Экономика
Мнение учёного. Бизнес-климат, или Общественный климат экономического роста
17.05.2014 09:37
Исаак Загайтов (г.Воронеж): Чиновники и обслуживающие их околонаучные консультанты сужают и подменяют бизнес-климатом более широкую, а потому и более важную проблему - темпов экономического роста.
На первый план в экономике России выходит стимулирование хозяйственной деятельности
По определению, бизнес-климат – это совокупность объективных и субъективных условий, обеспечивающих предпринимателям получение прибыли. Бизнес-климат можно считать благоприятным, если он позволяет самым крупным собственникам капитала (олигархам) рассчитывать на монопольную прибыль; среднему бизнесу обеспечивает прибыль, достаточную для расширенного воспроизводства либо для увеличения сбережений.
Экономический климат для малого бизнеса признается благоприятным, когда можно рассчитывать на прибыль в пределах издержек, обеспечивающих условия простого воспроизводства (в частности, на создание технологически минимальных резервов, покрытие индекса инфляции и др.).
Исаак Загайтов,
доктор экономических наук, профессор
В этой связи обратим внимание, что наши чиновники и обслуживающие их околонаучные консультанты сужают и подменяют бизнес-климатом более широкую, а потому и более важную проблему - темпов экономического роста. Сужают, поскольку игнорируют эмоциональный фон хозяйственной деятельности для рабочего люда, для других групп населения, которые не являются членами бизнес-сообщества, но участвуют в процессе воспроизводства - в качестве производителей и потребителей.
Само собой разумеется, что игнорирование интересов этой численно преобладающей части населения не позволяет в полной мере использовать его созидательный потенциал. Больше того, в тех случаях, когда возникает конфликт интересов между бизнесом и остальными субъектами воспроизводственного процесса, обнаруживается, что улучшение бизнес-климата может иметь негативные последствия для динамики общественного воспроизводства.
И это естественно, поскольку цель бизнеса – далеко не всегда совпадает с задачами ускорения общественного прогресса. Бизнес ратует за прибыль, независимо от того, получена ли она в процессе создания общественного богатства, или благодаря уничтожению ряда перспективных, но в данный момент малоприбыльных производств.
Независимо от того, получена ли прибыль в ходе добросовестной конкуренции, или с помощью монопольных цен, коррупционных операций, ухода в «оффшоры» и выводом за рубеж портфельных инвестиций.
Вот почему ориентирующийся на показатели бизнес-климата главный эксперт экономического блока нашего правительства, научный руководитель Высшей школы экономики Е.Ясин, доходит до абсурдного утверждения, якобы «последние 25 лет с начала реформ для России оказались довольно успешными».
«Успешными» – для кого? Для народного хозяйства, которое за последние 25 лет настолько технически и социально деградировало, что РФ в эти годы переместилась из группы передовых – в группу «развивающихся стран»? Или для тех, кто пытается убеждать наивных, что погоня за прибылью целесообразна безотносительно к благополучию соотечественников.
Значит, не обязательно в сфере производства, не обязательно в своей стране, не обязательно мирными средствами и не обязательно в рамках принципов общественной нравственности.
Но даже те, кто в правительстве является проводниками либеральных идей Гайдара Чубайса, вынуждены признать, что в последние несколько лет климат для российского бизнеса несколько ухудшился. Правда, они умалчивают, что причинами этого ухудшения, во-первых, является свобода расходовать относительно большую часть прибыли в финансовом обороте и в сфере паразитического потребления, вместо инвестирования в обновление основного капитала. Что, во-вторых, сыграло свою роль наблюдавшееся в последние годы нарушение нашими олигархами прежней субординации в отношениях с некоторыми зарубежными монополиями, рост претензий на увеличение своей доли при разделах прибыли, выжатой у трудящегося люда.
Спору нет, бизнес-климат нужно изучать, с ним нужно считаться, и больше того, его нужно стимулировать там, где он ориентирует хозяйственную деятельность на ускорение экономического роста. Но для этого сначала нужно определиться в показателях, интересующих не только бизнес, но и общество в целом. Таковы, в первую очередь, показатели темпов роста материальных и интеллектуальных благ.
При этом можно исходить из следующих соображений: а) если экономические ожидания производителей снижают их активность до ниже средних для данного места и времени темпов роста производства, то в этом случае правомерно говорить об экономическом пессимизме как негативном факторе хозяйственной деятельности; б) там, где достигаются близкие средним темпы роста, эмоциональный фон процесса производства целесообразно определять как экономический оптимизм; в) там, где обеспечиваются темпы, заметно превышающие средние значения, можно говорить о влиянии на хозяйственную деятельность – экономического энтузиазма производителей материальных и интеллектуальных благ.
Из сказанного вовсе не следует, что успехи и неудачи в развитии народного хозяйства в решающей мере определяются эмоциональным состоянием людей. В действительности всё сложнее: эмоциональное состояние формируется под действием таких объективных факторов, как уровень осознания населением перспектив развития производительных сил, при различных вариантах изменения социально-экономических отношений.
Но в то же время эмоциональный фон хозяйственной деятельности способен превращаться в объективный фактор экономического роста, поскольку известно, что когда идеи овладевают массами, они становятся материальной силой.
Обратимся к таблице 1.
Таблица 1.
Показатели среднегодовых темпов экономического роста, %
(1900-1987гг.- в границах СССР, 1988-2013 гг. - в границах РФ)
|
Годы
|
ВВП
|
Промышленность
|
Сельское хозяйство
|
|
1900-1913
|
3,4
|
4,3
|
2,9
|
|
1921-1928
|
15,3
|
19,8
|
9,5
|
|
1921-1940
|
14,9
|
18,0
|
4,4
|
|
1946-1953
|
14,1
|
15,9
|
5,4
|
|
1946-1987
|
7,6
|
8,7
|
3,5
|
|
1988-2013
|
0,2
|
-1,0
|
-0,9
|
|
1999-2007
|
6,9
|
6,2
|
3,4
|
Принимая во внимание, что в ХХ веке средний мировой темп экономического роста составил примерно три процента, по вышеприведенным данным можно сказать, что эмоциональный фон хозяйственной деятельности в нашей стране был скромно оптимистичным в 1900-1913гг. Более выразительно экономический оптимизм проявился позднее, в 1946-1987 и 1999-2007гг. Наоборот, в целом за период 1988-2013гг. страна пережила период глубокого экономического пессимизма, причем, несмотря на кратковременно оптимистическую ситуацию 1999-2007гг.
Но самое примечательное в вышеприведенных данных – это исключительно высокие темпы роста экономики в 1921-1940 и 1946-1953гг. Такие темпы способен рождать только массовый экономический энтузиазм.
Приведенная в таблице динамика темпов роста вполне объяснима.
Например, не случайно, что темпы экономического развития царской России в начале ХХ века были близки к средним мировым показателям. В это время в общей численности населения удельный вес собственников основной массы средств производства, заинтересованных в ускорении роста общественного богатства, в России незначительно отличался от средних мировых значений.
Когда позднее, уже в СССР, удельный вес населения, сопричастного к присвоению результатов хозяйственной деятельности и в городе и в селе, значительно увеличился, - соответственно повысилась суммарная заинтересованность в ускорении экономического роста. По мере того, как, наоборот, частично советский бюрократизм, а затем бандитская приватизация осуществляли отчуждение подавляющей части населения от собственности на условия производства, это не могло не ухудшать эмоциональный фон экономической динамики.
(Окончание следует).
Источник: газета «Коммуна» № 67 (26283), 17.05.2014г.
