Общество
История одного стихотворения
27.03.2017 21:43
Сергей Миляев умер в 82-м, не дожив до своего 50-летия. Письма и другие документы замечательного «коммуновского» журналиста и первоцелинника сохранил воронежский старожил Евгений Грефенштейн.
Век «Коммуны»
В начале пятидесятых годов в Воробьёвке судьба свела и подружила двух молодых людей – комсомольского работника Сергея Миляева и прораба-мелиоратора Евгения Грефенштейна. Первый в райцентр выдвинулся из тамошнего села Затон, где родился и учился в школе. Второй оказался в этих местах по направлению как специалист орошаемого земледелия; он был потомком немецких колонистов, пустивших корни в поволжской земле ещё во времена Екатерины Великой.
Виталий Жихарев
Ребят объединили общность интересов и увлечений, активная жизненная позиция. То были романтики и мечтатели, из той корчагинской породы, для кого «была бы страна родная, и нету других забот».
Юноши на паях снимали угол с харчами у добросердечной хозяйки. С утра пораньше, что называется, с первыми петухами, отправлялись по своим делам. А вечерами обсуждали сделанное, увиденное, услышанное, прочитанное – и Сергей, и Евгений любили литературу, много читали, даже кое-что сочиняли сами. В районной газете стали появляться заметки за подписью «С. Миляев», написанные складно и ясно.
Друзей разлучила общесоюзная кампания по освоению целинных и залежных земель.
Миляев пришёл к первому секретарю районного комитета партии Митрофану Мамоновичу Мамонову и попросил отпустить его на целину. Мамоныч сильно огорчился: у него имелись свои кадровые перспективы в отношении Сергея, бывшего на тот момент вторым секретарём райкома комсомола.
– Не могу иначе. Агитирую молодёжь ехать, а сам... А сам вроде как в тылу отсидеться решил, – горячился парень.– Я должен ехать, Митрофан Мамонович. Должен!
– Да у нас та же передовая. Какой тебе тут тыл! Столько дел... – не унимался первый.
Конечно, Мамоныч мог бы настоять на своём и оставить Миляева в районе. Но представил, видно, себя на его месте и – сдался...
– Помню, Серёжа вернулся из райкома радостный, стал собирать чемодан, – вспоминает былое Евгений Александрович Грефенштейн, проживающий ныне в Воронеже. – А у меня, дело прошлое, слезы навернулись. Так тяжко было расставаться с другом! Договорились переписываться.
25 июля 1954 года доброволец целинного фронта Сергей Миляев прибыл в столицу Алтая город Барнаул. Здесь его очень удивили предложением места инструктора в аппарате крайкома ВЛКСМ. От него он сразу отбился и попутками отправился в районное село Ключи, это по карте от Барнаула в 383 километрах, а по степным пыльным дорогам будет все полтысячи.
Жил сначала в помещении райкома комсомола. Быстро огляделся, вызвал мать и братьев.
«Итак, Алтай. Целина! Работа в новых условиях, кругом незнакомые люди, – писал Миляев Евгению Грефенштейну и рассказывал, что по площади Ключевской район в два раза больше Воробьевского, что тут 16 колхозов, 2 совхоза и 3 машинно-тракторных станции. – Сейчас полным ходом идёт уборка урожая. Хлеб удался на славу. В среднем по району получим по 15-16 центнеров с гектара. Отдельные хозяйства получат по 32. Стоимость продуктов питания значительно ниже, чем в Воронежской области. Из всего вышеизложенного ты, друг, замечаешь, что моё моральное состояние неплохое».
А в следующем письме сообщал:
«Получил квартиру (две комнаты). Очень уютная. Со мной сюда прибыли мать и братья. Василий работает в Заготзерне помзавскладом, младший брат Ваня учится в школе. Среднемесячный доход всей семьи составляет где-то около 2000 рублей. Топлива заготовил в достаточном количестве. Начинаю обзаводиться хозяйством. Купил кабана. С работой освоился, даю прикурить койкому. Не хвастаюсь, но я уже завоевал неплохой авторитет у молодёжи, в РК КПСС, в крайкоме комсомола».
Вскоре Сергей посчитал уместным поделиться с другом и переживаниями сугубо личными: «Здесь я встретил одну очень симпатичную девушку… Она окончила гидрометеорологический институт, работает у нас в районе. Теперь я не нуждаюсь в предсказывании погоды».
|
Интересный был человек Сергей Миляев, талантливый, надёжный в дружбе. Жаль, что умер рано, даже до пятидесятилетия не дожил.
|
На новом месте Миляев сразу показал себя не только настоящим комсомольским вожаком, но и активным общественным корреспондентом целого ряда газет, куда он рассылал свои заметки, очерки, статьи – «Комсомольской правды», воронежской «Коммуны», «Алтайской правды», «Сталинской смены», «Советской Кубани», «Советской Сибири» и других. Несколько очерков в первую его целинную осень передали по радио в Краснодаре и Новосибирске.
