Культура
«Судьба дала встречу с одним лишь поэтом. Но им был Твардовский»
21.02.2007 00:00
Классик русской литературы Александр Твардовский родился на хуторе Загорье под Смоленском 21 июня 1910 года. В 1950 году он был назначен главным редактором журнала «Новый мир». А в 1970 году А.Т.Твардовского освободили от занимаемой должности. А ведь время руководства Твардовского журналом – выдающаяся эпоха в русской литературе. Он открыл сотни интересных авторов. В том числе и воронежцев Г.Троепольского и А.Прасолова. Осенью 1962 года в журнале «Новый мир»...
21 июня – 95 лет со дня рождения А.Т.Твардовского
Твардовский на воронежской земле
Классик русской литературы Александр Трифонович Твардовский родился на хуторе Загорье под Смоленском 95 лет назад. В 1950 году он был назначен главным редактором журнала «Новый мир». А в 1970 году, тридцать пять лет назад случилось печальное событие: А.Т.Твардовского освободили от занимаемой должности.
А ведь время руководства Твардовского журналом – выдающаяся эпоха в русской литературе. Он открыл сотни новых интересных авторов.
Назову только две воронежские фамилии.
Осенью шестьдесят второго года в журнале «Новый мир» из редакционной почты извлекли рассказ Г.Н.Троепольского про Никишку Болтушка и запросили у автора продолжение. Первые рассказы Троепольского были опубликованы в «Новом мире» (1953 год, №3). И Твардовский будет печатать рассказы и другие его произведения из года в год.
А в 1964 году «Новый мир» в восьмом номере напечатает целых десять стихотворений никому неизвестного журналиста из Воронежской области А.Прасолова. В 1971 году, когда великого русского поэта уже не будет в живых, Алексей Тимофеевич напишет в одной из статей: «Судьба дала встречу с одним лишь поэтом. Но им был Твардовский».
И, наконец, в этом году еще один знаменательный юбилей у Твардовского. 60 лет назад он завершил свою знаменитую «книгу про бойца» «Василий Тёркин». Это вершина творчества выдающегося русского поэта. Тёркин всегда воспринимался читателями как конкретный живой человек. Никогда не забуду, как в школьные годы мой дядя, фронтовик Петр Никифорович Лаптев, доказывал мне, что он лично знал солдата Тёркина, так как он служил в соседней части. «Сам, правда, – убеждал он меня, – я его не видел, но фронтовые друзья точно говорили о Тёркине».
Высоко ценил «Василия Тёркина» русский эмигрант-писатель, лауреат Нобелевской премии И.А.Бунин. Прочитав поэму А.Твардовского, он восторженно написал о ней: «Это поистине редкая книга. Какая свобода, какая чудесная удаль, какая меткость, точность во всем и какой необыкновенный народный солдатский язык – ни сучка, ни задоринки, ни единого фальшивого, готового, то есть литературно-пошлого слова!»
И не случайно отдельные слова и целые куплеты из «Василия Тёркина» вошли в нашу жизнь пословицами и поговорками: «Не гляди что на груди, а гляди что впереди», «Хорошо, когда кто врет весело и складно»; «Зачем мне орден, я согласен на медаль»; «Дальше фронта не пошлют»; «Вот стихи, а все понятно, все на русском языке» и т.д.
Но мне хочется рассказать подробнее не о литературном мастерстве великого поэта, а о пребывании А.Твардовского в 1951 году на воронежской земле. И вообще надо сказать, что с Воронежем и воронежцами он был связан, как говорится, незримыми нитями. В войну Александр Трифонович работал во фронтовой газете «Красноармейская правда», редакция которой находилась на проспекте Революции, регулярно переписывался он с известным литературным критиком, профессором ВГУ А.М.Абрамовым, мнение которого высоко ценил. В 1951 году Твардовский баллотировался по Нижнедевицкому избирательному округу кандидатом в депутаты Верховного Совета РСФСР.
Первым о встрече с Твардовским мне рассказал в рабочем поселке Хохольский В.И.Пищугин. В 1951 году, когда Твардовский приезжал в Хохол, он работал председателем райисполкома. Вот запись этого рассказа.
«Вы русский, Василий Иванович?»
Хорошо помню 9 февраля 1951 года. День был морозный и снежный. С первым секретарем Ворошилиным едем встречать кандидата в депутаты Верховного Совета РСФСР знаменитого поэта, главного редактора журнала «Новый мир» Александра Трифоновича Твардовского.
В избирательный округ, кроме нашего, входили: Нижнедевицкий, Сине-Липяговский и Шаталовский районы. Первым на пути был наш район. Едем на тройке с бубенцами из чистокровных рысаков, впряженных в легкие сани. Их ведет самый лучший конюх колхоза «Красный Октябрь» Иван Анисимович Грибанов. Лишь ему одному доверял председатель управлять жеребцами. Вот и полустанок. Твардовский с инструктором обкома партии Н.Г.Токаревым подкатывают на железнодорожной дрезине. Стряхивая с себя снег, улыбаясь, к нам быстро подходит Александр Трифонович.
