Общество
Репортаж. Адвокатский десант в «зону»
28.07.2004 00:00
Воронежские адвокаты провели запланированные акции, приуроченные к 140-летию с начала проведения в России Судебной реформы 1864 года. Одна из акций прошла буквально на днях. ...Президент Воронежской адвокатской палаты Владимир Калитвин обратился с письмом в Управление исполнения наказаний Воронежской области, в котором просил разрешить группе юристов провести бесплатные консультации лиц, отбывающих наказание в колониях. Предложение вскоре нашло отклик, и юристам предложили побывать в одной из самых крупных колоний области ОЖ-118/2. Ее история уходит в середину прошлого века – в 1944 год, когда из руин поднялось первое в городе исправительно-трудовое учреждение. Начальник...
Воронежские адвокаты провели запланированные акции, приуроченные к 140-летию с начала проведения в России Судебной реформы 1864 года. Одна из акций прошла буквально на днях.
…Президент Воронежской адвокатской палаты Владимир Калитвин обратился с письмом в Управление исполнения наказаний Воронежской области, в котором просил разрешить группе юристов провести бесплатные консультации лиц, отбывающих наказание в колониях. Предложение вскоре нашло отклик, и юристам предложили побывать в одной из самых крупных колоний области ОЖ-118
Начальник колонии полковник внутренней службы Анатолий Яковлев и его заместитель по кадрам и воспитательной работе подполковник Александр Голонов заинтересованно встретили представителей адвокатской палаты, и уже через два дня «десант», в состав которого вошли ведущие защитники Надежда Пономарева, Галина Щетинина, Юрий Лазебный, Михаил Федоров, переступил порог колонии.
Обычные формальности: «Ваши документы? Есть ли сотовые телефоны? Их надо сдать на хранение».
– Мы оказались на территории, которую вовсе нельзя было бы назвать территорией колонии в привычном для обывателя смысле слова: дороги заасфальтированы, по обочинам газоны с цветами, асфальт «огибает» и пролеты цехов. И если б не проволока на ограждении, да группы людей в черных робах и черных кепках, можно было бы решить, что мы оказались на территории преуспевающего завода, – рассказывает Михаил Федоров.
В уютном помещении, где располагается психологическая служба учреждения – мягкие кресла и диваны, журнальные столики. И вот уже очередь из людей в черных одеждах вытягивается к кабинету. По одному заходят осужденные и начинаются конфиденциальные беседы.
За столик к адвокату Надежде Пономаревой подсел осужденный П. Насколько коротко обращение – настолько четок ответ:
– Вам необходимо срочно ставить вопрос перед судом об условно-досрочном освобождении. Теперь закон говорит не о возможности условно-досрочного освобождения, а об обязанности предоставить его.
Тем временем за другим столиком около адвоката Галины Щетининой другой осужденный задает вопрос:
– Как мне обратиться с прошением о помиловании?
– Вам следует подать заявление в комиссию по помилованию субъекта федерации, в нашем случае – Воронежской области. Это заявление подается через администрацию учреждения, в котором вы отбываете наказание. Важно знать, что администрация учреждения не имеет права отказать в отправке заявления в комиссию. Но может выразить свое мнение о целесообразности применения к вам этого акта.
Тем временем адвокат Михаил Федоров в помещении отделения воспитательной работы записывал на видеокамеру ответы на заготовленные ранее двадцать пять вопросов, чтобы их могли транслировать сразу всей колонии.
А в помещении психологической службы продолжается консультирование.
– Могу ли я вызвать к себе в колонию адвоката?
– Согласно статье 89 Уголовно-исполнительного кодекса, – отвечает Надежда Пономарева, для получения юридической помощи осужденным предоставляются свидания с адвокатами без ограничения их числа, но продолжительностью до четырех часов.
Были вопросы, что называется, «на засыпку».
– Скажите, – к адвокату Михаилу Федорову обратился осужденный Александр. – Могут ли мне предоставить длительное свидание с моей сожительницей, которая осталась на свободе?
– Длительные свидания предоставляются с родственниками, а с разрешения начальника исправительного учреждения – с иными лицами, – был ответ. – Как вы понимаете, сожительница к родственникам в прямом понимании этого слова никак не относится, так как в нашем государстве признается только брак, зарегистрированный в органах ЗАГСа. Это касается брака по религиозному обряду в период Отечественной войны на оккупированных территориях, или гражданского брака до 8 июля 1944 года… Как я понимаю, последнее к вам относиться тоже не может. Поэтому вам следует обратиться за соответствующим разрешением к начальнику учреждения. Если в свидании будет отказано, то вы вправе обжаловать отказ в вышестоящий орган – в управлении по исполнению наказания или в суде.
Многих интересовало: можно ли, отбывая наказание в виде лишения свободы, получить заочное высшее образование?
Оказывается, что можно. Но для этого необходимо решить проблему взаимоотношений с вузом, чтобы была обеспечена возможность участия в установочных сессиях, сдаче зачетов и экзаменов. Если администрация учреждения и вуза придут к соглашению о том, как можно организовать учебный процесс, то такое будет осуществимо. Подобный опыт уже есть в Самарской области.
Вопросы, вопросы, вопросы…
Осужденные многое узнали о путях решения своих личных и бытовых проблем, ощутили себя защищеннее, а, значит, обрели веру в будущее. Человек же, чья вера в будущее окрепла, более склонен исправлению.
Виктор Силин.
© При перепечатке материалов сайта ссылка на Kommuna.ru или издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на Kommuna.ru обязательна.
