Общество
Юбилей. Станция назначения – Жизнь
29.11.2007 10:15
~0.jpg) | Когда начальник ЮВЖД Атласов на планерке считал нужным кого-то наказать, то прежде чем произнести «объявляю вам выговор», обязательно вставал из-за стола. Подчеркивал свое уважительное отношение к провинившемуся как к человеку. Уважение к людям – от уважения к жизни. И чем неласковей она была к человеку, тем отзывчивей его душа к чужой беде. К Атласову она пришла с самого детства. |
Когда начальник Юго-Восточной железной дороги АТЛАСОВ на еженедельной планерке считал нужным кого-то наказать, то прежде, чем произнести «объявляю вам выговор», обязательно вставал из-за стола. Этим подчеркивалось, помимо прочего, уважительное отношение к провинившемуся как к человеку. А должность обязывает наказывать за просчеты в работе. И воспринималось это с пониманием – с начальника за этот огрех подчиненного тоже ведь могут спросить.
И в его 70 лет Виктора Григорьевича Атласова зовут в дорогу дела.
Уважение к людям – от уважения к жизни. И чем неласковей она была к человеку, тем незащищенней и отзывчивей становится его душа к чужой беде.
К Виктору Григорьевичу она пришла с самого детства. В пять лет он навсегда запомнил войну. В их доме в Россоши, недалеко от станции, собрались все бежавшие от беды родственники – одних детей набралось 12 душ. Когда на станции паровозы заходились безысходными, смертельно-тоскливыми гудками, извещая о налете немецких самолетов, вся семья пряталась во дворе в примитивном убежище.
– Дед мой, Григорий Прокофьевич, могучий старик был, – вспоминает Виктор Григорьевич. – Главным бухгалтером в депо работал. Во время бомбежки в укрытие принципиально не уходил. Сидел за столом и пережидал налет. Все-таки нам как-то легче становилось от его уверенности, что не упадет на нас бомба.
Отец, уцелевший на фронте, трагически погиб на железной дороге в 49 лет. Старший брат Леонид с пятого класса пошел слесарить в депо, потом пересел на паровоз – сначала кочегаром, помощником машиниста, потом и машинистом. Работа была не из легких: продуваемые всеми ветрами, промороженные железнодорожные перегоны, ненасытная паровозная топка требовали от бригады силы и горячего пота. Вот и сдал организм Леонида – совсем молодым ушел из жизни.
Стал работать и средний брат, Юрий. А Виктор поступил в Россошанский мясомолочный техникум, чтобы бюджету матери, Нине Григорьевне, станционной работнице, хоть как-то помочь стипендией.
После техникума успел по распределению поработать на Дальнем Востоке. А в означенный срок ракетчик войск стратегического назначения сержант запаса Атласов вернулся домой.
– Железная дорога всегда тянула к себе, жил-то рядом, да и в родне были железнодорожники, – объясняет свой выбор Виктор Григорьевич. – Хотелось учиться. Поступил в Харьковский железнодорожный институт, после окончания вернулся в Россошь. Поначалу работал там весовщиком, дежурным по станции.
Много с тех пор утекло воды, много служебных и жизненных ступеней довелось пересчитать. Поездной диспетчер в Лисках, заместитель начальника этой крупнейшей на сети дорог станции, работа в службе движения управления ЮВЖД, заместитель, а потом и начальник Воронежского отделения дороги.
Так бы и двигаться ему по накатанной стальной колее, но партия распорядилась по-своему: в 1980 году решением бюро Воронежского обкома КПСС он был утвержден заведующим отделом транспорта и связи – возражать тогда против этого было не принято, раз доверяют.
– Надо сказать, что это пошло мне на пользу, – оценивает то время Виктор Григорьевич. – Все-таки тогда к подбору, расстановке, учебе кадров отношение было очень ответственным. Серьезная школа. При подготовке документов на бюро или пленум обкома приходилось работать со многими людьми, в том числе и руководителями, изучать факты, досконально вникать в суть дела.
Вот в те годы Атласов и взял за правило тщательную отработку принимаемых решений. Кроме дежурно-обязательных «усилить», «поднять», «повысить», в документе четко определялись и главные задачи, намечались оптимальные пути их решения, назначались сроки, конкретные исполнители.
Сочетание этих качеств с огромным опытом хозяйственной работы стало основанием для выдвижения его спустя семь лет председателем Воронежского горисполкома.
– Это была тяжелая, но интересная работа, – Виктор Григорьевич в той школе управления усваивал все ту же науку: работать с людьми спокойно, открыто, не отрывать слово от дела. Должность его всегда на виду, и в стол огрехи свои не спрячешь. Вот он, город, смотрит на тебя окнами ненатопленных и обезвоженных квартир воронежцев, глазами замерзших в час «пик» на остановках нервных пассажиров, выбоинами разъезженных дорог.
– Помнится, вышла из строя ТЭЦ-1, – приводит пример Виктор Григорьевич. – В трубах накопился конденсат, выдавил газ и заглушил отопительные котлы. Телефон мой раскалился от звонков. Пришлось каждому звонившему детально объяснять суть аварии, рассказывать, какие меры принимаются для ее ликвидации, когда пойдет тепло. И люди отнеслись с пониманием. Главное – не отмахиваться от их больших и малых забот.
