернобыльца. Да и то: выписывают рецепт, прихожу в аптеку, а там говорят, что таких лекарств нет. Раз тридцать-сорок так походил в аптеку, но ни разу ещё нужных лекарств не застал. Путёвку в санаторий жду шестой год.
Язва вот открылась – с работы списали: у нас, говорят, нужно работать, а не болеть. Куда ни приду устраиваться, начальники смотрят документы: «Э-э, да ты чернобылец - нам инвалиды не нужны. Вы сами туда поехали».
• • • • •
Такой вот безотрадный монолог чернобыльца Валерия Павлова. Отечественные чиновники не признают его ликвидатором. Несмотря на справку начальника Управления Генштаба ВС РФ генерал-лейтенанта В.Смирнова, гласящую, что «Павлов В.Н. в течение 83 дней мая-августа 1988 года выполнял служебные обязанности по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС».
Несмотря на нагрудный знак «Участник ликвидации последствий аварии ЧАЭС» и медали «За спасение погибавших» и «В память о ликвидации катастрофы на ЧАЭС». А у него другая память о той военкоматовской командировке к берегам Припяти, кипящим радиацией: букет болезней без нужных лекарств, 445 бэр облучения, зафиксированных в медицинской справке, да издевательские 300 рублей в год от соцзащиты на «поддержку здоровья».
Живёт Валерий Павлов в стареньком отцовском домике довоенной постройки вместе с женой, стариком-отцом, двумя детьми, двумя внуками и зятем. Говорит с болью:
- Жаловаться? А кому? Писал бывшему губернатору Кулакову. Ответа не получил. Писал в Российский Межведомственный экспертный совет по установлению причинной связи заболевания и инвалидности граждан, подвергшихся радиационному воздействию. Ответ цитирую: «Межведомственные экспертные советы могут принимать на рассмотрение документы граждан… при направлении материалов дела органами управления здравоохранения субъектов РФ. Документы, направленные лично заявителем, к рассмотрению не принимаются».
Писал в Главное управление социального развития Воронежской области. Ответ из этого почтенного ведомства гласит: «К сожалению, ни к одной из перечисленных выше категорий граждан ни Вы, ни члены семьи не относитесь и, соответственно, право на обеспечение жильём за счёт средств федерального бюджета… не имеете».
Дважды обращался к Президенту страны и оба раза получал извещение, что «Ваше обращение направлено…».
Писал, наконец, уполномоченному по правам человека в Российской Федерации. В ответ на четырёх листах получил рекомендации – какие условия нужно соблюсти, чтобы жалоба была принята к рассмотрению. Только в Воронежской общественной организации «Союз «Чернобыль» честно сказали, что нужны профессиональные юристы, «которые помогут Вам защитить свои права и получить от государства те денежные средства, которые не доплачивались в течение целого ряда лет».
Но для этого у Валерия Павлова нет ни сил, ни средств.
Источник: газета «Коммуна» № 58 (26080), 26.04.2013г.
Чтобы оставить комментарий, необходимо или .
[DETAIL_TEXT_TYPE] => html
[~DETAIL_TEXT_TYPE] => html
[PREVIEW_TEXT] =>
[~PREVIEW_TEXT] => Пройдя сквозь ад Чернобыля, житель Воронежской области Валерий Павлов оказался брошенным государством. Хотя ехал он в ядерное пекло Чернобыля не за длинным рублём и не по своей воле…
[PREVIEW_TEXT_TYPE] => html
[~PREVIEW_TEXT_TYPE] => html
[PREVIEW_PICTURE] => Array
(
[ID] => 76247
[TIMESTAMP_X] => Bitrix\Main\Type\DateTime Object
(
[value:protected] => DateTime Object
(
[date] => 2018-12-10 13:24:00.000000
[timezone_type] => 3
[timezone] => UTC
)
)
[MODULE_ID] => iblock
[HEIGHT] => 80
[WIDTH] => 80
[FILE_SIZE] => 18286
[CONTENT_TYPE] => image/jpeg
[SUBDIR] => iblock/0cf
[FILE_NAME] => 26Pavlov copy copy.jpg
[ORIGINAL_NAME] => 26Pavlov copy copy.jpg
[DESCRIPTION] =>
[HANDLER_ID] =>
[EXTERNAL_ID] => 8b5b103a22d306af9ab48ad468f16fe4
[~src] =>
[SRC] => /upload/iblock/0cf/26Pavlov%20copy%20copy.jpg
[UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/0cf/26Pavlov copy copy.jpg
[SAFE_SRC] => /upload/iblock/0cf/26Pavlov%20copy%20copy.jpg
[ALT] => Монолог ликвидатора
[TITLE] => Новости
)
[~PREVIEW_PICTURE] => 76247
[LANG_DIR] => /
[~LANG_DIR] => /
[SORT] => 500
[~SORT] => 500
[CODE] => monolog_likvidatora
[~CODE] => monolog_likvidatora
[EXTERNAL_ID] => 70806
[~EXTERNAL_ID] => 70806
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[IBLOCK_CODE] => novosti
[~IBLOCK_CODE] => novosti
[IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[LID] => ru
[~LID] => ru
[EDIT_LINK] =>
[DELETE_LINK] =>
[DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 26.04.2013 09:25
[FIELDS] => Array
(
[DETAIL_PICTURE] =>
[SHOW_COUNTER] => 1472
)
[PROPERTIES] => Array
(
[REGION_ID] => Array
(
[ID] => 279
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Регион
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 40
[CODE] => REGION_ID
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => E
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 37
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Регион
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[AUTHOR_ID] => Array
(
[ID] => 280
