Array
(
[SRC] => /local/templates/default2018/img/nophoto.png
)
Array
(
[DETAIL_PICTURE] =>
[~DETAIL_PICTURE] =>
[SHOW_COUNTER] => 1562
[~SHOW_COUNTER] => 1562
[ID] => 209295
[~ID] => 209295
[IBLOCK_ID] => 52
[~IBLOCK_ID] => 52
[IBLOCK_SECTION_ID] => 270
[~IBLOCK_SECTION_ID] => 270
[NAME] => Новейшая история. Верфь и…
[~NAME] => Новейшая история. Верфь и Майдан
[ACTIVE_FROM] => 16.02.2007
[~ACTIVE_FROM] => 16.02.2007
[TIMESTAMP_X] => 05.12.2018 14:07:02
[~TIMESTAMP_X] => 05.12.2018 14:07:02
[DETAIL_PAGE_URL] => /politika/noveyshaya_istoriya-_verf_i_maydan/
[~DETAIL_PAGE_URL] => /politika/noveyshaya_istoriya-_verf_i_maydan/
[LIST_PAGE_URL] => /novosti/
[~LIST_PAGE_URL] => /novosti/
[DETAIL_TEXT] => 25 лет прошло – и снова «польские события». Масштаб, конечно, не тот, но – шуму!
Варшавские хулиганы (а может, скинхеды, они, оказывается, и там забавляются) побили наших ребят. Московские уличные «шовинисты» отыгрались на трёх поляках. И что? Скандал на грани истерики. МИДы вызывают послов, обмениваются нотами. Президенты негодуют, созваниваются, убеждают друг друга в недопустимости хулиганства.
Бывший лидер «Солидарности» Лех Валенса и Виктор Ющенко
на митинге в центре Киева.
Помельчало всё. Буря в стакане воды. Вот четверть века назад в Польше грянула буря – это да! Но что характерно? У нас тогда о ней если и говорили, то шепотком, на кухнях. А власти так перепугались, что дара речи лишились. И насчёт СМИ распорядились: чтоб ни слова.
Я работал тогда в Варшаве, представлял «Известия» и на себе ощутил всю тяготу запрета. В середине лета 80-го махнул на всё и подался в отпуск. Перед отъездом столкнулся в клубе с Бернаром, корреспондентом «Фигаро». Тот удивился:
– Уезжаешь? В такое время! Ты, как Герек!
– Почему?
– Он тоже в Москву уехал. На Олимпиаду. Болельщик…
В Москве соревновался ограниченный контингент атлетов, умирал Высоцкий, заседало Политбюро, а в братской Польше бастовали заводы. Люди протестовали против повышения цен. Где-то зарплату поднимали, и забастовки прекращались, чтоб вспыхнуть по новым адресам.
В середине августа встала Гданьская судоверфь имени Ленина. Администрация вроде уладила проблемы, многие собрались выйти на работу, но тут явились представители других предприятий и сообщили, что их требования не удовлетворяются. «Тогда объявляем забастовку солидарности», – сказал Лех Валенса.
Счастливо найденное, заветное слово будет миллиардно, триллионно повторено на транспарантах, знамёнах и плакатах, в надписях на стенах, в резолюциях и приказах, протоколах и поэмах, проповедях и приговорах. И станет символом первой бархатной революции – «СОЛИДАРНОСТЬ»!
31 августа 1980 года в трёх городах – Гданьске, Щецине и Ястшембе – были подписаны соглашения «Солидарности» с правительством, которое признало правоту рабочих. Не переставая, телевидение крутило исторические кадры: торжествующий Лех Валенса выводит свою подпись огромной сувенирной авторучкой. Говорили, её подарил неистовому автомеханику краковский кардинал Кароль Войтыла, уже ставший Папой Иоанном Павлом Вторым.
Поначалу в выдвинутых бастующими требованиях не было и намёка на революцию. Валенса, раздававший в те дни интервью налево и направо, подчёркивал: «Мы не против социализма, мы против искажений социализма».
