Криминал
Хроника дремлющей ненависти
03.12.2013 09:21
(Окончание). Говорилось, что, решив пытать Тутаева электротоком, полицейские обвязали его мизинцы проводами...
Cудебный очерк
Борис Ваулин
(Окончание. Начало в № 175-178)
Как известно, любой судебный процесс не обходится без самых разных экспертиз – судебно-медицинских, психолого-психиатрических, автотехнических, почерковедческих и доброго десятка других. Проводить подобные исследования должны не только специалисты высокого класса, поскольку от их заключения зависит нередко судьба человека, но, самое главное – они должны быть экспертами. То есть людьми не только обладающими глубокими знаниями в своих областях, но и умеющими проанализировать и оценить полученные результаты применительно к расследуемому делу.
Далеко не каждый хороший специалист может справиться с этим, поэтому УПК РФ и требует, чтобы следственные органы проведение экспертизы по уголовным делам поручали только специальным экспертным учреждениям. Почему следователи весьма часто выбирают в качестве экспертов преподавателей различных вузов, остаётся только догадываться.
Вот и следователь следственного управления старший лейтенант юстиции А.Ширяев поручил проведение комиссионной экспертизы сотрудникам Воронежского педуниверситета - доценту кафедры коррекционной психологии Ю.Юрову и старшему преподавателю кафедры практической психологии И.Дмитроченковой. В заключение своего исследования оба указали стаж работы в качестве эксперта-психолога: у Юрова – 31 год, у Дмитроченковой – 27 лет.
Сотрудникам вуза предстояло ответить на два вопроса. Первый: имеются ли в поведении Тутаева признаки, указывающие на правдивость даваемых им показаний, либо признаки лжи? Второй: в каком эмоциональном состоянии он находился во время опроса 29 ноября 2011года?
Как выяснил суд, в кабинете на улице Бахметьева, в доме № 10, где студента Тутаева «опрашивали» капитаны полиции Липухин и Меркелов, установлено записывающее видеоустройство. Руководители отдела, в котором работают эти офицеры, занимают другой служебный кабинет, и могут включать запись без ведома своих подчинённых. Вот и в тот день офицеры не знали, когда была включена запись их работы с задержанным. Следователи изъяли этот диск с видеозаписью и представили его для анализа экспертам из педуниверситета.
Изучив запись, Юров и Дмитроченкова обнаружили, что «в высказываниях потерпевшего не проявляется истинная личная позиция, присутствует чрезмерная точность, свойственная лживым высказываниям. …присутствуют следующие показатели лжи: защита рта рукой, прикосновение к носу, потирание века, почёсывание носа… нервозность в поведении, появление дрожи в голосе… эмоциональный профиль свидетеля даёт основания сомневаться в правдивости показаний потерпевшего Тутаева». Второй вывод экспертов таков: «Тутаев находился в подавленном, напряженном состоянии, которое могло оказать влияние на характер его показаний».
Видимо, суд смутило отождествление лжи с «потиранием века» и «почёсыванием носа». Что касается «напряжённого состояния», то оно, вероятнее всего, возникнет у самого законопослушного и спокойного гражданина, когда его привезут на беседу в любое правоохранительное учреждение. Удивителен был и тот факт, что подписи авторов этого заключения были почему-то заверены начальником управления кадров университета.
Как бы там ни было, труд этих специалистов, так и не представивших документы о стаже их работы экспертами, суд «оценил критически». Сторона защиты предложила дать показания ведущего эксперта Курской лаборатории судебной экспертизы Д.Бердникова. Согласно им, «в ходе производства видеозаписи и непосредственно перед ней негативное психологическое воздействие на Тутаева не оказывалось …нет признаков того, что он подвержен какому-либо негативному, чрезмерному психологическому влиянию». Аргументированное, чёткое разъяснение ситуации суд «принял во внимание».
С каждым заседанием обнаруживалось всё больше нестыковок в доказательствах обвинения, а те, которые, казалось бы, указывали на виновность подсудимых, так и не были убедительно объяснены.
Говорилось, что, решив пытать Тутаева электротоком, его мизинцы полицейские обвязали проводами. Судмедэкспертиза обнаружила на пальцах «покрасневшие участки кожи коричневого цвета, которые могли возникнуть в результате воздействия электротока». Но эти участки в виде точек, а не вокруг пальцев. Как это объяснить, ни один из экспертов не ответил. Сам потерпевший тоже не мог показать, каким образом ему обвязывали пальцы проводами.
