Общество
'Мы исходим из человека...'
24.02.2015 00:00
Мысль
<p ><font >Мысль </font> </p>,<p > <strong>Сергей Ряполов <hr align='left' width='20%' color='#000000' size='1'></hr></strong></p>,<p ></p>,<p > Социальное преображение, по Платонову, неразрывно связано с преображением самого человека. Я использую слово 'преображение', а не, например, 'преобразование', потому что речь идет о переустройстве всего бытия. Платоновский коммунизм является не просто высшей фазой развития коммунистического общества, решающим условием перехода к которой является достижение определенного уровня производительности труда. <br></br> <br></br> Понятие коммунизма в контексте творчества Платонова гораздо глубже. Оно предполагает абсолютное преображение всего бытия, новое Солнце на новом Небе, 'победу над Солнцем' и представляет собой своеобразную версию уникального русского архетипа, отражающего чаяния русского народа о преображенном мироустройстве. <br></br> <br></br> Безусловно, центральное место в вопросе о преображении человека должна занимать проблема его смертности. Философ Владимир Варава пишет: 'Натурализм при описании картин смерти и умирания у Платонова (депрессирующий либерально-гуманистическое сознание, нацеленное на 'счастье') имеет глубокую духовную цель – привести человека к нравственному потрясению и нравственному страданию'. <br></br> <br></br> Смерть в русской философской традиции понимается как 'олицетворение зла, и зло, прежде всего, ассоциируется и отождествляется со смертью'. Так, например, русский философ и земляк Платонова о. Феофан (Авсенев) писал, что 'смерть есть величайшее из всех бедствий, какие только постигают несчастный род человеческий'. И потому вопрос о смерти - это вопрос о болезни бытия, признаки которой обнаруживаются в смерти, и эту болезнь необходимо, по Платонову, излечить. <br></br> <br></br> В одном из, пожалуй, самых известных своих перформансов 'Как объяснять картины мертвому зайцу', как представляется, Бойс с необыкновенной яркостью ставит вопрос о недолжном, больном состоянии бытия, о болезни, разъедающей испорченное бытие, самым чудовищным следствием которой является смерть. В повести 'Джан' Платонов пишет: 'Они взяли с собой в запас верблюжьего мяса, но Чагатаев ел его без аппетита: ему было трудно питаться печальным животным; оно тоже казалось ему членом человечества'. <br></br> <br></br> 'Печальное животное' Платонова, 'мертвый заяц' Бойса - все это 'члены человечества' лишь потому, что их смерть есть следствие расторжения союза Творца и твари и падения бытия в 'черную бездну', которую человек обнаруживает внутри себя. И преодоление смерти человеком есть преодоление смерти для всего бытия. <br></br> <br></br> Естественно, что и в творчестве Бойса, и в творчестве Платонова центральное место занимает вопрос о противопоставлении жизни и смерти, с одной стороны, и об их связи, с другой. Отсюда берут начало центральные образы в их творчестве, вопрос о существовании до рождения и проблема смерти. <br></br> <br></br> Творчество обоих мыслителей очень многогранно, поэтому при рассмотрении и Платонова, и Бойса как философов необходимо обратиться ко всему спектру их творческого наследия. <br></br> <br></br> Особенное место в рамках исследования философии Платонова, как видится, занимает вопрос о политических идеях писателя. Безусловно, при их разборе необходимо опираться не только на литературное наследие писателя, но и на публицистические работы Платонова, в которых он предстает как совершенно искренний приверженец всеобщего переустройства. <br></br> <br></br> Преображение социального, преображение общества, чевенгуровский коммунизм возможны, по Платонову, лишь вместе с преображением всей палитры бытия, преображением человека и преодолением смерти. И потому центральное место в работах писателя занимает вопрос о преображении всего бытия, преодолении его болезни и как следствие общественное переустройство, восстановление отцовства и родства. <br></br> <br></br> 'Он видел на степных маленьких станциях портреты вождей; часто эти портреты были самодельными и приклеены где-нибудь к забору. Портреты, вероятно, мало походили на тех, кого они изображали, но их рисовала, может быть, детская пионерская рука и верное чувство: один походил на старика, на доброго отца всех безродных людей на земле; однако художник, не думая, старался сделать лицо похожим на себя, чтобы видно было, что он теперь живет не один на свете и у него есть отцовство и родство'. <br></br> <br></br> Таким образом, вопрос о радикальном социальном переустройстве неизбежно сталкивается с проблемой преодоления несовершенства бытия, смертности человека. Именно с этой точки зрения необходимо, как представляется, рассматривать идеи преображения социального в творчестве Андрея Платонова. </p>,<p > <strong> <font color='# 000066'>Источник:</font> </strong> газета 'Воронежская неделя', N 77 (2202), 25 февраля - 3 марта 2015 г. </p>,<p > </p>,<p class='r'></p>
