Общество
Экспертиза «Коммуны». Казнить. Нельзя помиловать…
26.10.2004 00:00
Опрос, проведенный институтом общественного мнения «Квалитас», показывает: только 28% воронежцев считают Россию демократическим государством. Свыше 90% респондентов полагают, что стране более необходим порядок, чем демократия (ее поставили на первое место 6% опрошенных). При этом только 21% воронежцев готовы лично поступиться демократическими свободами в пользу гарантированного повышения уровня безопасности в государстве. Почему наблюдается такая парадоксальная ситуация, ведь теоретически понятия «демократия» и «порядок» не...
Статистика свидетельствует: большинство воронежцев
«порядок» предпочитают «демократии». Почему?
ПАРАДОКС ПОНЯТИЙ
Опрос, проведенный институтом общественного мнения «Квалитас», показывает: сегодня только 28 процентов наших земляков считают, что Россию можно назвать демократическим государством.
– В том, что большинство воронежцев имеет противоположное мнение, ничего удивительного нет, – говорит политолог Александр РОМАНОВСКИЙ. – Чем раньше считался коммунизм? Идеалом, к которому нужно стремиться, но которого достигнуть практически невозможно. Сейчас подобным образом дело обстоит с демократией…
С этим в принципе можно согласиться, но – с оговоркой: негативный ответ почти 70 процентов воронежцев хоть и означает несоответствие существующего положения дел в России идеалу, но не означает отрицания демократических институтов и свобод (слова, печати, зарубежных поездок, валютных операций и так далее).
Обратим внимание на такие цифры: свыше 90 процентов воронежцев полагают, что сейчас стране более необходим порядок, чем демократия (ее поставили на первое место 6 процентов опрошенных), в то же время только 21 процент жителей областного центра готов лично поступиться своими демократическими свободами в пользу гарантированного повышения уровня безопасности в государстве.
Почему наблюдается такая парадоксальная ситуация, ведь теоретически понятия «демократия» и «порядок» не противоречат друг другу?
Возможно, общественное мнение идет от общественной же практики, поэтому названные понятия разведены по разным углам. Если обратиться к данным «Квалитаса» за 1997 год, то можно обнаружить, что воронежцы почти отождествляли демократию и порядок. Альтернативными эти категории стали после дефолта 1998 года. Тогда обанкротились не только банки, но и понятие «демократия». Начиная с 1999 года термин «порядок» неизменно и значительно превалирует над термином «демократия» по ценностному содержанию. Обывательская логика проста и понятна: что толку от демократии, если нельзя жить спокойно, без стрессов, без боязни за благополучие своих родственников? Последнее обстоятельство имеет особое значение.
ЖАЖДА ОТМЩЕНИЯ
…Россошанский маньяк убил четырех девушек и получил недавно пожизненный срок заключения. «Его надо было казнить», – негодуют родители.
…Иракский правитель Саддам Хусейн казнен через повешение. «Американцы поступили бесчеловечно», – возмущается общественность.
Негодование россошанцев не выглядит неуместным с учетом того, что 66 процентов жителей нашего региона больше беспокоится за жизнь близких родственников, чем за свою собственную. Родной человек – он и есть родной, без него вообще можно остаться в тоске и одиночестве. Это не взятый в плен чужеземец Саддам Хусейн, судьба которого была безапелляционно решена «мировым жандармом» – Америкой. То есть, рассуждать на отвлеченные темы всегда легче, чем переносить личную боль и семейную трагедию.
Независимо от этого сопоставим следующие данные. Большинство воронежцев – 69 процентов – выступают за использование казни в отношении злостных преступников. Предлагают не применять ее лишь 23 процента опрошенных; еще 8 процентов респондентов затруднились с ответом.
«Ой, как страшно жить!» – это, к сожалению, крылатое выражение нашего времени. Примечательно, что особенно настаивают на возможности применения высшей меры наказания борцы с преступностью и «люди без сантиментов» – работники правоохранительных органов и военнослужащие (92 процента), а также… пенсионеры (76 процентов). Похоже, милиционеры одобряют образное выражение их киношного коллеги Глеба Жеглова – «вор должен сидеть в тюрьме», а старшие поколения еще и помнят практику наведения порядка «жесткой рукой».
Между прочим, институт «Квалитас» изучает общественное мнение о смертной казни в динамике. Общее число ее сторонников за прошедший год увеличилось на 9 процентов (с 60 до 69). Жажда справедливого возмездия все больше берет верх над сочувствием к осужденным. Но что интересно: состоятельные люди больше, чем бедные, ратуют за неиспользование смертной меры наказания – разница составляет 16 процентов. Нет ли здесь зависимости между доходами и боязнью угодить за решетку?
