Общество
Угонщицу самолета убили в Иркутске во время бытовой ссоры
18.11.2005 00:00
Ленинский районный суд города Иркутска вынес приговор Виталию Михаленю: за убийство сожительницы он получил 10 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Приговор как приговор, если бы не личность потерпевшей. Ольга Овечкина вместе с братьями участвовала в попытке угона Ту-154 8 марта 1988 года. 16 лет назад Иркутск ужаснулся той новости. Диксиленд «Семь Симеонов», в который входили семь братьев Овечкиных от 8 до 26 лет, считался одной из визитных карточек города на Ангаре. Семь простых пацанов из предместья Рабочее ездят по миру...

Ленинский районный суд города Иркутска вынес приговор Виталию Михаленю: за убийство сожительницы он получил 10 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Приговор как приговор, если бы не личность потерпевшей. Ольга Овечкина вместе с братьями участвовала в попытке угона Ту-154 8 марта 1988 года.
Шстнадцать лет назад Иркутск ужаснулся той новости. Диксиленд «Семь Симеонов», в который входили семь братьев Овечкиных от 8 до 26 лет, считался одной из визитных карточек города на Ангаре. Вся страна восхищалась не столько, правда, музыкальными талантами братьев, сколько самим фактом: семь простых пацанов из предместья Рабочее вкалывают на участке, доят коров – и ездят по миру.
Братьям тем временем уже втемяшили в голову, что на Западе они непременно станут миллионерами. Осенью 1987-го «Семь Симеонов» вместе с иркутской делегацией выступали в японском городе-побратиме Канадзаве. Там им встретились какие-то американцы с обещаниями записи в Лондоне многомиллионных тиражей дисков с их композициями. Всего-то и надо было – добраться до посольства США.
Помешала случайность – они не смогли поймать такси. Но в марте, отправляясь на гастроли в Ленинград, уже приготовили обрез и бомбу. Спрятали в футлярах инструментов, пронесли. Когда самолет приземлился на аэродроме Вещево под Ленинградом, они поняли, что проиграли, и, действуя строго по уговору, мать и сыновья перестреляли сами себя.
В результате непонятных до сих пор действий группы захвата погибли три пассажира, в том числе иркутянка стюардесса Тамара Жаркая, которая, кстати, планировала начать совместную жизнь со старшим из «Симеонов» – Василием. Много человек получили ранения. Из Овечкиных в живых остались маленькие дети, 28-летняя Ольга Овечкина и 17-летний Игорь Овечкин. Ольга тогда была беременна, ей дали 6 лет тюрьмы. Отсидела половину. В тюрьме у нее родилась дочь Лариса, но заботу о ней взяла на себя старшая сестра Ольги – Людмила.
Все понимали, что самым вероятным последствием пережитого на старте жизни кошмара станет пьянка, но предотвратить такой сценарий не смог никто. Влюбившийся в нее кавказец задаривал Ольгу золотом. И Виталия Михаленя, который был почти на десять лет моложе ее, она тоже не силком к себе притянула. Но в этой попытке создать семью можно было при одном условии – чтобы муж не пил.
А Виталий выпивал. Он работал в шиномонтажной мастерской, а там много, как известно, не платят. Денег не хватало. Ольга помаленьку распродавала подаренные прежним воздыхателем золотые цацки. Поменяли квартиру на меньшую: надо же, мол, как-то растить родившегося прошлой осенью Васю. Но младенцу они не купили даже кроватки, так и спал он прямо на полу, на стареньком матрасе.
Когда вечером 8 июня Виталий пришел с работы, Ольги дома еще не было. Но он знал, что она собиралась к родственникам. Быстро разделал кусок медвежатины, который дал ему знакомый, – и снова в шиномонтажку. Там его уже ждали приятели – с выпивкой, естественно, но с закуской совсем мало-мальской.
На этот раз домой он вернулся уже капитально поддатый. Сказал Ольге, чтоб сбегала за пивом. Куда деваться? Пошла. Но вернулась уже ближе к полуночи – с бутылкой пива «Охота» и синяком. Потребовал объяснений и предложил разобраться с обидчиками. Ольга отмахнулась: ни с кем, дескать, разбираться не надо. Получила несколько ударов – пока что кулаком – по лицу. Потом и вовсе разъярился: бил доской, на которой давеча разделывал медвежатину. Ольга не плакала, и это только добавляло ему ярости.
Она не плакала потому, что уже не чувствовала боли. Михалень тоже уже ничего не понимал. Бездыханное тело сожительницы он отволок на матрас и завалился спать рядом с ним. Его сознание включилось только утром. Он пошел в районное отделение милиции и написал явку с повинной.
Мертвых – их всегда жалко. Но, кажется, неспроста почти все Овечкины так трудно живут после того марта. Игорь (он в момент массового самоубийства братьев спрятался в туалете), который тоже отсидел половину срока, попался потом на наркотиках. Младшая Ульяна родила дочку в 16 лет, оставила ее в Доме ребенка и забрала только тогда, когда ее предупредили о лишении родительских прав.
Проклятие над этой семьей почти запрограммировано событиями из их прежней жизни. Много написано о властной матери этого большого семейства – Нинель Сергеевне, мало кто вспоминает отца. Дмитрий Овечкин тоже был тихим, безобидным алкоголиком. На улице Детской, где они жили, к нему относились лучше, чем к супруге. Однажды перед майскими праздниками соседи услышали шум и гам. Оказывается, вошедшие в силу братья вынесли родителя на улицу и принялись его пинать. Грех несчастного состоял в том, что он украл у жены бутылку водки.
Водку Нинель Сергеевна во времена горбачевского указа добывала на работе в магазине и по ночам торговала ею для поддержки семейного бюджета. Соседке, которая вступилась за старика, было сказано: «Если он тебе нужен – забери его!» Как о бесполезной вещи.
Потом его затащили в ограду, там добавили. 3 мая он умер.
А потом они сели в Ту-154...
Владимир МЕДВЕДЕВ,
соб.корр. «Трибуны».
Иркутск.
Фото Вести.Ru