Общество
Быт или не быт. Невыносимый хлам
04.12.2003 00:00
Когда сходит зимний снег, вдруг с ужасом замечаем, что живем в буквальном смысле на мусорной свалке. Сразу за порогом дома, куда б ни шел, ни ехал, путь лежит по упаковочным «развалам». Городская ли это или сельская улица-улочка, асфальтовая или железная дорога, степной проселок или лесная тропа, заповедный речной берег – всюду и везде нас засасывает в болотную трясину из полиэтилена, пластика, жести, стекла. Пожалуй, ни одно поколение не жило столь расточительно...
Когда растает зимний снег, вдруг с ужасом замечаем,
что живем ведь в буквальном смысле на мусорной свалке
Сразу за порогом дома, куда б ни шел, ни ехал, путь лежит по упаковочным «развалам». Хоть городская это или сельская улица-улочка, хоть асфальтовая или железная дорога, будь то степной проселок, луговая или лесная тропа, заповедный речной берег – всюду и везде нас засасывает в болотную трясину из полиэтилена, пластика, жести, стекла.
Приятно войти в подъезд одного из домов по улице
Шукшина. Везде цветы, на стенах
– изорепродукции.
И все это сделано заботливыми руками жильцов…
Мы «нищие богачи», что ли? Ведь большинство из нас сейчас считают каждую копейку-рубль в своем тощем кошельке. И, пожалуй, ни одно поколение не жило столь расточительно, как мы. Еще не пожилые люди помнят, как по хуторам и селам колесили «тряпичники», а городские кварталы обходили старьевщики. Они, кстати, не за так забирали отслужившие свой срок вещи. Платили денежку, за которую можно было купить игрушку, тетрадь, карандаши. Металлолом не в счет, это тема особого разговора. Речь – о бытовых отходах. Правда, их содержимое меняется на глазах, большую долю В котором, занимает упаковка разового пользования.
Современная упаковка пришла к нам с заграничным товаром.
А как там они «расправляются» с ней?
Однажды мне пришлось сопровождать зарубежных гостей в наших, воронежских, краях. Заметил, что моего соседа автобусная поездка укачивает – разморила летняя жара. Я приоткрыл окошко и предложил побледневшему собеседнику мятную конфетку. Он развернул ее и аккуратно свернул обертку, чтобы – нет, не выкинуть в окно – положить бумажку в нагрудный кармашек. А на первой стоянке так же машинально бросил ее в урну.
В другой раз невольно довелось быть свидетелем «привала» туристов из Европы на донском берегу. Автобус остановили у песчаного пляжа. Мужчины в считанные минуты на трубках-стойках раскинули тент, расставляли под ним походные столики-стулья. Женщины, облачившись в резиновые перчатки, очистили площадку от валявшегося здесь хлама, собрали его в контейнер. Ели и пили, веселились и купались. Когда уехали, то оставили за собой чистенькую лужайку. Не жгли костер из бумаги, не закапывали в землю, не прятали в кусты мусор. Увезли его с собой.
Безмолвным укором зеленела полянка на занехаянном речном прибрежье.
Кто-то припомнит иные неприглядные картинки Согласен: и в заграничной «семье» не без урода. Но то – редкий случай. Спросите у любого, кто «поездил по европам»: что запомнилось? Всякий ответит: чистота и порядок.
Моя собеседница стажировалась по научной части в Германии, жила в больших городах – Мюнхене и Берлине. Поделилась наблюдениями по «мусорной проблеме».
– У подъездов жилых домов стоят наборы симпатичных закрытых контейнеров. Картинка подсказывает: сюда выбрасывай бумагу-картон, в этот – пищевые отходы, здесь – стекло. Причем, для стекла в Берлине часто выставлены отдельные, по цвету, контейнеры – для зеленого, белого и коричневого. Есть ящики для пластика и, наконец, – для остаточного мусора (
Усердны в этой сортировке прежде всего сами немцы. На кухне – всегда куча пакетиков и коробочек под различный мусор. Моя хозяйка моющими средствами старательно очищала пластиковые и жестяные упаковки и банки, сушила их, только потом выбрасывала. Вареные пищевые отходы собирала отдельно – очевидно, для приготовления земляных компостов.
