20.11.2013 09:20

Книжная полка. Что значит советский человек

20.11.2013 09:20

В издательстве Воронежского госуниверситета вышла из печати монография «Материальное положение населения РСФСР».

Совсем недавно в издательстве Воронежского государственного университета вышла из печати большая монография «Материальное положение населения РСФСР». Её автор - кандидат исторических наук В.Перцев. На основе анализа архивных материалов как опубликованных, так и ещё не востребованных специалистами, он представил широкую и многоуровневую панораму противоречивых процессов во второй половине 50-80-х годов прошлого века.

В заслугу автора следует отнести его независимое, лишённое воздействия современных негативных экономических и политологических журналистских оценок советского времени, отношение к исследуемому периоду. Он убедительно демонстрирует действительность, а не мнимость экономической и социальной стабильности страны и Центрального Черноземья тех лет. По его мнению, она определялась существенным увеличением численности населения, экономическими преобразованиями и ростом в промышленности и сельскохозяйственном производстве.

Именно это, несмотря на известные издержки в планировании и «гонку вооружений» с США, уже к концу 60-х годов позволило добиться выравнивания доходов различных категорий тружеников города и деревни, перейти на единую систему стимулирования и оплаты труда и тем самым в известной степени реализовать принцип примерного равенства («от каждого по способностям, каждому по труду»), заложенный в главном программном тезисе руководящих документов КПСС в те годы.

Действительно, такая фундаментальная установка и её реализация на практике стала возможной благодаря регулярно повышавшемуся минимальному размеру оплаты труда и увеличению среднемесячного заработка рабочих и служащих, росту выплат из общественных фондов материального поощрения.

Так, если за период с 1960 по 1965 год среднемесячная заработная плата рабочих и служащих народного хозяйства РСФСР увеличилась на 119,1%, то с 1965 по 1970 г. – на 127,4%. Воздействие этого фактора на темпы роста материального благосостояния народа автор поэтапно прослеживает на источниковедческом, историографическом и конкретно-научном уровнях (С. 69, 119, 184). Ему удалось сформулировать оригинальную концепцию социальной истории населения Центрального Черноземья и страны в целом, опровергающую голословно-отрицательные оценки советского периода адептами современной (национальной) буржуазной историографии России.

Заслуга рецензируемого труда и в другом. В нём впервые в отечественной историографии собран, обобщён и введён в научный оборот весьма существенный для решения поставленной задачи фактический, невостребованный ранее материал из архивных фондов разных областей Центрального Черноземья. Данная особенность придаёт ему фундаментальность.

Вместе с тем автору не удалось избежать отдельных погрешностей. Можно не согласиться с точкой зрения В. Перцева, изложенной им уже в самом начале книги. Характеризуя целевые установки Советского государства в период, последовавший после восстановления разрушенного войной народного хозяйства, он пишет, что «на соразмерном сочетании материальных благ и морально-психологических критериев преследовалась цель, связанная с достижением абсолютно равного материального положения народа».

Такая трактовка, как нам представляется, излишне абсолютизирует сущность вопроса и отображает не вполне адекватное исторической эпохе представление относительно целей и задач, решаемых Советским государством и его руководством, особенно в послевоенный период, в области улучшения условий жизни разных категорий трудящихся.

Не лучшим образом обстоит дело у автора и с переносом понятия «потребительское общество» на советский народ тех лет. Он полагает возможным использование данного термина для характеристики скрытой сущности «социального развития советского государства в обозначенный период». Причём, как свидетельствуют многочисленные оговорки, сам В.Перцев понимает недопустимость такой трактовки, указывая на «расхождения между политически обоснованным эталоном жизненного уровня советского человека и практическим его содержанием». В данном случае следует вспомнить, что понятие «общество потребления» в нашей стране тех лет было ругательным, поскольку целевая установка была совершенно иной.

По большому счёту, КПСС ориентировала общество на цели созидания, производство, достижение материальной, экономической и социальной самодостаточности человека его личным участием в общественно полезной деятельности. Такая целевая установка не замыкалась на поиске способов обеспечения своего личного материального достатка, да ещё посредством нетрудовых доходов (спекуляции, «неучтённых доходов», использования с целью обогащения госсобственности).

Справедливости ради следует отметить, что подобного рода погрешности в книге В.Перцева чрезвычайно редки. Напротив, можно перечислить целый ряд открытий, совершённых автором в процессе аналитической работы. В частности, следует отметить весьма глубокую и удачную формулировку автором критериев определения уровней понятия «социальное благополучие населения». С помощью последнего ему удалось доказать действительность возникновения в те годы подлинного по своей сущности социально ориентированного государства, олицетворявшего собой жизнеспособность социалистической общественно-экономической и политической системы.

В.Перцевым использованы различные типы архивных источников, а также опубликованные документы партийно-хозяйственных органов, включая и статистические данные.

Однако, несмотря на множество приводимых автором таблиц, складывается впечатление, что целенаправленный анализ отложившейся в них информации произведён автором весьма избирательно, без сопоставления показаний различных групп документов, с минимальными попытками анализа данных и синтеза извлекаемых из них фактов. По всей видимости, обоснованности сформулированных выводов в значительной степени способствовало бы знакомство учёного по интересующему его вопросу с документами аналитических отделов КГБ в архивах ФСБ. И можно только сожалеть, что они остались автору недоступными.