Чем же так напугали советское руководство события в Польше? Во-первых, масштабом. Бастовали не сотни, не тысячи – миллионы. Во-вторых, движущей силой. С протестом выступили прежде всего не мелкобуржуазные элементы, не частные торговцы, не индивидуальные крестьяне, а многотысячные коллективы промышленных предприятий – металлурги, шахтёры, судостроители. В-третьих, характером выдвинутых претензий.
По-моему, в нашей общедоступной прессе полностью так и не были опубликованы требования польских рабочих. Между тем их и сегодня читать интересно и поучительно: чувствуешь дыхание времени и борьбы.
«1. Право создавать свободные профсоюзы, независимые от ПОРП. 2. Право на забастовку. 3. Гарантия свободы слова и доступа к средствам массовой информации для всех. 4. Свободу всем политическим заключённым и прекращение репрессий против активистов профсоюзов.
5. Публикация требований забастовщиков в средствах массовой информации. 6. Доступ населения к экономической информации и вовлечение населения к принятию управленческих решений. 7. Сохранение заработной платы за время забастовки. 8. Оплата сверхурочных. 9. Индексация зарплаты в соответствии с инфляцией.
10. Ограничение экспорта продовольствия до тех пор, пока местные возможности не будут использованы. 11. Отмена «коммерческих» и закрытие специальных валютных магазинов для элиты. 12. Фабричное управление на основе компетентности и независимо от членства в ПОРП. Конец привилегиям для полиции и аппарата ПОРП. 13. Строгое нормирование продовольствия, пока не исчезнет дефицит. 14. Уменьшение возраста выхода на пенсию. 15. Повышение пенсий.
16. Усовершенствование здравоохранения; гарантия качественного здравоохранения для всех. 17. Увеличение числа детских яслей для детей рабочих. 18. Оплаченный декретный отпуск для женщин в течение трёх лет. 19. Реальное сокращение списков очередников на жильё. 20. Дотации на проезд для работающих далеко от дома. 21. Запрет «добровольной» работы в субботу».
О чём говорят требования? Именно голос рабочих слышится в них. Равно как и акцент на социальную справедливость. «Гарантия качественного здравоохранения для всех», отмена «магазинов для элиты» – нетрудно представить, как читалось бы это в Москве при продуктовом распределителе на улице Грановского и Четвёртом управлении Минздрава! Вот уж точно – против искажений. А про капитализм, приватизацию и прочее – ни слова.
В составленных на скорую руку пунктах виделись тоска по «социализму с человеческим лицом» и подсказка властям, что нужно делать. Другой вопрос, могла ли власть услышать голос рабочих. Не могла, потому что не хотела. Да и Москва не позволила бы, как это случилось в Пражскую весну, закончившуюся вводом советских войск.
Бракованный социализм в очередной раз продемонстрировал неспособность к реформам. Это предопределило дрейф «Солидарности» от профсоюза к партии, ставившей совсем другие цели. Через год Валенса уже не вспоминал о социализме.
4 декабря 1981 года Польшу потрясла очередная сенсация. Радио передало запись… секретного заседания лидеров независимых профсоюзов. Народ удивлялся не столько сказанному там, сколько тому, что «безпека» записала разговор. И всё-таки важнее была суть сбивчивой речи Леха.
– Конфронтации не избежать, – говорил он. – Я думал, мы ещё продержимся, и тогда нашими станут и сейм, и рады. Но эта тактика уже неприемлема. Когда меняется строй, без ударов не обойтись.
Ключевые слова: «меняется строй». Именно к этой цели искусно и методично направляли движение масс идеологи протеста. Две группы советников, кстати, не отличавшиеся партнёрскими отношениями, формировали стратегию «Солидарности» – представители костёла и диссиденты.
К первым рабочие сразу отнеслись благожелательно: церковь всегда пользовалась в Польше моральным авторитетом, а после избрания поляка римским Папой её влияние резко возросло.
