Литература без границ. Пушкин, Кольцов и Тукай

Из всех мусульманских тюркских народов казанские татары наиболее близки нам, русским. Нас связывает многое: и общая земля, и воспетая в русских и татарских песнях Волга, и многовековая мирная жизнь в едином государстве, и прославленный Казанский университет, и великие имена ученых, писателей, артистов, общественных деятелей. Среди них почетное место занимает основоположник новой, реалистической, татарской литературы, поэт, сатирик, публицист Габдулла Тукай...

Из всех мусульманских тюркских народов казанские татары наиболее близки нам, русским. Нас связывает многое: и общая земля, и знаменитая, воспетая в русских и татарских песнях Волга, и многовековая мирная жизнь в едином государстве, и прославленный Казанский университет, и великие имена ученых, писателей, артистов, общественных деятелей. Среди них почетное место занимает основоположник новой, реалистической татарской литературы, поэт, сатирик, публицист Габдулла ТУКАЙ (Габдулла Мамедгарифович Тукаев – 1886-1913гг.). Судьба подарила ему всего восемь лет творческой деятельности, но он оставил большое литературное наследие. Это были годы бурного роста национального самосознания, когда татарская литература вышла на общероссийскую арену. Тукай принадлежал к плеяде тех национальных писателей, которые были искренне убеждены в благотворном влиянии экономического, политического и культурного союза своих народов с русским народом.

Осиротев в раннем возрасте, Тукай на себе испытал тяготы жизни низших слоев татарского общества, проникся состраданием к беднякам и полюбил народные песни, чувствуя в них душу родного народа, его радости и печали, его надежды на лучшую, более справедливую жизнь. Не удивительно, что все свое творчество он посвятил беднякам, считая позором равнодушное отношение к их тяжелой и безрадостной жизни. В своих стихах Тукай стремился хотя бы сочувственным словом помочь родному народу. По его глубокому убеждению, поэт не может спокойно жить, видя нищету и забитость бедного люда («Осень. Ночь. Уснуть нет силы, за стеною ветер плачет.

Не зная, как помочь народу, он обращается к силам природы за помощью: «О, взойди, светило мысли! Туча, прочь! Уйди скорей!

Тукай рано испытал на себе благотворное влияние русской поэзии. Учась в медресе (духовном училище), он, наряду с изучением основ мусульманской религии и классической восточной поэзии, посещал русский класс, где овладел языком Пушкина и увлекся русской литературой. Тукай очень много читал. Хорошо знал татарскую литературу (ее возникновение относится к XII веку). А знание русского языка помогло ему познакомиться и с основными произведениями мировой литературы. В результате он пришел к мысли о необходимости обновления татарской культуры путем синтеза ее с мировой культурой, в первую очередь – с русской.

В этом Тукай был не одинок. В Казани сложилась целая группа поэтов, которые чувствовали, что новое время требует новых песен, и что революционные события 1905-1907 годов коренным образом изменили сознание народа. Письменная татарская литература, по преимуществу, была элитарной, далекой от народных интересов. Большую роль в ней играли непонятная народу символика и мотивы религиозного мистицизма. Кроме того, немалое место в общественной борьбе занимали националистические и пантюркистские настроения, согласно которым татарская культура не должна иметь никаких контактов с русской культурой.

Главное в пантюркизме – призыв всем тюркским народам объединиться под эгидой Турции и признать своим повелителем ее султана. Пантюркисты утверждали, что татарская литература не является самобытной, она лишь – одна из ветвей общетюркской космополитической культуры. Язык татарский объявлялся диалектом турецкого.

С 1907 года Тукай повел активную борьбу за народность и реализм татарской литературы. В этой борьбе он опирался, с одной стороны, на татарский фольклор, с другой – на опыт русской классической поэзии. Записывать народные песни он начал с детства, а затем стал серьезно изучать их. К этому его подтолкнуло увлечение творчеством Пушкина, Лермонтова, Кольцова и других русских поэтов. «Если господа Пушкин и Лермонтов – Солнце, то я – Луна, берущая свет от них», – признавался Тукай.

Еще будучи шакирдом (студентом медресе), он стал писать стихи и одновременно переводить на татарский Пушкина, Кольцова, Некрасова и других русских поэтов XVIII-XIX веков. Своим первым переводом Тукай считал стихотворение Кольцова «Что ты спишь, мужичок?». По-татарски оно называлось «Сон мужика». Это был не перевод в современном значении, а пересказ, подчеркивающий тяжелые обстоятельства крестьянской жизни.

Вначале Кольцов привлек татарского поэта своим сочувствием к беднякам-крестьянам, но затем песни нашего земляка стали для него важным аргументом в борьбе за народность татарской поэзии. В творчестве Пушкина и Кольцова Тукай увидел поучительный пример использования устно-поэтической традиции, на основе которой сформировалась великая русская литература. В своих устных и письменных выступлениях он утверждал, что «искусственные песни» Пушкина и Кольцова, созданные под влиянием фольклорных, по смыслу и художественности не уступают оригинальным произведениям. С сожалением отмечая, что у татар до сего времени не было еще ни Пушкина, ни Кольцова, он защищал самобытность национальной культуры и выступал против идеализации восточной поэтической архаики.

Тукай открыто называл Пушкина своим учителем. «Идти повсюду за тобой – мой долг, мое стремленье.

Когда же пантюркисты стали призывать татарский народ порвать связи с Россией и переселиться в Турцию, которая якобы является «исторической родиной» казанских татар, Тукай, понимая гибельные последствия мохаджирства (переселения), начал борьбу с ними. В лекциях, статьях, фельетонах он разоблачал лживые теории пантюркистов. На основании данных истории, этнографии, народных художественных ремесел и фольклора (тут ему снова понадобился опыт русских поэтов) он утверждал, что татарский народ – древний обитатель волжских просторов, что предки татар – не турки-османы, а волжские булгары; память об этом сохранилась в народных песнях и преданиях. «Булгарские города с их оригинальной архитектурой, булгарские деревни исчезли без следа, разрушились… А наше драгоценное наследство – народные песни… сохранились в памяти народа».

Основоположник гражданской поэзии, Тукай был убежденным сторонником единства судеб татарского и русского народов. В своем знаменитом стихотворении «Не уйдем!» (1907) – страстной отповеди пантюркистам – он утверждал:
Здесь родились мы, здесь росли, и здесь мы встретим смертный час.
Вот с этой русскою землею сама судьба связана нас.
Прочь, твари низкие, не вам, не вам смутить мечты святые!
Единой цели мы хотим, свободной мы хотим России.
Ответ наш ясный и простой запомнить просим навсегда:
Вам лучше в Турции? Туда пожалте сами, господа!
Интересно, что последние две строчки были написаны по-русски. Значение творческой деятельности Тукая в развитии русско-татарских литературных связей трудно переоценить. В укреплении нашей дружбы она оставила неизгладимый след.

Полина БОРОЗДИНА,

доцент Воронежского
государственного университета.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.