А тут из Москвы позвонили и предложили подготовить два больших материала для журнала «Молодой коммунист».
«Женя! – писал Миляев в очередном письме другу в Воробьевку. – Несмотря на неугасающий патриотизм, порой хочется уединиться. Решил избрать форму душевного удовлетворения в стихах. Если бы ты знал, каких трудов мне стоило... Около месяца и днем и ночью выдумывал по слову. За это время можно бы полностью изучить произведение Ф. Энгельса «Диалектика природы». Высылаю на твоё рассмотрение и прошу дать соответствующие критические замечания».
Сочинение из пяти четверостиший было отпечатано на машинке с пометкой «Своё первое стихотворение». Вот оно.
Под небом алтайским
Вечер звезды рассыпал
по небу Сибири.
Чуток каждому шороху
дремлющий бор.
А степные, как море,
бескрайние шири
Будоражит гармошки
лихой перебор.
Я оставил в пути,
за просторами где-то,
Не десятки, а целые
тысячи вёрст.
Но и здесь для меня дорог
проблеск рассвета,
Стало небо родным,
милы искорки звезд.
В синеватую даль
светит месяц двурогий.
Запах трав напоён
сладким дымом костров.
Здесь успел полюбить я
степные дороги,
Свежесть утренних зорь,
тишину вечеров.
Мы с упрямой мечтой
и безудержным пылом
В этот край комсомольский
задор принесли,
Чтоб хлеба наливались
и солнцем, и силой
На целинных просторах
алтайской земли.
...Вечер звезды рассыпал
по небу Сибири.
Чуток к каждому шороху
дремлющий бор.
Смотрят в окна к тебе
необъятные шири
И уносится песня
далеко за простор...
Если учесть, что это первое поэтическое рукоделие Сергея Миляева, то, надо признать, стихи очень неплохи. В них есть чувство, есть метафоры, есть ритм. Кажется, что молодой автор умышленно не избрал для самовыражения короткие, барабанные строки (вроде «Ковала целина характер. Была эпохой целина...»), отдав предпочтение строкам-предложениям, почти каждое из которых содержит в себе свой законченный смысл. Это прибавило стихотворению лиризма и сердечного откровения.
К сожалению, как сам потом признавался Миляев, в дальнейшем его поэтические начала развития не получили. Зато захватил интерес к газетному делу. Он поступил на заочное отделение факультета журналистики в Алма-Ате и уже в декабре 1957 году получил назначение на должность редактора ключевской районной газеты «Ленинец». «Районка» тогда выходила всего на двух полосах, и новый редактор добился права издавать газету на четырёх страницах. А ещё облегчил жизнь редакционному мерину Игреньку – для командировочных разъездов по району выделили мотоцикл.
«В конце пятидесятых годов редактором ключевской районной газеты был первоцелинник Сергей Иванович Миляев», – такая запись есть в хрониках нынешнего «Степного маяка», прежде именовавшегося «Ленинцем».
Из Ключей Миляева через пару лет перевели в райцентр Кулунду. Село было вдвое крупнее, но примерно на таком же расстоянии от краевого центра. Здесь Сергей Иванович редакторствовал в районной газете «Советская Кулунда» (ныне «Новости Кулунды») до своего возвращения в родные воронежские края. Случилось это уже после того, как степные просторы были распаханы, стали на ноги новые колхозы и совхозы, элеваторы, перерабатывающие предприятия, наладился быт людей.
Евгений Грефенштейн по просьбе Миляева регулярно высылал ему в алтайские Ключи номера газеты «Коммуна».
– Сергей очень интересовался воронежскими новостями, и областными, и районными. Наберу, бывало, газет на увесистую бандероль и отошлю ему. Тогда и «Коммуна», помнится, несколько раз печатала его заметки с целины. Так что не случайно мы с ним встретились уже в Воронеже. Я тут по гидромелиоративной части работал, был руководителем областного управления эксплуатации мелиоративных систем. А он в редакцию «Коммуны» пришёл заведующим отделом партийной жизни. Интересный был человек Сергей Миляев, талантливый, надёжный в дружбе. Жаль, что умер рано, даже до пятидесятилетия не дожил, в 1982 году...
Что ж, осталось сказать спасибо воронежскому старожилу Евгению Александровичу Грефенштейну, сохранившему письма и другие документы Сергея Миляева – замечательного «коммуновского» журналиста и первоцелинника.
Комсомолец-первоцелинник Сергей Миляев Фото из архива Евгения Грефенштейна.
Источник: газета «Коммуна», | №24 (26668) | Вторник, 28 марта 2017 года
