Страницы будущей книги. Интеллигенция идёт в народ

18.04.2012 09:50

(Окончание). Археолог, доцент Воронежского педуниверситета Валерий Березуцкий известен и как популяризатор исторической науки. Только что им закончена ещё одна книга – она посвящена прошлому Верхнехавского района.

Археолог, доцент Воронежского педагогического университета Валерий Березуцкий хорошо известен и как популяризатор исторической науки. Его перу принадлежат несколько книг. Только что закончена ещё одна – она посвящена прошлому Верхнехавского района Воронежской области. Одну из глав будущей книги мы и представляем нашим читателям.

Валерий БЕРЕЗУЦКИЙ

(ОКОНЧАНИЕ. Начало – в №15)

Первой учительницей Никольской земской школы, открытой в 1896 г., стала Мария Николаевна Голубятникова (после замужества в 1897 г. с управляющим имением Соколовых П.И. Медведевым стала Медведевой). Мария Николаевна – дочь священника, окончила епархиальное училище в Воронеже.

«Она сама, - вспоминает Зинаида Сергеевна, - носила зачатки тех же стремлений, что и мы, которые были меньше осознаны ею, вероятно, по молодости лет».

Летом 1895-1896 гг. началась театральная и литературно-музыкальная жизнь в Никольском. Поначалу крестьянские дети, одевшись в наряды, изображали театральные персонажи, потом это заинтриговало и заинтересовало всех. Начались спектакли, на которые потянулся народ с округи, да так, что столовая, где проходили спектакли, едва вмещала до 250 человек. Так в деревенской глуши, которую и периферией-то не назовешь, слишком уж далеко и от нее, стараниями удивительных и добрых людей родился Никольский народный театр.

Первой постановкой был спектакль по пьесе Стаховича «Ночное «, который ставили в доме Соколовых.

Из-за невообразимого числа народа, который потянулся на диковинное чудо, решили не пускать на спектакль крестьян с детьми, в особенности с грудными. Матери же прятали малышей под лавками, подавали детей в окна. Пожилые мужики, зная, что черед идти на «комедь» жене, а ему оставаться в избе, прячутся часа за два до спектакля вне дома, чтобы попасть на «комедь». Обманутые жены плачут на порожках своих изб.

Первой темой становятся спектакли. Особенно сильное впечатление на крестьян произвела постановка «Русалки», где участвовали сами крестьяне. Они пели, танцевали, сами шили костюмы.

Прослышали про постановки в Никольском и в округе и потянулись на «комедь» зрители из Усмани, станции Графской, из Воронежа, Верхней Хавы, Рамони.

О деятельности Никольского театра узнал А.П. Чехов через свою жену О.Книппер: «Сейчас сыграли в 40-й раз «Сестер», - писала она Антону Павловичу в 1901 году.

О Зинаиде Сергеевне Ольга Книппер отзывалась восторженно: «Она – удивительно симпатичный, простой человек, и весь строй их жизни с мужем мне нравится чрезвычайно».

В 1901 г. (или 1902 г.) Никольское посетил родной брат Зинаиды Сергеевны – Константин Станиславский. Направляясь отдыхать на Кавказ, заехал уговорить Соколовых поступить к нему в Московский художественный театр. О театральных способностях Соколовых он хорошо знал задолго до приезда в Никольское еще по Москве. К.С. Станиславскому показали в Никольском несколько спектаклей, от которых он был в восторге. Особенно понравились ему актеры-крестьяне.

Все время пребывания в Никольском Станиславский и его жена Мария Лилина почти не покидали риги, где шли спектакли и репетиции.

«Нет, вы только подумайте, сколь талантлив наш простой народ!» - говорил Константин Сергеевич. - Гуляю я утречком налегке по парку и слышу со стороны поля слова - кого бы вы думали? Гоголевского Степана из «Женитьбы». Да так произносит их с чувством, с настроением!... Раздвигаю кусты – и вижу за сохой крестьянина Хитрова, который окучивает на своей пегашке картофель и заодно учит роль. Изумительно, просто изумительно!.

Крестьяне привыкли к Соколовым и всё не могли понять, что это за господа, которые на господ не похожи: «Ну, это не господа, а как свойские, словно как рубаха своя».

Необычная жизнь Соколовых порождала всевозможные слухи об их деятельности, поскольку она никак не вписывалась в крестьянские представления. Стали поговаривать, что Константин Константинович – принц, посланный тайно от царя, ведь за ним присылали экипаж «принчихиных» лошадей из Рамони! В Рамони в имении Великой княжны Ольги Ольденбургской находилась больница и на сложные операции присылали экипаж за Константином Константиновичем - опытным хирургом.

