Экономика
В царской России нечестных купцов сажали в долговую яму
04.07.2007 00:00
По данным Воронежского областного комитета госстатистики, число несчастных случаев, отравлений и травм ежегодно увеличивается. Только за первое полугодие этот показатель перевалил за полторы тысячи. «Дело в том, что руководители многих предприятий слишком вольно трактуют законы об охране труда, - говорит управляющий Воронежским региональным отделением Фонда социального страхования РФ Владимир Швецов. - Подтверждением тому недобросовестная уплата страховых взносов по страхованию от несчастных случаев, пренебрежение...
По данным областного комитета госстатистики, число несчастных случаев, отравлений и травм ежегодно увеличивается. Только за первое полугодие года этот показатель перевалил за полторы тысячи. Как организована помощь гражданам, попавшим в беду на рабочем месте? Об этом корреспондент «Коммуны» беседует с управляющим Воронежским региональным отделением Фонда социального страхования РФ Владимиром ШВЕЦОВЫМ.
– Смена собственников, организационная неразбериха, желание людей любой ценой заработать побольше, конечно же, не могли не сказаться на производственном травматизме. Однако впечатление такое, что на предприятиях предпочитают о нем не говорить…
– Если судить по абсолютным цифрам, то травматизм вырос за последние десять лет ненамного. Но не будем забывать, что число занятых на производстве за эти годы значительно сократилось, поэтому, если брать во внимание относительные цифры, то травматизм в нашей области – на высоком уровне. Хотя в целом по России, согласно отчетам государственной инспекции труда, он снижается.
– Почему же в Воронеже не происходит этого?
– Я думаю, здесь дело в том, что руководители многих предприятий слишком вольно трактуют законы об охране труда. Подтверждением тому служит, например, недобросовестная уплата страховых взносов по страхованию от несчастных случаев, пренебрежение правилами техники безопасности. Это особенно характерно для строительных и сельскохозяйственных предприятий.
– Сколько в области на сегодняшний день людей, пострадавших от несчастных случаев или получившие профессиональные заболевания?
– Наш фонд производит страховые выплаты 10957 пострадавшим.
– На каких предприятиях число их особенно велико, и чем сами руководители объясняют такое положение?
– На Воронежском механическом заводе числится 264 пострадавших, на «Тяжмехпрессе» – 149 человек, на Латненском огнеупорном заводе – 80, на «Воронежсельмаше» – 70, на других предприятиях цифры колеблются от 35-40 до 60-65 человек. Что касается объяснений руководителей, то они, как правило, стандартны – у нас, мол, есть цеха с вредным производством, но люди там хорошо зарабатывают и добровольно не хотят переходить на другие рабочие места.
– В советские времена сами трудовые коллективы и профсоюзы помогали пострадавшему работнику. Как организована такая помощь в условиях рыночных отношений?
– Одной из функций советских профсоюзов была охрана труда. В отраслевых профсоюзах и облсовпрофе был солидный штат технических инспекторов, которые отслеживали охрану труда на всех более-менее крупных предприятиях. Финансировалось все это за счет средств социального страхования. При переходе на рыночные отношения денег у профсоюзов на это практически не стало, а для многих работодателей главная задача – получить максимальную прибыль. Поэтому те, кто пострадал на производстве, были лет 7-8 назад фактически лишены помощи. Государство решило возложить на фонд социального страхования обязанность проводить денежные выплаты этим людям. С 2000 года мы и занимаемся возмещением вреда пострадавшим на производстве.
– Как определяется размер страховых взносов?
– В зависимости от степени риска, вредности, количества несчастных случаев, зарегистрированных в прежние годы. Эти показатели и легли в основу установления 22 классов профессионального риска работников разных отраслей производства. Первый класс самый безопасный – управленческий персонал, которому вряд ли грозят производственные травмы или профессиональные заболевания. Самый тяжелый – 22-й класс – определен для рабочих сланцевой и урановой промышленности. В нашей области самый большой класс риска – 18-й. Страховой тариф установлен здесь 4,2 процента от фонда оплаты труда, начисляемого на предприятие по всем основаниям. На первый класс начисляется 0,2 процента.
– Сколько взносов израсходовано на социальное страхование в первом полугодии?
