г. Воронеж

Пасмурно, ветер юго-восточный 4 м/с.

• Днём пасмурно, +2°…+3°, ветер юго-восточный 2,2 м/с.

• Вечером ясно, +1°…+3°, ветер юго-восточный 3 м/с.

• Ночью ясно, 0°…+1°, ветер юго-восточный 2,6 м/с.

• Утром малооблачно, -1°…+1°, ветер юго-восточный 2,4 м/с.

  • $ 63,88
  • € 70,41
17.06.2019 18:01
  • 175
  • 0
  • 1
Культура

Четвёртый сон Софьи Андреевны

17.06.2019 18:01
Четвёртый сон Софьи Андреевны Сцена из спектакля «Русский роман». Фото Натальи Коньшиной.

Дневник Международного Платоновского фестиваля

Одним из самых значительных спектаклей фестиваля стал «Русский роман» Московского академического театра имени Владимира Маяковского. Авторы его – два литовца: Марюс Ивашкявичюс (пьеса) и Миндаугас Карбаускис (режиссура).

Людмила РОМАНОВА,


театровед

На встрече со зрителями автор очень интересно рассказывал о возникновении замысла, о том, что Лев Толстой сначала должен был быть в пьесе, но потом от этой мысли отказались, и героиней стала Софья Андреевна. Материалом послужили её дневники, а также дневники самого Толстого и его секретаря Черткова. Таким образом, как и в пьесе Булгакова о Пушкине «Последние дни», нет самого Пушкина, но все время ощущается его присутствие, так и здесь личность Толстого довлеет и определяет все поступки действующих лиц.

Автор очень тонко соединяет фрагменты произведений Толстого («Детство», «Дьявол», «Анна Каренина») с событиями жизни в Ясной Поляне. Им высказана интересная мысль, что именно с «Анны Карениной» начался разлад в дружной до этого семье и что поезд, под который бросилась Анна, можно связать с поездом, увезшим великого старца навстречу смерти.

Широко известно, что сцена объяснения в любви Кити с Левиным из «Анны Карениной», когда она угадывает его слова по буквам, воспроизводит реальное объяснение Льва Толстого семнадцатилетней Сонечке Берс. Эта сцена воспроизведена в спектакле, а так как Левин – альтер эго самого Толстого, то он как бы косвенно присутствует на сцене.

И так во многих фрагментах.

Действие прихотливо перебрасывается из прошлого в настоящее и обратно, Софья Андреевна то счастливая невеста, то ревнивая жена, то мать большого семейства. Играть роль нелегко, но народная артистка РФ Евгения Симонова делает это виртуозно и с легкостью берет барьеры наиболее трудных сцен. Может, кого-то покоробит, с какой грубостью она разговаривает с Аксиньей, героиней рассказа «Дьявол», но ведь эта многолетняя связь Толстого действительно сводила её с ума и здесь уж не до дворянских приличий.

А вот она с любимым сыном Львом, скульптором, наиболее любящим и понимающим её, страдающим за нее. И здесь рельефно проступает вся сила материнской любви. А вот она страстно упрекает дочь Сашу, принявшую сторону Черткова, и даже выгоняет её из дома. В пьесе, между прочим, даже не упоминается о том, что Толстой практически хотел обездолить семью, отказавшись получать деньги за издание своих произведений. Нет, для этой Софьи Андреевны главное – что Толстой отдалился от нее, она утратила власть над ним, что её место занял этот ненавистный ей Чертков.

(Между прочим, на пресс-конференции произошел забавный инцидент: кто-то из корреспондентов попытался защитить позицию Черткова, и Симонова так обрушилась на него, что мало не показалось. Вот как роль проникла в актрису!).

Режиссер применил очень интересный ход: роли Аксиньи в «Дьяволе» и Черткова играет одна и та же актриса – Заслуженная артистка РФ Татьяна Орлова, и играет превосходно, как и все в этом спектакле. Для Софьи Андреевны эти образы сливаются в один, ненавистный ей: те, кто отнимает её драгоценного Льва.

Очень сильное впечатление оставляет финал – смерть Толстого на станции Астапово. Софью Андреевну не пустили в дом, не дали проститься. Чертков, стоя у смертного одра, силится записать его последние слова – для потомства. А обездоленной Софье Андреевне чудится поминальный стол, за которым сидят все их дети, даже те, кто умер. Черной птицей пролетает Ванечка – самый её любимец, умерший в семилетнем возрасте. Затем видение исчезает, и героиня читает утешительное письмо от сына Льва. На последних словах «твой сын Лев» актриса делает паузу и добавляет «…Толстой». Она не смирилась! Великий муж все равно её.

А вот как пространство решено сценографически: на заднике – колонны, справа – стог сена и русская печь с укладкой дров рядом, слева – возникающие по ходу сцены нужные предметы: большой стол с расставленными вокруг стульями или кровать, еще какие-то детали. На авансцене – большой рояль. Всё. И передо мной – Ясная Поляна, помещичий дом (автор пространства – народный художник РФ Сергей Баросин).

Получился очень гармоничный во всех отношениях спектакль. Помнится, в советские времена от драматурга требовали документальной точности, и спектакли зачастую получались унылые и скучные. А фантазия и воображение и, конечно, любовь к герою делают пьесу живой и бесконечно волнуют зрителя.

Фантазия Пушкина на 200 лет сделала Сальери убийцей Моцарта, воображение Булгакова сделало возможным диалог между Королем-Солнце и комедиантом Мольером.

Так что браво авторам и артистам!

Источник: газета «Коммуна» | № 45 (26893) | Вторник, 18 июня 2019 года


https://communa.ru/kultura/chetvyertyy-son-sofi-andreevny-/
Поделиться
Класснуть