Переманить Соколовых не удалось, они уже втянулись в свои деревенские заботы. Ведь тут столько дел! Надо и лавку свою открыть, и товары продавать крестьянам «по божеской цене», чтобы сбить высокие цены лавочника Колодкина из Малой Приваловки. И чайную открыть, чтобы было, где крестьянам чаю попить и пообщаться, послушать музыку, а кто умеет – и газеты почитать, и картины посмотреть. И сделали, и построили! И народу набивалось тьма-тьмущая, и пили чай до пота, и, наевшись селедок, колбасы и котелок (баранки), крестьяне «слухали» музыку «под шарманку», рассуждали о просмотренном недавно спектакле и «почитывались чуток в газете».

П.И.Медведев – управляющий имением Соколовых со старшей дочерью Анюсей. Начало 1900-х годов.

В праздники приходили крестьяне из Супруновки. Интересны наблюдения Зинаиды Сергеевны о том, как одевались супруновцы и чем от них отличались никольские. «Снаряды» (так крестьяне называли свои наряды. – В.Б.) супруновцев побивали «снаряды» никольских. Супруновские крестьяне (девушки и женщины) приходили «все в кисейных, мушками или другим узором рубашках (кисея – тонкая, полупрозрачная, редкая ткань из хлопка), воротники – с накрахмаленными кружевами в четверть шириной. На шее – широкая цветная лента, пунцовая, желто-зеленая, оранжевая, вершка в три шириной, спускавшаяся до пояса и завязавшаяся бантом – почти у всех, а у никольских – как исключение.

М.Н.Медведева – первая учительница Никольской школы. 1896 год.

По нескольку ниток разноцветных хрустальных гранат, по три нитки – дорогих янтарей. Юбки – шелковые, тканные по коричневому серебром и золотом букетами, или полосатые, шелковые, красными и зелеными полосами и по полосам тканные цветочками. Рубашки у кистей и кисейной оборки перевязывались ткаными лентами, гаруса на шее были унизаны бисером в рисунок (гарус – разновидность крученой шерстяной пряжи белого цвета или разноцветной). Вокруг талии – широкий, яркий домотканый кушак с узором, концы, вышитые шерстью цветами; до подола юбки с левой стороны висела лента широкая.

Кокошники, как жар, горели и покрывались поверх шелковыми цветными платками, тоже вытканными золотыми и серебряными цветочками, концы под подбородком торчали, как уши. На ногах – разукрашенные пуговками и лентами коты, род туфель с золотыми подковками. Икры обматывались черными бархатными полосами. В руках– сложенный белый платочек с кружевами…

Девушки, как и наши, заплетали в 8-12 прядей косы, и в конец вплеталась цветная лента… Бабы надевали кисейные рубахи под душегрейки без рукавов, с парчовыми проймами или отделанные галунной золотой тесемкой (душегрейка – часть женского костюма, теплая кофта без рукавов, обычно на вате, а также на меху. – В.Б. )… После чая, конечно, плясали под «ливенскую» гармонь, а кто – сидел и разговаривал с нами.

В их плясках было многое красиво, особенно нагибание до пола рук и всплескивание, трепыхание рук вверх и быстрый поворот на месте «рыбкой», и отскок назад, и хлопки в ладоши. В Супруновке были ловкие плясуны мужчины, и выделывали очень трудные и разнообразные колена. Народ был рослый – и женщины, и мужчины – и красивый, особенно мужчины. У нас было больше красивых женщин.

Супруновские мужики все в белых холщевых рубахах с гарусом на шее в два ряда, с черным фарфоровым крестиком на шее, с домоткаными с махрами поясами, в плисовых шароварах, грудка, ворот, рукава отделаны узкой тесемкой городочками, черного цвета, в сапогах… Пели и под жалейки, как наши. Жалейки состояли из коровьего рога с приделанными тростниковыми дудочками, обычно их было три. Звук был сильный, причем играющий очень напряженно дул и раздувал щеки и часто слышно вбирал дыхание… (Соколова З., 2004, с. 168).

Как видно из этого описания, верхнехавцы умели одеться, умели веселиться, когда нужно. А их наряд поражает роскошностью для того времени. Заметь, читатель, на ногах танцующих вовсе не лапти, как можно было бы подумать (а в чем же они могут еще плясать?). А украшения одежды просто будто не из того мира!

Между тем, жизнь в Никольском постепенно обнажала все стороны крестьянской жизни. Увидели Соколовы и отношение в деревне к женщине. Причем наблюдения Зинаиды Сергеевны основывались не на одном Никольском, а и на соседних селах и деревнях. Все было то же: «Мужики думали, что бабу не бить никак нельзя, и как ни была она хороша, «а за виски надо оттаскать». Били жен старики и безусые мальчишки-мужья. В женщине человека не признавали. Всей грубости и жестокости в первые годы жизни в деревне не перечту и не передать, конечно» (Соколова З., 2004, с. 183).