Всю мировую печать обошёл в те дни символический снимок: Валенса со товарищи, преклонив колени, молятся на территории бастующей верфи. Молебен служил настоятель костёла Св. Бригиды в Гданьске ксендз Генрик Янковский. Вот как он вспоминал об этом позднее:
«Труд как благословение и труд как проклятие» – это было главным мотивом проповеди. Я вспомнил о приходившейся на те дни 60-й годовщине «чуда над Вислой». Серебристая волна прикатила в Гданьск, и совершилось новое чудо – над Балтикой. Сердца рабочих, окруживших алтарь, были полны ненавистью к системе, к власть имущим, к реалиям жизни».
Если учесть, что «чудом над Вислой» поляки называют разгром в августе 1920 года армии Тухачевского, дошедшей почти до Варшавы, идейное кредо проповедника ясно, как божий день.
Сложно складывались отношения бастующих с диссидентами. На митингах особо недоверчивые рабочие спрашивали Валенсу, указывая на Яцека Куроня:
– Лех, почему он всё время с тобой?
– Панове, – кричал новоиспечённый вождь, – а кто помогал моей Дануте и детям, когда я сидел в тюрьме? Он!
Аргумент убеждал.
Возглавившие движение интеллектуалы – Куронь, Мондзолевский и другие – в молодости были левыми радикалами. Уйдя в оппозицию, они создали комитеты защиты рабочих, которые материально помогали семьям арестованных лидеров забастовок 70-го и 76-го годов. В высшей степени предусмотрительный шаг. И практически марксистский подход: какая ж революция без рабочего класса!
К концу 1981 года стало ясно: конфронтации не избежать. В Варшаву отовсюду слетелись специальные корреспонденты. Такие же журналисты, как римский Папа – атеист. В Интерпрессе яблоку негде было упасть: по две-три пресс-конференции в день.
Вёл их похожий на телепузика представитель правительства Урбан. С растерянной улыбкой он отбивался от вопросов западных «спецкоров». Один, вытянув ноги-ходули, спрашивал тоном следователя:
– На вашей восточной границе замечено передвижение войск. Может, завтра в Польше появятся советские солдаты?
Пока переводчик переводил, реплику подал корреспондент АПН:
– Они уже здесь.
Зал загудел, а журналист, переварив паузу, продолжил:
– Шестьсот тысяч! Лежат в этой земле!
Он имел в виду советских воинов, которые погибли, освобождая Польшу от гитлеровцев. Потом испуганное наше посольство пеняло журналисту: зачем высунулся?
Между тем вопрос западного «спецкора» не был провокационной выдумкой. Теперь-то, из воспоминаний советских генералов, известно, что в Москве серьёзно обсуждался вариант ввода наших войск в Польшу. Но даже непримиримому марксисту и сталинскому соратнику Суслову хватило ума признать: второй Афганистан наша страна не пережила бы.
Военное положение ввели сами поляки во главе с генералом Ярузельским. Оно было достаточно мягким и обошлось без больших жертв. За Бугом до сих пор расходятся в оценке этого шага. Многие называют его преступлением. Ярузельского многократно пытались судить, но до приговора дело не дошло. Есть и такие, кто полагает, что радикальная мера спасла Польшу. Думаю, правы они.
Парадокс: военное положение, введённое для защиты социализма, привело к победе капитализма. Но сначала упредили гражданскую войну. А революцию – ОТЛОЖИЛИ. Так шахматисты откладывают недоигранную партию.
Когда интернированных освободили, противники не взобрались на баррикады, а сели за круглый стол, и ПОРП сдала дела «Солидарности». Началась новейшая история другой Польши.
Но вернёмся к событиям 80-го. Как писал в мемуарах Эдвард Герек, однажды по прямому проводу ему позвонил Брежнев и без излишней дипломатии прошамкал:
– У тебя-я-я контра-а-а. Надо взять за морду. Мы поможем
.
Легко сказать – «взять»! Кого? Легко сказать – «контра». Это рабочие-то? То, что происходило в Польше, мы называли контрреволюцией. И наводили тень на плетень. Это была типичная, хоть и без моря крови, революция.
Случилось то, что рано или поздно должно было случиться. В отличие от российского орла, у польского – одна голова. Повёрнута она в сторону Запада.