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Автор
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 50
[CODE] => AUTHOR_ID
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => E
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 36
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Автор
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[SIGN] => Array
(
[ID] => 281
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Подпись
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 55
[CODE] => SIGN
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Подпись
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[FORYANDEX] => Array
(
[ID] => 278
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Экспорт для Яндекса
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 90
[CODE] => FORYANDEX
[DEFAULT_VALUE] => Нет
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] => 220
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Экспорт для Яндекса
[~DEFAULT_VALUE] => Нет
)
[IS_MAIN] => Array
(
[ID] => 282
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-14 14:39:11
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Самая главная
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 100
[CODE] => IS_MAIN
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Самая главная
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[IS_IMPORTANT] => Array
(
[ID] => 283
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-14 14:39:11
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Важная
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 150
[CODE] => IS_IMPORTANT
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Важная
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[WITH_WATERMARK] => Array
(
[ID] => 290
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-18 09:33:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Все фото с водяным знаком
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 200
[CODE] => WITH_WATERMARK
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Все фото с водяным знаком
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[MORE_PHOTO] => Array
(
[ID] => 284
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Фото
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 250
[CODE] => MORE_PHOTO
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => F
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Фото
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[TEXT] => Array
(
[ID] => 285
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Абзацы
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 300
[CODE] => TEXT
[DEFAULT_VALUE] => Array
(
[TEXT] =>
[TYPE] => HTML
)
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] => ISWIN_HTML
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] => Array
(
[height] => 200
)
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Абзацы
[~DEFAULT_VALUE] => Array
(
[TEXT] =>
[TYPE] => HTML
)
)
[CNT_LIKES] => Array
(
[ID] => 286
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Кол-во "Нравится"
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 1000
[CODE] => CNT_LIKES
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => N
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Кол-во "Нравится"
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[CNT_DISLIKES] => Array
(
[ID] => 287
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Кол-во "Не нравится"
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 1001
[CODE] => CNT_DISLIKES
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => N
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Кол-во "Не нравится"
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
)
[DISPLAY_PROPERTIES] => Array
(
)
[IPROPERTY_VALUES] => Array
(
[ELEMENT_META_TITLE] => Монолог ликвидатора
[ELEMENT_META_DESCRIPTION] => Пройдя сквозь ад Чернобыля, житель Воронежской области Валерий Павлов оказался брошенным государством. Хотя ехал он в ядерное пекло Чернобыля не за длинным рублём и не по своей воле…
[ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT] =>
[ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE] => Новости
[SECTION_META_TITLE] => Монолог ликвидатора
[SECTION_META_DESCRIPTION] => Монолог ликвидатора - Главные новости Воронежа и области
)
[RES_MOD] => Array
(
[TITLE] => Монолог ликвидатора
[SECTIONS] => Array
(
[269] => Array
(
[ID] => 269
[~ID] => 269
[IBLOCK_ELEMENT_ID] => 163674
[~IBLOCK_ELEMENT_ID] => 163674
[NAME] => Общество
[~NAME] => Общество
[IBLOCK_ID] => 52
[~IBLOCK_ID] => 52
[SECTION_PAGE_URL] => /obshchestvo/
[~SECTION_PAGE_URL] => /obshchestvo/
[CODE] => obshchestvo
[~CODE] => obshchestvo
[EXTERNAL_ID] => 142
[~EXTERNAL_ID] => 142
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[IBLOCK_CODE] => novosti
[~IBLOCK_CODE] => novosti
[IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[GLOBAL_ACTIVE] => Y
[~GLOBAL_ACTIVE] => Y
)
)
[IS_ADV] =>
[CONTROL_ID] => bx_4182259225_163674
[CNT_LIKES] => 0
[ACTIVE_FROM_TITLE] => 26.04.2013 09:25:04
)
)