Иностранцы в общежитиях не столь щепетильны. «Драгоценное» вторсырье порой попадает в контейнер с остаточными отходами.
Что в Берлине, что в Мюнхене на улицах – очень чисто. Окурок или бумажку можно иногда увидеть разве что на рельсах метро. Невозможно представить мусор возле супермаркетов и кафешек, там территория всегда ухожена.
Была экскурсия на крупное промышленное предприятие. Там чистота идеальная…
А вот знакомый приятель Владимир в учительский летний отпуск подрабатывал уличным музыкантом в немецком «уездном» городке.
«Люд мусорит и там. Зато улицу, на которой развлекал прохожих, убирали трижды в день, не считая ночной капитальной мойки. Даже не сразу замечаешь, как это делается. Идут уборщики с пластиковыми цветными мешочками, в руке – кий, ловко нанизывает на его острие кинутые бумажки, занесенный ветром мусор. Штрафуют нерях нещадно. Сидит такой на лавочке, бросил что-то на асфальт. Как из-под земли вырастает, нередко – по наводке соседа по скамье, полицейский, молча выписывает квиток.
Труд уборщиков оплачивается высоко. На ночном мытье вокзального туалета можно быстро сколотить приличный капитал.
«Уезжал в ранний утренний час, - продолжает свой рассказ Владимир. - Жду поезда. Перрон захламили. Ветерок начинает разносить бумажки по путям. Не успел подумать, мол, ребята, не всегда и у вас порядок, как набежала ватага. Не только мусор убрала – с мылом бетон выдраила, как корабельную палубу».
Кто-то скажет: у немцев к чистоте в крови страсть.
А что нам мешает заиметь схожую?
А что касается дворовых территорий, то тут жильцы зачастую
бессильны перед разгильдяйством коммунальных служб.
Лет десять назад дико смотрелся Россошанский химический завод. Россыпи удобрений под колесами машин. Оставшиеся со времен новостроя завалы из бетона и металла. Ветер гонял по двору бумажную мешкотару.
Сегодня на предприятие не зайдешь, как было, сквозь пролом в бетонной ограде, что объяснимо. Производство ведь серьёзное и опасное. На территории – травяные газоны, цветочные клумбы, розы красуются. В корпусах, у агрегатов, на пультах управления, в бытовках – будто домашний уют.
Сады растут, цветы украшают в Россоши мясокомбинат, молочный завод.
В любую пору навестите село Новомарковка в Кантемировском районе. Улицы одеты в асфальт. Тротуары вдоль домов. Дворец культуры уже своим видом оправдывает название. Плиткой облагорожены школа, столовая, магазины. Сельские подворья – на загляденье. Как и фермы, мастерские, машинный двор. Трактористы не долбят гусеничными траками дорожное полотно. Поля и не тронутые плугом облоги на косогорах не полыхают бурьянами.
Конечно, директорам россошанских предприятий – химического – Владимиру Николаевичу Овчаренко, мясного – Александру Дмитриевичу Власенко, молочного – Василию Ивановичу Остроушко, сельскохозяйственного – Владимиру Васильевичу Покусаеву – не просто и не враз удается поддерживать хозяйский порядок. Но он-то тоже подкрепляет надлежащие производственные результаты.
А культуру эту с поля, из заводского цеха тоже без «особой крови» можно и нужно переносить в окружающий мир. Тут уж карты в руки местной власти – депутатам всех уровней, главам поселений и районов. Большинство из них уже привыкли не обременять себя производственными проблемами. А уж если «мусорная» встала в полный рост, то сам бог велел заняться ее «укрощением». Впрочем, начинать «укрощение» это нужно каждому с себя.
Петр ЧАЛЫЙ,
соб. корр. «Коммуны».
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