Не могу удержаться от замечания. Социально-кадровые пертурбации, случившиеся недавно в Грузии, на Украине и в Киргизии, многие поспешно зачислили в разряд бархатных революций. Понять их можно: отдельные черты, сходные с событиями в Польше, налицо.
И тогда – в Польше, и сейчас – в бывших союзных республиках существенная помощь в организации протеста шла с Запада, и прежде всего из Соединённых Штатов. Четверть века назад она была робкой: приходилось считаться с мощью Страны Советов. Помогали в основном «натурой»: в Гданьск и Щецин контрабандой доставляли для «Солидарности» типографское оборудование, множительную технику и пр. Нынче действуют в открытую – через специальные фонды, чуть ли не наличными, десятки миллионов долларов.
Однако как бы ни впечатляло сходство внешних деталей, оно вторично. Первична суть событий. Бастующая верфь и поющий майдан – это, как говорится, две большие разницы. С гданьской забастовки в Польше началась смена строя. Рок-митинги на киевской площади предваряли смену элит или «оранжевый передел». Передел интересов, влияний, власти, собственности, приоритетов и т.д. А бархатная революция на просторах Союза ССР уже была – в 1991-м. Началась в августе – у Белого дома, закончилась в декабре – в Беловежской Пуще. Она была настолько бархатной, что многие её не заметили. И настолько радикальной, что заметившие – ахнули.
Многомудрые аналитики говорят о том, что и в Россию придёт «цветная» революция. Ерунда. Революция, если она, не дай бог, на российских просторах всё-таки случится, будет не цветной и, к великому сожалению, не бархатной.
Что же касается недавних ЧП на улицах Варшавы и Москвы, то удивляться им не приходится.Анатолий ДРУЗЕНКО.
(С разрешения «Литературной газеты»).
[~DETAIL_TEXT] => 25 лет прошло – и снова «польские события». Масштаб, конечно, не тот, но – шуму!
Варшавские хулиганы (а может, скинхеды, они, оказывается, и там забавляются) побили наших ребят. Московские уличные «шовинисты» отыгрались на трёх поляках. И что? Скандал на грани истерики. МИДы вызывают послов, обмениваются нотами. Президенты негодуют, созваниваются, убеждают друг друга в недопустимости хулиганства.
Бывший лидер «Солидарности» Лех Валенса и Виктор Ющенко
на митинге в центре Киева.
Помельчало всё. Буря в стакане воды. Вот четверть века назад в Польше грянула буря – это да! Но что характерно? У нас тогда о ней если и говорили, то шепотком, на кухнях. А власти так перепугались, что дара речи лишились. И насчёт СМИ распорядились: чтоб ни слова.
Я работал тогда в Варшаве, представлял «Известия» и на себе ощутил всю тяготу запрета. В середине лета 80-го махнул на всё и подался в отпуск. Перед отъездом столкнулся в клубе с Бернаром, корреспондентом «Фигаро». Тот удивился:
– Уезжаешь? В такое время! Ты, как Герек!
– Почему?
– Он тоже в Москву уехал. На Олимпиаду. Болельщик…
В Москве соревновался ограниченный контингент атлетов, умирал Высоцкий, заседало Политбюро, а в братской Польше бастовали заводы. Люди протестовали против повышения цен. Где-то зарплату поднимали, и забастовки прекращались, чтоб вспыхнуть по новым адресам.
В середине августа встала Гданьская судоверфь имени Ленина. Администрация вроде уладила проблемы, многие собрались выйти на работу, но тут явились представители других предприятий и сообщили, что их требования не удовлетворяются. «Тогда объявляем забастовку солидарности», – сказал Лех Валенса.
Счастливо найденное, заветное слово будет миллиардно, триллионно повторено на транспарантах, знамёнах и плакатах, в надписях на стенах, в резолюциях и приказах, протоколах и поэмах, проповедях и приговорах. И станет символом первой бархатной революции – «СОЛИДАРНОСТЬ»!
