О смысле жизни

05.02.2011 09:03

Вика и Миша учились в одной группе и жили в соседних комнатах в общежитии. Были не разлей вода, но не больше, чем друзья.

Житейские истории | Не было бы счастья, да несчастье…

Вика и Миша учились в одной группе на филфаке и жили в соседних комнатах в общежитии. Два чудика не от мира сего, обожающие литературу и философию, они ночи напролёт просиживали за книгами. Вместе готовились к семинарам, исследуя то «жертвенную красоту» в романах Достоевского, то толкование снов у Юнга.

Были не разлей вода, но не больше, чем друзья. Может, пару раз у Вики в душе и вспыхивала какая-то искорка, но она быстро её тушила: разве можно влюбиться в одногруппника? Когда он общался с другими девушками, Вика ревновала, но то был скорее инстинкт собственницы. А может, она просто боялась признаться себе в большем?

Тем не менее, в студенческие годы у Вики случились несколько не слишком серьёзных романов. Она часто приходила к другу и плакала: возлюбленный – совсем неромантичный, цветы дарит редко и футболом интересуется больше, чем литературой. После одной из таких истерик Миша довольно грубо сказал:

- Всё, иди к себе, я хочу спать!

Девушка была настолько озабочена своими проблемами, что не придала значения этой вспышке.

Судьбу решил случай. Они уже учились на пятом курсе. В Викиной семье произошло несчастье, и на нервной почве она заболела. Начались проблемы с психикой. Ситуацию усугубила тонна прочитанных книг о поисках смысла жизни, ни в одной из которых он так и не был найден. А книгам Вика верила. Девушке стало казаться, что жизнь – бессмысленный круговорот.

«Как можно радоваться сегодня, если счастье невечно, и завтра обязательно случится что-то ужасное? И так – долгие годы: за белой полосой – чёрная, и с возрастом тёмных становится всё больше. А однажды проснусь и пойму, что стала старой, и от жизни ждать нечего…» – такие мысли бродили в её голове бессонными ночами.

Нет, Вика не думала о самоубийстве. Этого бы не вынесли её близкие. Всё переживала в себе, мучилась от панического страха, фобий и кошмаров. Стала обращать внимание на страдания других людей и реагировала на них так, будто они – её собственные. Любое упоминание о катастрофах, терактах, убийствах или болезнях бросало в дрожь. Всё подтверждало её гипотезу: жизнь - страшна.

Вика перестала смотреть телевизор, боялась ездить в общественном транспорте.

Чтобы стало хоть чуточку легче, нужно было поделиться своей бедой. Девушка позвонила Мише. Встретились, поговорили, и он отвёл подругу в больницу. Начались бесконечные скитания по психиатрам, невропатологам. Девушка пила таблетки – пачка за пачкой, но результата не было. Она по-прежнему не могла понять, для чего живёт, в душе была пустота.

Но Миша помогал, поддерживал. Ребята почти не расставались, и эти несколько месяцев сблизили их гораздо сильнее счастливых студенческих лет. Миша не говорил, что любит – боялся, что после этого Вика порвёт с ним отношения. Но она и так всё знала – об этом кричали его бледное осунувшееся лицо за дверью врачебного кабинета и внимательные глаза, которые спрашивали: «Ну, что сказал доктор?..»

Ребята и сами не заметили, как дали волю чувствам, долгое время дремавшим в душе.

Миша и Вика вместе уже два года. Устроились на работу, поэтому времени на философию не остаётся. Но им и не нужно искать смысл жизни. Они его уже нашли.