– Расход составил 143 миллиона 163 тысячи рублей. Хотя поступило в бюджет регионального отделения только 137 миллионов 754 тысячи. Расходы на медицинскую, социальную, профессиональную реабилитацию составили 9641 тысячу рублей, все остальное ушло на прямое возмещение вреда.
– Дефицит средств только по первому полугодию составил у вас чуть ли не 5,5 миллиона рублей. А какие же предприятия ходят в должниках?
– Как ни странно, практически те же, у которых оказалось больше всего пострадавших. То есть у них и техника безопасности не на высоте, и желания платить компенсацию тоже не наблюдается. Просроченная задолженность Воронежского механического завода, например, 5507 тысяч рублей, у Воронежского завода полупроводниковых приборов долг 2095 тысяч, у Латненского огнеупорного – 1866, у «Рудгормаша» – 1636 тысяч. У предприятий Лискинского района общая задолженность 7576 тысяч, у Кантемировского – 5465, Аннинского – 5074, Новоусманского – 4673, Грибановского – 4467 тысяч рублей.
Честно сказать, позиция руководителей этих предприятий вызывает у меня большое недоумение. Директора заводов Часовских, Чекменев, главы районных администраций Шевцов, Авдеев – уважаемые люди, опытные руководители, депутаты областной Думы. Они любят говорить о внимании к человеку труда, о необходимости всемерной помощи тем, кто оказался обижен жизнью, и в то же самое время не стремятся вовремя выплачивать деньги, которые и предназначаются таким людям. Рабочий человек отдал силы и здоровье родному предприятию, а когда ему самому потребовалась помощь, руководитель не спешит идти навстречу. Согласитесь, что поступать так не очень красиво.
– Но у вас есть возможность принудительного взыскания недоимок?
– В соответствии с Налоговым кодексом и Федеральным законом №125 о страховании несчастных случаев нам дано право бесспорного взыскания задолженности. То есть мы выставляем инкассовые поручения на банковские счета предприятий-должников. Если это не срабатывает, имеем право обратиться в службу судебных приставов с постановлением о наложении ареста на имущество должника. К сожалению, с каждым годом взыскивать задолженности становится все труднее. В прошлом году, например, только к судебным приставам мы обращались более 800 раз, а за первое полугодие нынешнего года – около 500 таких обращений.
– Почему все же приходится идти на крайние меры?
– Потому что по закону работодатель обязан сообщать нам обо всех имеющихся у него банковских счетах, но эта норма сплошь и рядом не выполняется. Руководители многих предприятий сообщают номера расчетных счетов, которыми они практически не пользуются, то есть взять-то с этих счетов и нечего. По ранее существующим нормам банки в течение пяти дней обязаны были информировать Фонд социального страхования о любом расчетном счете, который открыт предприятием. Однако теперь эта норма из закона изъята, и банки, мотивируя тем, что это коммерческая тайна, информацию нам не предоставляют. Зачем депутаты Госдумы дали предприятиям возможность на законных основаниях уходить от налогов, мне не понятно.
– Но ведь в тех случаях, когда долг длительное время не гасится, можно продать имущество должника?
– Судебные приставы тоже порой не в силах помочь, потому что приходят, например, на сельхозпредприятие, а там лишь разбитая техника и полуразваленные животноводческие помещения, которые, естественно, никому не нужны. Подобное происходит очень часто. Больше того, многие создаваемые предприятия регистрируются нынче по вымышленным адресам. Приезжает пристав за недоимкой, а предприятия по указанному адресу никогда и не было. Вот в конечном счете и выходит – получил работник увечье на производстве, а руководители его все делают, чтобы только уклониться от компенсации ему этого ущерба. В царской России нечестных купцов в долговую яму сажали. Честное слово, жаль, что у нас подобное невозможно.
– Тогда, может быть, более щадящий способ изберем? Заведем, например, в «Коммуне» «черную доску должника» и будем публиковать здесь фамилии тех руководителей, которые всячески уклоняются от страховых выплат. Пусть их имена будут широко известны в обществе.
– Над этим есть смысл подумать. Вопросы задавал Борис Ваулин.
Фото Михаила Вязового.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
