Далекое – близкое. Полетом орла осененный

Ухудшение международной обстановки в 1643-1645 годы активизировало турецко-татарскую агрессию против России. Татарские вторжения на ее южную окраину по Муравской, Кальмиусской и Ногайской дорогам, еще не закрытыми Белгородской чертой, принесли разрушение русских сел и деревень. С этого периода и началась история городка Орлова.

Ухудшение международной обстановки в 1643-1645 годы активизировало турецко-татарскую агрессию против России. Крупные татарские вторжения на ее южную окраину по Муравской, Кальмиусской и Ногайской дорогам, еще не закрытыми Белгородской чертой, принесли большие жертвы населения и разрушение русских сел и деревень. В этот период и начинается история возникновения городка Орлова.

Регулярно страдая от татарских нашествий, жители Усманского стана в январе 1645 года подали царю Михаилу Федоровичу челобитную: «К нашим селам и деревням бывают приходы татарские беспрестанные, и нас побивают, и наших детей и жен в полон поймали многих, и хлеб сеять не дают, а который был посеян, и тот на полях застоял». Именно эта челобитная и послужила поводом построения Орлова-городка для защиты близлежащих поселений.

Город-крепость Орлов был возведен в 1646 году на песчаном косогоре по правую сторону реки Усманки (у Верхних Горок) как укрепление на Белгородской черте. Он представлял собой крепость с шестью башнями, одна из которых была проезжей. Тайный ход из крепости вел к реке.

Интересна одна из легенд об основании городка.

Когда к берегам Усманки (где и сейчас стоит поселение) пришли его строители, чтобы заложить бревенчатую крепость, то с векового дуба, росшего неподалеку, взлетел потревоженный орел и замер в небе над местом будущего строительства. В полете этой гордой и величественной птицы люди увидели судьбу городка и потому дали ему это имя – Орлов. В подтверждение этой красивой легенды звучат и слова воронежского историка и краеведа В.Кошелева. «Название городка Орлова подсказано наличием в степях одноименных урочищ, а именно появление последних связано с гнездовьями птиц».

Здесь располагались значительные военные силы, подчиненные Белгородскому разряду. В их состав входили лучшие полурегулярные полки нового (иноземного) строя: солдатские (пехота), рейторские (конница), драгунские (пехота на конях). Служилые люди, на которых главным образом лежала защита города от нападений и вторжений неприятеля, пользовались правом владеть землями и крестьянами. Служилые различались по характеру службы и служебному положению. Так, высшую степень между ними занимали дети боярские и казацкие атаманы, за ними следовали казаки, пушкари, затинщики, воротники и жильцы.

Посадские люди – это мирные обитатели города, они занимались городскими ремеслами и торговлей, были вольными.

Каждый служилый человек, каждая церковь имели своих кормильцев в лице сошных крестьян, занимавшихся исключительно землепашеством. Но при всей своей зависимости от помещиков крестьяне того времени пользовались значительными льготами, как юридическими, так и моральными, по сравнению с крестьянами восемнадцатого века и позднейшего времени. Быт сошных людей не был под таким помещичьим гнетом, каким мы привыкли его себе представлять, уже потому, что между помещиком и крестьянином не существовало тогда той большой разницы в образовании, которая появилась впоследствии.

В Орлове немного позднее возвели три крепости или городища, обведенные рвом, следы которых сейчас уже трудно отыскать. В одной из них построили деревянную башню, где висел вестовой колокол, присланный в Орлов между 1682-1689 годами по царскому указу. Звоном его давали весть жителям о приближении татар.

Богоявленская деревянная церковь (бывшая соборная) первоначально была построена в 1646 году вместе с крепостью. К 1800 году упоминается как деревянный молитвенный дом Богоявления Господня, возведенный вместо собора, который трижды перестраивался (в 1650, 1701, 1762 годах). Немного позже на месте молитвенного дома в классическом стиле был построен ныне существующий каменный храм, также освященный в честь Богоявления. На протяжении всего пути Богоявленская церковь не исчезает из поля зрения. Венчающая храм ротонда с таким же большим куполом и высокой колокольней царствует над безлесной, чуть холмящейся местностью, подобно идущему паруснику по легкой прозрачной зыби.

По учреждению наместничеств (губерний) в царствование императрицы Екатерины II в 1799 году город Орлов был упразднен и обращен в посад воронежской округи. К 1800 году в бывшем городе находились одна деревянная церковь и одна деревянная церковь в пригородной слободе, прежде – Троицкая на Посаде. При них, по ведомости 1798 года ,- 3464 человека приходских душ. Домов в Орлове было 431, в том числе три каменных. 4 водяных мучных мельницы, на реке Усманке, и 36 ветряных.

Когда в 1932-1937 годах объявили «безбожную пятилетку», то к 1935 году в Орлове закрыли все храмы, а служившие в них священники были репрессированы. Среди них – Петр Овчинников и Николай Чулаевский. Оба расстреляны в феврале 1938 года. Ктитор Василий Шеменев в декабре 1937 года приговорен к 10 годам лагерей.

В свое время Орлово стало известно Вознесенской ярмаркой с особо знатными лошадиными торгами. Продолжалась она около недели. Лошади продавались преимущественно крестьянские, по цене от 30 до 100 рублей, а также верховые – до 500 рублей. Кстати, в Воронежском уезде насчитывалось 22 частных конезавода, на которых разводились лошади исключительно верховой породы. Среди них более известны конезаводы: поручиков Дмитрия и Константина Шуриновых, а также коллежского секретаря Михаила Лутовинова. Оборот только от торговли на ярмарке лошадьми составлял до 20 тысяч рублей серебром. На сотню жителей Орлова и его округи приходилось 36 лошадей.

Кроме того, велась бурная торговля разными крестьянскими товарами, большой выбор которых являл себя в изделиях промышленного производства и крестьянского рукоделия: для дома, для пашни, для будней и праздников, в расчете на любой кошелек и любой вкус.

Так как через Орлово пролегала большая тамбовская дорога (по ней из Воронежа раз в неделю «отходила» почта), тамошние жители кроме ярмарочных дней вели постоянную торговлю съестными и дорожными припасами, а также разными крестьянскими товарами. «Крестьяне упражняются хлебопашеством, а промысел имеют извозом по разным дорогам, имуществом довольно зажиточны».