Общество

100 лет Первой мировой. «Кроме царя, были Вера и Отечество»

По большим праздникам и в День Победы он в обязательном порядке появлялся в Воронеже. На длинном плаще - ряд Георгиевских крестов. На площади Победы у Вечного огня оставлял несколько тюльпанов.

По большим праздникам и в День Победы он в обязательном порядке появлялся в Воронеже. И был будто из другого мира - высокий, статный, а на длинном плаще - ряд Георгиевских крестов. На площади Победы у Вечного огня оставлял несколько тюльпанов. Вокруг него обычно собирались любопытные, и он рассказывал о своих былых солдатских подвигах.

Эдуард ЕФРЕМОВ,

---

журналист

В том, как он шёл по проспекту Революции, чувствовалась безукоризненная строевая выправка. Шёл не старик, а забытая и неведомая История. Казалось, за ним должны подобным же шагом прошествовать кто-нибудь из лихих бойцов Суворова, Кутузова… И я с ним познакомился. «Полный Георгиевский кавалер Михаил Ильич Стреков», - представился человек в длинном плаще.

- За что получены вами награды? – первое, что я тогда спросил у бравого незнакомца.

И тут вмешался какой-то шалопай: «Чего спрашиваешь?! Не видать, что ли? Царю служил исправно…» В ответ тот свистун получил: «Дорогой мой внучек, кроме царя, у нас ещё были Вера и Отечество. Да вразумит тебя Господь…» И спокойно он пошёл дальше, всем видом показывая, что разговор окончен.

Я написал небольшую зарисовку. Редактор наш шалопаем не был, но над ним висел дамоклов меч - обком партии: «Ты в своём уме?! От чего в умиление и восторг пришёл – от царских наград! Нас не поймут. Номер Дню Победы посвящён… Может, ваш «герой» белогвардеец…»

Прошли годы. Я стал собственным корреспондентом центральной газеты. А Георгиевский кавалер не уходил из моей памяти. Знал, что он живёт в Усмани, в Воронеж исправно приезжает к родственникам. Предложил о нём материал той центральной газете. Пошли навстречу, но: «Расписывать о нём много не надо – дай хороший снимок и краткую подтекстовку».

И отправились мы с фотокорреспондентом Михаилом Вязовым к Михаилу Ильичу Стрекову в гости. Как сейчас вижу: рука у него приложена к краю шляпы. Первое знакомство с фотокорреспондентом: «Стреков – защитник Отечества! Год рождения – 1898-й. На днях исполнилось девяносто. Я никогда никого и ничего не боялся – за храбрость и отвагу получил все четыре Георгия! И уж мне ли было стыдиться своих наград при Советской власти и не носить?! Я их всегда носил. Даже тогда, когда пытались объяснить, что, мол, пропагандирую службу за царя…»

Георгиевский кавалер, участник Первой мировой войны Михаил Ильич Стреков. Фото Михаила Вязового

В ту нашу встречу он только что приехал из Воронежа, от дочери: «Служу как могу внукам и правнукам… Плохая у них жизнь – не деревенская. У них там, в городе, даже коты какие-то ненормальные. Завели для забавы кота, а я ему и привёз в подарок мышку… Выпустил, а кот с испугу по ковру аж под потолок забрался. И домашние завизжали от страха. Пришлось мне по полу ползать, под диваном – вместо кота – мышку ловить. Поймал. Вынес её на улицу, выпустил – пусть живёт и не поминает лихом…»

Сам рассказывал, а глаза – лукавые, улыбчивые.

Снимок в «Советской культуре» был опубликован 13 октября 1988 года. Подписью стали слова, которыми он представился у порога своего дома: «Стреков – защитник Отечества».

В Воронеже, думаю, проживают внуки и правнуки Михаила Ильича Стрекова. Есть надежда, что увидят этот снимок и расскажут нам о своём легендарном предке гораздо больше, чем знаем о нём мы.

Источник: газета «Коммуна» № 47 (26263), 04.04.2014г.