Многие выводы, носившие предположительный, вероятностный характер, суд не мог принять во внимание. Сам потерпевший предпочитал хранить молчание.
Признаюсь, когда начались судебные заседания, жалко было парнишку: вот, мол, вдали от дома в какую передрягу попал и ни за что пострадал. После первого заседания автор этих строк даже в редакцию его пригласил, хотел побольше узнать о его жизни. Магомед не пришел, а перед началом судебных заседаний избегал общения с журналистом. Теперь я понимаю, почему.
После окончания школы в 2007 году Тутаев приехал в Воронеж и поступил в институт МВД на радиотехнический факультет. Но городская жизнь закружила мальчика из кавказского аула, и он не учился постигать новое, необычное, интересное, а лишь посещал лекции и семинары. На втором году обучения был отчислен из института за неуспеваемость.
По закону, в этом случае здоровый молодой человек должен быть тут же призван на армейскую службу. Вместо этого юноша спокойно отбывает домой, и чем он там занимался – не известно. Через год, в 2008 году, восстановился в вузе, стал обучаться на третьем курсе по специальности: «Информационная безопасность телекоммуникационных систем».
По ответам, которые он давал в суде, можно было предположить, что знания студента по своей будущей специальности были невысокими.
Из учебной характеристики Магомеда Тутаева: «…За время обучения показал себя посредственным студентом, к обучению в институте должного усердия не проявляет, без уважительных причин пропускает занятия, имеет академические задолженности по итогам зачётно-экзаменационных сессий. В общественной жизни института участия не принимает».
Впору задать руководству института МВД вопрос: как абитуриенты со столь слабым уровнем подготовки проходят через сито вступительных экзаменов, почему в таком институте учатся студенты, морально-нравственные качества которых вызывают серьёзные вопросы, почему так называемые «кураторы» (допрос свидетеля Ольги Пешковой показал это) не знают и не интересуются, чем занимаются молодые люди вне институтских стен?
Возможно, эти два уголовных дела сподвигнут не только руководство вуза, но и иные заинтересованные организации более внимательно проанализировать: кто приезжает в Воронеж на учёбу и на работу, и чем на самом деле занимаются здесь некоторые «гости»?
Всплески немотивированной злобы и агрессии, связанные с межнациональными отношениями, происходят в нашей стране всё чаще. И это не может не беспокоить. Приезжающих с честными намерениями, достойно ведущими себя в наших краях, мы всегда рады видеть, но когда такие вот тутаевы начинают «качать свои права» и слать проклятья в адрес народа, который сердечно приветил их, то, вероятно, стоит весьма серьёзно задуматься над происходящим.
Полтора часа судья Игорь Федотов читал приговор по этому уголовному делу.
Кроме журналиста «Коммуны», в зале не было ни одного представителя прессы, и такое равнодушие СМИ тоже удивляет – тема-то острейшая.
Суд решил Меркелова Максима Вячеславовича и Липухина Валерия Александровича оправдать по предъявленному им обвинению за отсутствием в деянии подсудимых состава преступления. Признать за ними право на реабилитацию и обращение в суд с требованием о возмещении имущественного ущерба и морального вреда.
Не знаю, будут ли они требовать этого возмещения или удовлетворятся тем, что суд восстановил их честное имя. Вполне возможно, что прокуратура не согласится с вердиктом и подаст апелляционную жалобу, ведь прокурор в конце своего выступления в прениях потребовал для подсудимых пять лет лишения свободы условно. Словом, нельзя исключить ещё одну серию этого долгоиграющего процесса.
Наводит на размышления один момент. В этом деле после тщательного анализа суд не нашел состава преступления. Как же опытные работники Следственного управления по Воронежской области сумели его обнаружить? Два года офицеры полиции Меркелов и Липухин, не имевшие прежде серьёзных нареканий, были изгоями в своих подразделениях: их отстранили от должности, отобрали оружие, взяли подписку о невыезде. Два года их родные и близкие находились в нервном напряжении, лелея крохотную надежду на справедливость. Она пришла, но сколько страданий претерпели люди.
А кавказский юноша Магомед Тутаев находится на родной земле – в далёкой славной Ингушетии. Он, очевидно, хорошо отдыхает от свалившихся на него неприятностей. Правда, в соответствии с приговором первого суда, его поведение должно ежемесячно контролироваться сотрудниками «специализированного государственного органа». Любопытно бы знать, насколько строго этот орган контролирует поведение осуждённого.
Источник: газета «Коммуна» № 179 (26201), 03.12.2013г.
Чтобы оставить комментарий, необходимо или зарегистр