Много сил приложила и времени отдала Зинаида Сергеевна для пробуждения в деревенской женщине чувства равноправия с мужчиной. Стараясь практически изменить положение женщины в деревнях и селах, Зинаида Сергеевна ездила по селениям, собирала кружевные вышивки и отвозила их в Москву, а вырученные деньги отдавала труженицам. В 1914 г. на кустарно-промышленной выставке в Берлине были представлены Никольские кружевные изделия.

Беседовала со старыми и молодыми, рассказывала об интеллигентных женщинах, женских правах. Романтически настроенные Соколовы ехали в Никольское с мечтой отдать женщинам и свою землю. Пусть будут наравне с мужьями. Этой романтической идее прижиться в деревне было туго. Для деревенских разговоры Зинаиды Сергеевны были «чудные». Женщины упрямо говорили, что так было испокон веку и так ведется, что мужик – главный: «Ох, смешное чтой-то ты гуторишь. Ну да разе могут бабам землю али права дать? Ну да разе это будя? Нешто послухають женщин? Этого и быть не можа! Ох, и чудная ты, Сергеевна!» (Соколова З., 2004, с. 183).

Но дело было не только в том, что ни мужчины, ни женщины не могли, в силу глубокой традиции, принять эти новые идеи – наделить женщину равными правами с мужчинами, но и землей. Были среди них и те, кто точно определил, почему этого нельзя и «не можно» сегодня сделать – дать женщине землю. Потому, что земли и так не хватает! Вот в чем суть-то вопроса! А раздели ее между мужчинами и женщинами – и сеять будет негде. И многие мужчины сразу соглашались на «женскую землю», но если правительство даст крестьянам побольше земли. Вот, оказалось, в чем суть вопроса!

Да и с этой-то земли едва наскребали «на хлебушек». Вспомним, что средняя урожайность, например, ржи на крестьянских землях Воронежской губернии составляла примерно 7,5 центнера с гектара в пересчете на современные меры.

В 1905 г. в печати стали обсуждать возможность наделения женщин землей, и сразу крестьянки заволновались, стали обсуждать такую возможность, думать о лучшей доле. И вовсе куда-то подевалась у многих эта давняя традиция – «ня будя так никогда, потому что ня будя».

Перед началом революции 1905-1907 гг. З.С. Соколова переезжает в Москву для обучения своих и приемных детей, но в Никольское приезжает. А когда началась война, организует в Никольском госпиталь, где К.К. Соколов летит раненных солдат. Константин Константинович до последнего дня своей жизни оставался в Никольском. В 1919 г. он скончался от сердечного приступа и был похоронен на кладбище с. Малая Приваловка.

После смерти Константина Константиновича возглавила любительский театр Л.Ф Тупикова (1883-1955). Она долгое время жила в семье Соколовых, участвовала в театральных постановках. Затем работала фельдшером и учительницей начальных классов в Никольской школе.

Зинаида Сергеевна в 1916- 1918 гг. работала в Московской больнице для слепых, руководила студией кружка на фабрике шелковых тканей, а в 1919 г. поступает в Оперную студию К. Станиславского, ведет там занятия.

Зинаида Сергеевна прожила долгую жизнь и умерла в 1950 г. в возрасте 85 лет. Похоронена в Москве на Алексеевском кладбище.

А театр, созданный Соколовыми, живет и сегодня. Семена просвещения и культуры, брошенные более сотни лет назад, дали всходы.

Чтобы сохранить и продолжить традиции русской интеллигенции, не дать погибнуть такому явлению, как крестьянский театр, Воронежской областной Центр народного творчества с 1994г. проводит в селе Никольское областные фестивали любительских театров «Театральные встречи в Никольском «. В 1959 г. Никольский театр получил звание народного.

С 1994 г. в с. Никольское проводится традиционный областной театральный фестиваль, куда съезжаются самые лучшие любительские коллективы. Руководит народным театром С.Н.Сукочева, ведущий специалист Воронежского областного Центра народного творчества.

Источник: газета «Воронежская неделя» № 16 (2053), 18.04.2012г.

«Российская газета», 30 января 1997 года

Доросла «Репка» до Москвы

Череда торжеств, посвященных предстоящему 100-летию МХАТа, началась с воронежского села Никольское. Здесь, за два года до Художественного, возник крестьянский театр, созданный родной сестрой К. Станиславского — Зинаидой Соколовой.

Начинался он с «Русалки» А. Даргомыжского, «народных» спектаклей «Кручина» и «Репка». Побывавший позднее в Никольском Константин Сергеевич высоко оценил творчество артистов-любителей, приглашал некоторых из них в свою труппу.

Юбилей широко отмечается на воронежской земле, где в настоящее время действуют 15 народных театров. Коллектив из Никольского недавно побывал и в Москве, показал возобновленную «Репку» на подмостках дома-музея К.Станиславского.

Геннадий ЛИТВИНЦЕВ,
соб. корр.,

Воронежская область

https://www.communa.ru/nauka_i_obrazovanie/stranitsy_budushchey_knigi-_intelligentsiya_idyet_v_narod_2/