31 августа 1980 года в трёх городах – Гданьске, Щецине и Ястшембе – были подписаны соглашения «Солидарности» с правительством, которое признало правоту рабочих. Не переставая, телевидение крутило исторические кадры: торжествующий Лех Валенса выводит свою подпись огромной сувенирной авторучкой. Говорили, её подарил неистовому автомеханику краковский кардинал Кароль Войтыла, уже ставший Папой Иоанном Павлом Вторым.
Поначалу в выдвинутых бастующими требованиях не было и намёка на революцию. Валенса, раздававший в те дни интервью налево и направо, подчёркивал: «Мы не против социализма, мы против искажений социализма».
Чем же так напугали советское руководство события в Польше? Во-первых, масштабом. Бастовали не сотни, не тысячи – миллионы. Во-вторых, движущей силой. С протестом выступили прежде всего не мелкобуржуазные элементы, не частные торговцы, не индивидуальные крестьяне, а многотысячные коллективы промышленных предприятий – металлурги, шахтёры, судостроители. В-третьих, характером выдвинутых претензий.
По-моему, в нашей общедоступной прессе полностью так и не были опубликованы требования польских рабочих. Между тем их и сегодня читать интересно и поучительно: чувствуешь дыхание времени и борьбы.
«1. Право создавать свободные профсоюзы, независимые от ПОРП. 2. Право на забастовку. 3. Гарантия свободы слова и доступа к средствам массовой информации для всех. 4. Свободу всем политическим заключённым и прекращение репрессий против активистов профсоюзов.
5. Публикация требований забастовщиков в средствах массовой информации. 6. Доступ населения к экономической информации и вовлечение населения к принятию управленческих решений. 7. Сохранение заработной платы за время забастовки. 8. Оплата сверхурочных. 9. Индексация зарплаты в соответствии с инфляцией.
10. Ограничение экспорта продовольствия до тех пор, пока местные возможности не будут использованы. 11. Отмена «коммерческих» и закрытие специальных валютных магазинов для элиты. 12. Фабричное управление на основе компетентности и независимо от членства в ПОРП. Конец привилегиям для полиции и аппарата ПОРП. 13. Строгое нормирование продовольствия, пока не исчезнет дефицит. 14. Уменьшение возраста выхода на пенсию. 15. Повышение пенсий.
16. Усовершенствование здравоохранения; гарантия качественного здравоохранения для всех. 17. Увеличение числа детских яслей для детей рабочих. 18. Оплаченный декретный отпуск для женщин в течение трёх лет. 19. Реальное сокращение списков очередников на жильё. 20. Дотации на проезд для работающих далеко от дома. 21. Запрет «добровольной» работы в субботу».
О чём говорят требования? Именно голос рабочих слышится в них. Равно как и акцент на социальную справедливость. «Гарантия качественного здравоохранения для всех», отмена «магазинов для элиты» – нетрудно представить, как читалось бы это в Москве при продуктовом распределителе на улице Грановского и Четвёртом управлении Минздрава! Вот уж точно – против искажений. А про капитализм, приватизацию и прочее – ни слова.
В составленных на скорую руку пунктах виделись тоска по «социализму с человеческим лицом» и подсказка властям, что нужно делать. Другой вопрос, могла ли власть услышать голос рабочих. Не могла, потому что не хотела. Да и Москва не позволила бы, как это случилось в Пражскую весну, закончившуюся вводом советских войск.
Бракованный социализм в очередной раз продемонстрировал неспособность к реформам. Это предопределило дрейф «Солидарности» от профсоюза к партии, ставившей совсем другие цели. Через год Валенса уже не вспоминал о социализме.
4 декабря 1981 года Польшу потрясла очередная сенсация. Радио передало запись… секретного заседания лидеров независимых профсоюзов. Народ удивлялся не столько сказанному там, сколько тому, что «безпека» записала разговор. И всё-таки важнее была суть сбивчивой речи Леха.
– Конфронтации не избежать, – говорил он. – Я думал, мы ещё продержимся, и тогда нашими станут и сейм, и рады. Но эта тактика уже неприемлема. Когда меняется строй, без ударов не обойтись.
Ключевые слова: «меняется строй». Именно к этой цели искусно и методично направляли движение масс идеологи протеста. Две группы советников, кстати, не отличавшиеся партнёрскими отношениями, формировали стратегию «Солидарности» – представители костёла и диссиденты.