Я увидел высокого статного мужчину с серо-голубыми глазами. Одет он был в добротное пальто, меховую шапку и валенки (ими снабдили его в Обкоме партии). Я бросился к нему с тулупом. Он посмотрел на меня с подкупающей улыбкой: «Спасибо. Давай знакомиться». И мы поехали на санях к только что построенному Дому культуры. Он был заполнен до отказа. Как говорится, яблоку негде было упасть. Кресел в огромном зале еще не было. Стояли, прижавшись друг к другу, – не повернуться! Начали как обычно: выступали доверенное лицо, другие ораторы, рассказывали о кандидате, «пересыпали» речи мыслями из произведений поэта.
Собравшимся крепко врезалось в память, с каким неподдельным пафосом говорил Твардовский о всемирно исторической победе советского народа над гитлеровской Германией, о могучей силе животворного советского патриотизма.
– Немало повидал я, – сказал Александр Трифонович, – на своем веку, не раз бывал в других странах. И у меня сложилось глубокое внутреннее убеждение: велика честь быть гражданином своей Родины, а быть избранником русского народа – честь вдвойне.
Когда закончилась официальная часть и Твардовского, спустившегося из президиума в зал, пригласили сесть на широкую невесть откуда взявшуюся скамейку, он замахал руками: нет, нет! Он, как и все, будет смотреть и слушать концерт самодеятельных артистов стоя.
Надо ли говорить, как старались не ударить в грязь лицом те, кто выходил на сцену?! Концерт удался на славу. Триумфальное начало ему положил Георгий Шержуков – декламатор с поистине феноменальной памятью. Он знал наизусть всю поэму «Василий Тёркин». На этот раз с чувством и большим подъемом он читал главу «Гармонь». Аккомпанировал ему на аккордеоне Анатолий Пашковский, человек, не знавший ни одного нотного знака, но обладавший способностью «взять» с первого прослушивания любую мелодию и тут же исполнить без «помарок».
Зал проводил Шержукова и Пашковского бурными рукоплесканиями. Аплодировал им и Твардовский.
После напряженного, холодного дня моя квартира показалась маленьким раем. В ней собрались главные районные руководители. Выпили, едим, беседуем: каждому хочется узнать о поэте, послушать его. Александр Трифонович скупо, но все-таки начинает рассказывать, как нелегко складывалась его жизнь, как труден был путь в литературу, приходилось всегда очень много работать. Ко времени поступления в институт философии и литературы в Москве была опубликована его поэма «Страна Муравия». Она была включена во вступительные экзаменационные билеты. Этот билет и достался самому автору.
После того, как разошлись гости, Александр Трофимович закурил и спросил меня: «Вы русский человек, Василий Иванович?» Я, признаться, растерялся. «Русский, – говорю, – а что?» «Так вот, если русский, доставай моченый кочан капусты, он очень у вас вкусный, ставь бутылку, подбрось дров в печь, и давай еще посидим».
Я так и сделал. Жена моя Елена Николаевна с пятилетней дочерью Галей ушли спать, а мы проговорили с Александром Трифоновичем довольно долго. И, как говорится, обо всем на свете.
Утром он проснулся часов в восемь. За окном – небольшая февральская метель. Александр Трифонович побрился и опять задал мне вопрос: «Вы русский человек?» На этот раз я сразу догадался, что делать. Поэт выпил сто пятьдесят граммов водки, плотно закусил и сказал: «Теперь я в вашем распоряжении на весь день».
Мы поехали на тройке с бубенцами в избирательное село Староникольское. Первое, что бросилось мне в глаза в поездках по нескольким селам – это искренняя любовь Твардовского к народу. Это проявлялось в его стремлении как можно больше говорить с простыми людьми, интересоваться их жизнью. И, конечно, понравилась его любовь к русским народным песням и частушкам. Он умел всегда расположить слушателей. И очень не любил всякую похвалу и всякую пышность. Ведь все его творческое наследие подтверждает, что поэт служил народу, писал и творил для него.
Посетил классик литературы и село Верхненикольское. Там, в сельском совете, он встретился с юным поэтом, школьником Ваней Шацких. Впоследствии Иван Семенович написал бесхитростное стихотворение «Твардовский в Верхненикольске». Вот оно:
Когда на тройке с бубенцами
Поэт приехал в сельсовет,
Село наполнилось лучами,
И проливало дивный свет.
Горели искрами сугробы,
И иней на ветвях звенел.
И от стихов высокой пробы
Тот день февральский пламенел.
С крестьянами Верхненикольска
На главной площади села
Встречался Александр Твардовский,
В тот день весна близка была.
На память о себе Твардовский подарил хохольцам несколько книг со своим автографом. Есть такая книга в коричневом переплете и в моей семье. В ней напечатаны три поэмы: «Василий Тёркин», «Страна Муравия», «Дом у дороги». Надпись на обложке гласит: «Василию Ивановичу Пищугину и Елене Николаевне Боганской на память о доброй встрече в их доме – от автора». Подпись и дата 10 февраля 1951 года». Анатолий Свиридов,
заслуженный работник культуры России.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
