Общество
По следу судьбы
14.10.2015 00:00
Театр | В Воронежском академическом театре драмы имени А.В.Кольцова - премьера нового спектакля, вдохновленного пушкинской повестью
<p ><strong><span style='font-size: 14pt;'>Театр </span></strong><span style='font-size: 13pt;'> | </span><em><span style='font-size: 13pt;'>В Воронежском академическом театре драмы имени А.В.Кольцова - премьера нового спектакля, вдохновленного пушкинской повестью</span> </em> </p>,<p > </p>,<p > <strong>Галина Шпилевая </strong> </p>,<p > </p>,<p > <strong>'Метель' драматурга Василия Сигарева. </strong> Современный драматург создал 'по мотивам' знаменитого произведения свою 'Метель'. На вопрос 'зачем?' можно возразить следующее: а зачем Еврипид написал 'Медею', если героиня уже давно существовала в мифах; зачем Ж.Ануй трудился над 'Антигоной', которую некогда представил публике сам Софокл? Сам А.С.Пушкин отчасти повторил в своей повести 'Жениха-призрака' В.Ирвинга. Примеры можно множить, так как искусство - это диалог образов, сюжетов, идей, которые актуализируются в разные эпохи по-разному. Всё дело в том - что получилось? <br> <br> У Сигарева получилось и остроумно, и динамично, и тонко: девица К.И.Т., якобы рассказавшая пушкинскому Белкину историю Марии Гавриловны, превратилась в вульгарный двойник главной героини. Жадрино стало Жардиным. Монологи и диалоги расширились, и 'мускулистый' первоначальный текст реализовался в напряженном сюжете пьесы о том, что Судьба, конечно, могущественна, но вознаграждает того, кто ждет, верит и верен. </br></br></p>,<p > <strong>'Метель' режиссера Никиты Рака. </strong> На белой сцене в белых русских кокошниках - три Судьбы. Если обратиться к славянской мифологии - это богиня Макошь и ее дочери: Доля и Недоля. 'Три девицы' (артистки Екатерина Марсальская, Алевтина Чернявская и Ирина Сорокина) вовсе не сидят 'под окном', они вершат судьбы героев - дразнят их, бьют по голове, толкают. Гротесковые персонажи - нежный девичий облик и 'вампирический' инфернальный макияж, неожиданно пробивающийся бас, 'рык' - смешат и не дают зрителю сильно испугаться. Хотя поводов было достаточно. Основательная и тонкая работа режиссера с интонациями и мимикой актеров - этого ни один драматург не подскажет! <br> <br> Но где же метель? Да вот же она: белые подушки, белые платья, фата, белые шубкиБЂ¦ Иногда они сменяются черными платьями, валенками, черными платками - герои действительно страдают, плачут, отчаиваютсяБЂ¦ <br> <br> У Пушкина в повести 'звучит' музыка: 'тирольские вальсы и арии из Жоконда', в спектакле Никиты Рака - 'Мумий Тролль' и песни на украинском - благородная попытка режиссера смягчить ожесточенные души и призвать людей к единению.<br> <br> Однако что же главные герои? Всё так же любят, проказят, таят свои чувства и расплачиваются за содеянное: родители переживают за свое чадо и пытаются устроить ее судьбу по своему разумению (хорошая работа Надежды Леоновой и Вячеслава Зайцева), терзаемые метелью, искренне страдают и вызывают сочувствие зрителя.<br> <br> Хороша и Маша (артистка Мария Щербакова) - 'стройная, бледная и семнадцатилетняя девица', очень точно передающая страхи и сомнения послушной дочери и влюбленной барышни. Психологически верные детали - 'подвенечная' ночная пижама с забавными зверюшками на кофточке, 'траурные' очки, снятый-надетый нежный шарфик - убеждают, что эта тоненькая, беззащитная девочка переживает подлинную драму.<br> <br> Герой-любовник Владимир (Андрей Щербаков) и герой-любовник Бурмин (Антон Тимофеев) ведут себя по-пушкински сдержанно: первый обреченно играет на гитаре и всем рисунком роли показывает предчувствие беды, второй - убедительно представил 'затруднительность своего положения' и в конечном итоге - 'открыл свое сердце' бедной Марье Гавриловне.<br> <br> Трагикомичен Молодцов (артист Евгений Баханов) - он 'стучит костылями' судьбы; брутален 'свидетель венчания', корнет в отставке Дравин (Юрий Смышников) - они, как и положено, 'шалят' с фортуной, которая отвечает им тем же.<br> <br> Спектакль завершается счастливой развязкой, а зрители облегченно вздохнули, потому что напугали и помучили их изрядно. Герои уже не 'несчастные любовники', они теперь муж и жена! Если люди добры, терпеливы, прошли достойно через страдания, умеют слушать друг друга, то Судьба в конечном итоге (может быть!) вознаградит их. <br> <br> Судьба, конечно, всесильна и жестока - не случайно 'три девицы' порой злобно ухмыляются, глядя на бедных любовников, но ведь и от героев что-то зависит, недаром же Маша часто останавливает неумолимое время: 'Постойте!' <br> <br> Однако вернемся к Пушкину: так ли счастливы и его герои? Пушкинисты вовсе неоднозначно трактуют финал повести. Действительно: 'Боже мойБЂ¦ так это были вы! И вы не узнаете меня? Бурмин побледнелБЂ¦ и бросился к ее ногамБЂ¦'. Где же уверенность в том, что всё на самом деле счастливо разрешилось? Слуга Бурмина умер в походе, другие свидетели странного венчания могли погибнуть в сражениях 1812 - 1813 годов. Маша и Бурмин знают, что они женаты, но как об этом заявить в обществе и где доказательства? Не сгорела ли жадринская церковь, жив ли священник, цела ли церковная книга с 'приличествующей случаю записью', и была ли запись? На это намекается и в пьесе Василия Сигарева при описании 'маленькой деревянной церквушки, в каких святые отцы не брезгуют тайным венчанием'. Да и священник (тонкая игра Романа Слатвинского) вздыхает: 'Играют с Богом, как дети малые, а он все видитБЂ¦ И наказывает'.<br> <br> И тут вспоминается, что сигаревский Бурмин не всегда уверен, правильно ли он поступает, да и Маша часто сомневается: венчаться - не венчаться, ехать - не ехатьБЂ¦.<br> <br> В общем, Судьба - дама строгая, а планы ее непредсказуемы и странны. </br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></br></p>,<p > </p>,<p > </p>,<p > <strong> <span>Источник:</span> </strong> газета 'Коммуна', Б„–119 (26508) | Четверг, 15 октября 2015 года </p>,<p > </p>,<p class='r'></p>