К первым рабочие сразу отнеслись благожелательно: церковь всегда пользовалась в Польше моральным авторитетом, а после избрания поляка римским Папой её влияние резко возросло.
Всю мировую печать обошёл в те дни символический снимок: Валенса со товарищи, преклонив колени, молятся на территории бастующей верфи. Молебен служил настоятель костёла Св. Бригиды в Гданьске ксендз Генрик Янковский. Вот как он вспоминал об этом позднее:
«Труд как благословение и труд как проклятие» – это было главным мотивом проповеди. Я вспомнил о приходившейся на те дни 60-й годовщине «чуда над Вислой». Серебристая волна прикатила в Гданьск, и совершилось новое чудо – над Балтикой. Сердца рабочих, окруживших алтарь, были полны ненавистью к системе, к власть имущим, к реалиям жизни».
Если учесть, что «чудом над Вислой» поляки называют разгром в августе 1920 года армии Тухачевского, дошедшей почти до Варшавы, идейное кредо проповедника ясно, как божий день.
Сложно складывались отношения бастующих с диссидентами. На митингах особо недоверчивые рабочие спрашивали Валенсу, указывая на Яцека Куроня:
– Лех, почему он всё время с тобой?
– Панове, – кричал новоиспечённый вождь, – а кто помогал моей Дануте и детям, когда я сидел в тюрьме? Он!
Аргумент убеждал.
Возглавившие движение интеллектуалы – Куронь, Мондзолевский и другие – в молодости были левыми радикалами. Уйдя в оппозицию, они создали комитеты защиты рабочих, которые материально помогали семьям арестованных лидеров забастовок 70-го и 76-го годов. В высшей степени предусмотрительный шаг. И практически марксистский подход: какая ж революция без рабочего класса!
К концу 1981 года стало ясно: конфронтации не избежать. В Варшаву отовсюду слетелись специальные корреспонденты. Такие же журналисты, как римский Папа – атеист. В Интерпрессе яблоку негде было упасть: по две-три пресс-конференции в день.
Вёл их похожий на телепузика представитель правительства Урбан. С растерянной улыбкой он отбивался от вопросов западных «спецкоров». Один, вытянув ноги-ходули, спрашивал тоном следователя:
– На вашей восточной границе замечено передвижение войск. Может, завтра в Польше появятся советские солдаты?
Пока переводчик переводил, реплику подал корреспондент АПН:
– Они уже здесь.
Зал загудел, а журналист, переварив паузу, продолжил:
– Шестьсот тысяч! Лежат в этой земле!
Он имел в виду советских воинов, которые погибли, освобождая Польшу от гитлеровцев. Потом испуганное наше посольство пеняло журналисту: зачем высунулся?
Между тем вопрос западного «спецкора» не был провокационной выдумкой. Теперь-то, из воспоминаний советских генералов, известно, что в Москве серьёзно обсуждался вариант ввода наших войск в Польшу. Но даже непримиримому марксисту и сталинскому соратнику Суслову хватило ума признать: второй Афганистан наша страна не пережила бы.
Военное положение ввели сами поляки во главе с генералом Ярузельским. Оно было достаточно мягким и обошлось без больших жертв. За Бугом до сих пор расходятся в оценке этого шага. Многие называют его преступлением. Ярузельского многократно пытались судить, но до приговора дело не дошло. Есть и такие, кто полагает, что радикальная мера спасла Польшу. Думаю, правы они.
Парадокс: военное положение, введённое для защиты социализма, привело к победе капитализма. Но сначала упредили гражданскую войну. А революцию – ОТЛОЖИЛИ. Так шахматисты откладывают недоигранную партию.
Когда интернированных освободили, противники не взобрались на баррикады, а сели за круглый стол, и ПОРП сдала дела «Солидарности». Началась новейшая история другой Польши.
Но вернёмся к событиям 80-го. Как писал в мемуарах Эдвард Герек, однажды по прямому проводу ему позвонил Брежнев и без излишней дипломатии прошамкал:
– У тебя-я-я контра-а-а. Надо взять за морду. Мы поможем
.