ТАКАЯ ВОТ ГУМАННОСТЬ…
Воронежский социолог Нелли Романович обращает внимание на то, что наши земляки приходят в состояние задумчивости и даже замешательства, если вопрос стоит так: «Как вы полагаете, какой вид приговора является наиболее гуманным по отношению к осужденному преступнику?»
Итак, считают более человечным наказанием пожизненное заключение 50 процентов опрошенных, смертную казнь – 40 (остальные 10 процентов затруднились с ответом). На это – в целом. А вот воронежские чиновники, опрошенные институтом «Квалитас», уверены в том, что смертная казнь гуманнее, чем «вечное» тюремное заключение. Таковых – 71 процент. Жесткие нары, конечно же, не идут ни в какое сравнение с мягким служебным креслом…
Комментируя вышеприведенное соотношение 50 на 40, воронежский правозащитник Валентин ШУБИН сделал предположение:
– Вполне возможно, что небольшая разница во мнении горожан объясняется не кровожадностью населения, а тем, что оно своеобразно понимает милосердие: отмучился человек сразу и навсегда, ну и слава Богу. Именно поэтому оно отдает предпочтение смертной казни, а не пожизненному заключению осужденных.
Скорее всего, так оно и есть, если сравнить ответы за 2005 и 2006 годы. В глазах воронежцев смертная казнь выросла по гуманности на 6 процентов (с 34 по 40). Такая «прибавка» произошла за счет уменьшения числа респондентов, затруднявшихся год назад с ответом. Количество же ратовавших за тюрьму практически не изменилось.
ОТ ГРЕХА ПОДАЛЬШЕ
Психологи утверждают, что идея клонирования человека не кажется такой уж абсурдной людям, потерявшим родных по чужой вине. В целом же, по оценке социологов института «Квалитас», 12 процентов воронежцев убеждены, что опыты по клонированию человека необходимо продолжать в полном объеме.
Однако телевидение периодически показывает кинофильмы про восстания клонов, про оживление «законсервированных» преступников, с которыми вынуждены мучительно бороться полицейские-клоны, и тому подобное.
Не исключено, что прежде всего поэтому большое количество горожан считает: необходимо запретить все исследования по клонированию человека и отдельных его органов. Разумеется, свою роль могут играть и морально-этические представления граждан, но, в любом случае, общая цифра впечатляет: 55 процентов воронежцев говорят проведению опытов категоричное «нет». И это при том, что 9 процентов опрошенных затруднились с ответом.
Клонирование отдельных органов человека приветствуют 24 процента респондентов. Здесь преобладают женщины (27 процентов против 21 процента среди мужчин). Социологи полагают, что в данном случае свою роль играют врожденное женское сострадание и представление о том, что путем воссоздания органов можно спасти чью-либо жизнь. Как поет Валентина Толкунова, «сердце мое – не камень».
Безусловно, проблема клонирования является одной из самых спорных в нашем гражданском обществе, но бесспорно то, что польза от ее решения должна быть отнюдь не преступному миру. Без сомнения, в будущем вопрос «казнить или миловать» будет звучать и решаться сообразно новому времени, общественным интересам и голосованию законодателей.
ЗА КЕМ РЕШЕНИЕ?
По правде говоря, лично мне клонирование людей представляется чем-то абстрактным и далеким. Иное дело инициатива, с которой выступили депутаты областного парламента. Они обратились в Госдуму с предложением усилить ответственность за преступления, совершенные с жестокостью, особенно в отношении женщин и детей. По мнению комитета по законодательству, безопасности и правам человека облдумы, на безусловные преступные деяния правосудие обязано реагировать адекватным образом; без внесения поправок в Уголовный кодекс РФ это невозможно.
Собственно говоря, такая постановка вопроса не расходится с данными независимого соцопроса, проведенного «Квалитасом». Напомню, что за использование смертной казни как высшей меры наказания высказались 69 процентов опрошенного населения.
Изменений в Уголовный кодекс РФ пока что не последовало. Трудно предположить, учел ли российский парламент мнение своих воронежских коллег. И учтет ли когда-либо? Ведь известно же, что даже в странах Евросоюза нет единой точки зрения по высшей мере наказания преступников. Вопрос «Что первичнее: гуманность по отношению к злодеям или сострадание по отношению к их жертвам?» остается открытым.
Что касается общественного мнения, можно привести афоризм лорда Бенджамина Дизраэли: «То, что называют общественным мнением, вполне заслуживает имя общественных чувств». Это не так уж и плохо, если вспомнить еще и высказывание человека, знавшего толк в преступлениях и наказаниях. Наполеон I высказался так: «Последнее слово всегда остается за общественным мнением».
Николай СТАРЫХ.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
