Осень патриарха

В университетских кругах гуманитарного сословия Григория Веделя знают как организатора и первого декана РГФ, а также создателя новаторского метода изучения иностранных языков.

2 ноября отметил свой день рождения Григорий Евгеньевич ВЕДЕЛЬ. В университетских кругах гуманитарного сословия его знают как мэтра романо-германской филологии: организатора и первого декана факультета РГФ (1960 год), а также создателя новаторского метода изучения иностранных языков.
Это о подобных Веделю сказано: «Они – соль соли земли». Учёные мужи, они, конечно, «далеки от народа», но имя профессора Григория Евгеньевича Веделя, которому 2 ноября исполнился 101 год, достойно быть в списках самых известных и почётных жителей Воронежа.

Дом, где живёт мало известный широкой публике Григорий Ведель, стоит на пересечении улиц Комиссаржевской и Кольцовской, и в нём – аптека, знакомая, наверное, каждому воронежцу. Такая вот банальная мысль после неординарной встречи с человеком, прожившим сто лет. К этому трудно привыкнуть, и не до творчества вначале, одна метафизика.

Познакомились легко, побеседовали, даже спорили, а вышла потерянной, будто осязаемо коснулась Времени. На том пересеченье улиц было тогда пустынно и холодно: просто вечер и зима, а показалось – тишь вселенская. Возможно, передалось мироощущение человека на стыке двух его веков.

Первому о своих впечатлениях рассказала таксисту. Он удивился: «В нашем городе?! Без горного воздуха, козьего молока и винограда?» Не знаю, не спросила. Много, о чём не спросила, ни сразу, ни потом. Ведель не дал. По многолетней привычке он, как на лекциях, поднимает руку, чтоб остановить: мол, вопросы – в конце. А в конце какие могут быть вопросы к человеку в таких летах, если он сообщает: «Я всё сказал»? Глаза ещё улыбаются, но замолкает надолго. Понимать надо как «спасибо, заходите в другой раз».

В следующий раз Григорий Евгеньевич не ушёл, когда мы закончили разговор для публикации, а надолго остался за столом – только слушать, лишь изредка вставляя замечания, продуманные, логически выстроенные, точные: «В освоении языка не должно быть письменной поддержки, тогда в активе останутся не заученные, а необходимые в практике слова».

Дочь Веделя, Ирина Григорьевна, преподаёт английский язык на экономическом факультете ВГУ, знает своё дело и рассказывает о нём с удовольствием. У них тёплые, дружеские отношения и профессиональный интерес друг к другу. Спустя три часа спохватываемся: «Ведель-то не устал?» И вот что он сказал: «Мне читать трудно, но писать пока могу, а слушать хочется бесконечно – когда интересно».

После юбилейных встреч с друзьями, коллегами и учениками Григорий Евгеньевич взял тайм-аут, чтобы восстановить силы. Наши встречи возобновились весной, и постепенно появился навык общения с ним. «Как вы из Латвии попали в Воронеж?» Ответ: «Поездом». Объяснять Ведель не будет, не сейчас – это его характер и привычка ценить время. Он всегда сконцентрирован в беседе, и чтобы понять, что же имеет значение для него самого, лучше не отвлекаться на свой субъективный интерес. Поэтому и не случилось откровений из его личной жизни и воспоминаний из истории Отечества.

Профессор Ведель говорит о том, о чём хочет говорить в нём Ведель. Учёный-лингвист, теоретик и педагог, Григорий Евгеньевич считает важным для себя свою книгу, написанную в 95 лет, итог практической и научной деятельности.

За вклад в разработку теоретических основ сознательно-практического метода обучения иностранным языкам Григорий Евгеньевич награждён медалью. Из предисловия к его монографии: «Концепция автора целостна как подлинная система. Она глубоко научна; каждое положение аргументируется с психологических, физиологических и лингвистических позиций. Она философична и в своей основе, и по манере изложения».

Здесь важен ещё один факт: мысли о начатой книге не оставляли Веделя даже в больнице. Восемь лет назад он ещё читал обзорные лекции в университете. В корпус, что на площади Ленина, 10, ходил пешком, и однажды произошёл несчастный случай: его сбил автомобиль. Сложный перелом надолго уложил Григория Евгеньевича в постель. Что делает Ведель? Он использует «предложенные» жизнью обстоятельства как стимул и мобилизуется для работы над книгой. Не болеть же просто так, без дела!

Мы попытались вывести жизненный закон Веделя. «Время измеряется нашими делами, – говорит Григорий Евгеньевич. – Если нет желания, всегда найдутся причины не делать. Есть желание – не найдётся причин, чтобы не делать». Закон хороший, но легко ли по нему жить? Ведель уверяет, что по-другому и не получалось: «Когда мысль необоримо побуждает действовать, приобретаешь способность подчинять себе обстоятельства». Не предаваться печальным мыслям о вечном покое, а писать и писать с верой в успех – это, конечно, предпочтительнее, но для этого надо быть Веделем.

Основная мысль его теории обучения иностранному языку на устной основе с коммуникативной направленностью отражена в сложной схеме.

Григорий Евгеньевич подарил мне распечатку. Всматриваюсь, читаю и понимаю наконец, как это – просто. Дети, например, гораздо раньше, чем писать, учатся употреблять слова по назначению. В музыкальной школе сегодня тоже используют методику обучения музыке без нотной грамоты. Есть даже специальные инструменты. Докладываю о своём «открытии», и Ведель не возражает, не вскидывает руку в академическом жесте: вверх и резко в сторону. Григорий Евгеньевич ставит мне пять баллов. Кандидат филологических наук, доктор педагогических и доктор философских наук, патриарх, как называют его коллеги. 

«Осень патриарха», – думаю про себя, когда прохожу мимо дома Григория Евгеньевича. Вернее, перебегаю через перекрёсток, срываясь на светофоре, тороплюсь, лавирую в людском потоке и успеваю разглядеть балкон: не вышел ли профессор? Тополь, что на углу, уцелел от вырубки и состарился вместе с Веделем, хранил для него тень в жаркие летние дни. А теперь уже холодно, ноябрь, надо поздравить Григория Евгеньевича: после ста каждый год – юбилейный.

Надо использовать возможность ещё раз с ним встретиться, сохранить для себя его пример воли и самодисциплины, чтобы научиться расходовать себя, ценить жизнь и беречь время, различать пустое и значительное. По закону Веделя.