Легко сказать – «взять»! Кого? Легко сказать – «контра». Это рабочие-то? То, что происходило в Польше, мы называли контрреволюцией. И наводили тень на плетень. Это была типичная, хоть и без моря крови, революция.
Случилось то, что рано или поздно должно было случиться. В отличие от российского орла, у польского – одна голова. Повёрнута она в сторону Запада.
Не могу удержаться от замечания. Социально-кадровые пертурбации, случившиеся недавно в Грузии, на Украине и в Киргизии, многие поспешно зачислили в разряд бархатных революций. Понять их можно: отдельные черты, сходные с событиями в Польше, налицо.
И тогда – в Польше, и сейчас – в бывших союзных республиках существенная помощь в организации протеста шла с Запада, и прежде всего из Соединённых Штатов. Четверть века назад она была робкой: приходилось считаться с мощью Страны Советов. Помогали в основном «натурой»: в Гданьск и Щецин контрабандой доставляли для «Солидарности» типографское оборудование, множительную технику и пр. Нынче действуют в открытую – через специальные фонды, чуть ли не наличными, десятки миллионов долларов.
Однако как бы ни впечатляло сходство внешних деталей, оно вторично. Первична суть событий. Бастующая верфь и поющий майдан – это, как говорится, две большие разницы. С гданьской забастовки в Польше началась смена строя. Рок-митинги на киевской площади предваряли смену элит или «оранжевый передел». Передел интересов, влияний, власти, собственности, приоритетов и т.д. А бархатная революция на просторах Союза ССР уже была – в 1991-м. Началась в августе – у Белого дома, закончилась в декабре – в Беловежской Пуще. Она была настолько бархатной, что многие её не заметили. И настолько радикальной, что заметившие – ахнули.
Многомудрые аналитики говорят о том, что и в Россию придёт «цветная» революция. Ерунда. Революция, если она, не дай бог, на российских просторах всё-таки случится, будет не цветной и, к великому сожалению, не бархатной.
Что же касается недавних ЧП на улицах Варшавы и Москвы, то удивляться им не приходится.Анатолий ДРУЗЕНКО.
(С разрешения «Литературной газеты»).
[DETAIL_TEXT_TYPE] => html
[~DETAIL_TEXT_TYPE] => html
[PREVIEW_TEXT] =>
[~PREVIEW_TEXT] => Варшавские хулиганы (а может, скинхеды) побили наших ребят. Московские уличные «шовинисты» отыгрались на трёх поляках. И что? Скандал на грани истерики. МИДы вызывают послов, обмениваются нотами. Президенты негодуют, созваниваются, убеждают друг друга в недопустимости хулиганства. Помельчало всё. Буря в стакане воды. Вот четверть века назад в Польше грянула буря – это да! Но что характерно? У нас тогда о ней...
[PREVIEW_TEXT_TYPE] => html
[~PREVIEW_TEXT_TYPE] => html
[PREVIEW_PICTURE] => Array
(
[SRC] => /local/templates/default2018/img/nophoto.png
)
[~PREVIEW_PICTURE] =>
[LANG_DIR] => /
[~LANG_DIR] => /
[SORT] => 500
[~SORT] => 500
[CODE] => noveyshaya_istoriya-_verf_i_maydan
[~CODE] => noveyshaya_istoriya-_verf_i_maydan
[EXTERNAL_ID] => 19527
[~EXTERNAL_ID] => 19527
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[IBLOCK_CODE] => novosti
[~IBLOCK_CODE] => novosti
[IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[LID] => ru
[~LID] => ru
[EDIT_LINK] =>
[DELETE_LINK] =>
[DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 16.02.2007 00:00
[FIELDS] => Array
(
[DETAIL_PICTURE] =>
[SHOW_COUNTER] => 1562
)
[PROPERTIES] => Array
(
[REGION_ID] => Array
(
[ID] => 279
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Регион
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 40
[CODE] => REGION_ID
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => E
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 37
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Регион
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[AUTHOR_ID] => Array
(
[ID] => 280
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Автор
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 50
[CODE] => AUTHOR_ID
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => E
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 36
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Автор
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[SIGN] => Array
(
[ID] => 281
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Подпись
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 55
[CODE] => SIGN
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Подпись
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[FORYANDEX] => Array
(
[ID] => 278
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Экспорт для Яндекса
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 90
[CODE] => FORYANDEX
[DEFAULT_VALUE] => Нет
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] => 220
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Экспорт для Яндекса
[~DEFAULT_VALUE] => Нет
)
[IS_MAIN] => Array
(
[ID] => 282
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-14 14:39:11
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Самая главная
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 100
[CODE] => IS_MAIN
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Самая главная
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[IS_IMPORTANT] => Array
(
[ID] => 283
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-14 14:39:11
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Важная
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 150
[CODE] => IS_IMPORTANT
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Важная
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[WITH_WATERMARK] => Array
(
[ID] => 290
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-18 09:33:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Все фото с водяным знаком
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 200
[CODE] => WITH_WATERMARK
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Все фото с водяным знаком
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[MORE_PHOTO] => Array
(
[ID] => 284
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Фото
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 250
[CODE] => MORE_PHOTO
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => F
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Фото
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[TEXT] => Array
(
[ID] => 285
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Абзацы
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 300
[CODE] => TEXT
[DEFAULT_VALUE] => Array
(
[TEXT] =>
[TYPE] => HTML
)
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] => ISWIN_HTML
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] => Array
(
[height] => 200
)
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Абзацы
[~DEFAULT_VALUE] => Array
(
[TEXT] =>
[TYPE] => HTML
)
)
[CNT_LIKES] => Array
(
[ID] => 286
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Кол-во "Нравится"
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 1000
[CODE] => CNT_LIKES
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => N
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Кол-во "Нравится"
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[CNT_DISLIKES] => Array
(
[ID] => 287
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Кол-во "Не нравится"
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 1001
[CODE] => CNT_DISLIKES
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => N
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Кол-во "Не нравится"
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
)
[DISPLAY_PROPERTIES] => Array
(
)
[IPROPERTY_VALUES] => Array
(
[ELEMENT_META_TITLE] => Новейшая история. Верфь и Майдан
[ELEMENT_META_DESCRIPTION] => Варшавские хулиганы (а может, скинхеды) побили наших ребят. Московские уличные «шовинисты» отыгрались на трёх поляках. И что? Скандал на грани истерики. МИДы вызывают послов, обмениваются нотами. Президенты негодуют, созваниваются, убеждают друг друга в недопустимости хулиганства. Помельчало всё. Буря в стакане воды. Вот четверть века назад в Польше грянула буря – это да! Но что характерно? У нас тогда о ней...
[ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT] =>
[ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE] => Новости
[SECTION_META_TITLE] => Новейшая история. Верфь и Майдан
[SECTION_META_DESCRIPTION] => Новейшая история. Верфь и Майдан - Главные новости Воронежа и области
)
[RES_MOD] => Array
(
[TITLE] => Новейшая история. Верфь и Майдан
[SECTIONS] => Array
(
[270] => Array
(
[ID] => 270
[~ID] => 270
[IBLOCK_ELEMENT_ID] => 209295
[~IBLOCK_ELEMENT_ID] => 209295
[NAME] => Политика
[~NAME] => Политика
[IBLOCK_ID] => 52
[~IBLOCK_ID] => 52
[SECTION_PAGE_URL] => /politika/
[~SECTION_PAGE_URL] => /politika/
[CODE] => politika
[~CODE] => politika
[EXTERNAL_ID] => 147
[~EXTERNAL_ID] => 147
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[IBLOCK_CODE] => novosti
[~IBLOCK_CODE] => novosti
[IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[GLOBAL_ACTIVE] => Y
[~GLOBAL_ACTIVE] => Y
)
)
[IS_ADV] =>
[CONTROL_ID] => bx_4182259225_209295
[CNT_LIKES] => 0
[ACTIVE_FROM_TITLE] => 16.02.2007
)
)