Самыми тяжелыми, по его признанию, были часы приема граждан по личным вопросам. И далеко не все их можно было решить в одночасье, особенно по жилью. Понятно, что пришел человек, остро в нем нуждающийся. Но не обещал, объяснял, что очередь не обойдешь, иначе в этот кабинет придет другой, стоящий в ней. Так же было и со снабжением водой в Юго-Западном районе Воронежа– скважину в один день не пробуришь, насосы не поставишь. Это и приходилось объяснять особо настойчивым. Таким, например, как одна из жительниц Юго-Западного микрорайона, столько раз звонившая домой Атласову, что ее по голосу узнавала уже и Валентина Федоровна, его супруга.
– Мы создали специальную аварийную службу по жилью. Круглосуточно дежурили люди, всю ситуацию держали под контролем, – делится опытом Виктор Григорьевич. – В водоснабжении, канализационном хозяйстве у нас работали профессора своего дела. Эти слесари знали в своем районе все заглушки, всю систему.
И не раз стоял по долгу службы председатель горисполкома и народный депутат России ночью, в канун какого-нибудь праздника у открытого водопроводного люка, вместе со слесарем выправлял очередную аварийную ситуацию на сети. А сегодня, проезжая по городу, Атласов видит и плоды своих почти пятилетних трудов тех, конца 80-х, годов.
Начинал с очистных сооружений в Северном и Левобережном районах. Возвел Дворец пионеров. Всем городским миром взялись за трудное и долгое строительство здания драмтеатра. Привел в порядок Кольцовский сквер, налаживал многосложное городское хозяйство. С Германией завязывал отношения на поставку в Воронеж дорожной ремонтно-строительной техники.
– И трамваи с троллейбусами, не в пример сегодняшним временам, по улицам Воронежа регулярно ходили во времена Атласова, – напомнил я.
– А камень для памятника нашему земляку Митрофану Пятницкому мне пришлось аж из Карелии везти, – рассказал он. – Когда пришли выбирать для него место около Дома офицеров – а там какой-то забор стоит, за ним мусор, – местный дворник скептически хмыкнул: «Тут до вас столько разных комиссий было, да все без толку». Меня это зацепило, и я ему сказал твердо: через три месяца памятник здесь будет стоять! И– поставили. И дворник смущенно отвел глаза: «Все нормально, вы правы». Не мог я не сдержать слова ни перед крупным руководителем, ни перед дворником.
В этом и есть надежный авторитет власти: выполнить обещанное, сделать намеченное, помочь человеку, если есть возможность. В связи с этим Виктор Атласов припомнил один интересный случай, о котором стоит рассказать.
Как-то обратился к нему воронежец Валерий Чеботарев с необычной просьбой. После войны он вместе с отцом-фронтовиком майором танковых войск, жил на Дальнем Востоке, рядом с лагерем японских военнопленных. Однажды по зиме гулявший в одиночестве около дома пятилетний Валерка чего-то испугался, выбежал на лед протекавшей мимо бурной речушки и провалился в воду. Спас его японский военнопленный. Вчерашний смертник подружился с «маленьким майором», долго по возвращении домой искал. Наконец нашел. Приглашал в Японию Чеботаревых в гости. Вот за содействием в этой поездке он и пришел к мэру Воронежа.
– Поможем, конечно, – пообещал Атласов. – Приглашайте и его к нам в гости. Встретим по-русски.
Нисикава Эйикити принял предложение и посетил Воронеж, познакомился с мэром города. А поскольку Нисикава-сан оказался к тому же крупным бизнесменом, то приехал в гости не с пустыми руками: подарил Воронежу два автомобиля «скорой помощи», попросив лишь сделать на их борту надпись «Наташа» – в честь женщин семьи Чеботаревых. Воронежцы помнят эти «неотложки», наверняка спасшие не одну жизнь наших земляков. Умел хозяйственник Атласов из всего извлекать пользу для города!
А поднимавшаяся перестроечная волна демократической энергии требовала митингов, прекращения строительства под Воронежем атомной тепловой электростанции (батареи в квартирах радиацию излучать будут!), смены всего и вся – от ценностей до вывесок.
– Мы бы ведь сейчас проблем с бытовым отоплением, причем с ВАСТ более дешевым, не знали, – делает вывод Виктор Григорьевич. – Слишком уж политические и идеологические амбиции забивали здравый смысл и живое дело. Мне и сейчас при встрече некоторые тогдашние демократы говорят: «Зачем мы мешали вам работать?»
Спрашивать тут, наверное, лучше у самих себя.
А в 1991 году председатель Воронежского горисполкома, а потом и первый председатель горсовета (на полтора месяца растянулась тогда сессия по выбору кандидатов на этот пост), вернулся на Юго-Восточную железную дорогу на целых семь лет ее начальником. Начинались трудные времена и для нее, и для всей отрасли. Становой хребет экономики страны гнулся под тяжестью обвала общегосударственного производства. Останавливались заводы, зарастали бурьяном поля, нищало российское человечество.
– Для магистрали надо было выделить главные проблемы, – определил направление Виктор Атласов. – И первая из них – путевое хозяйство как гарантия безопасности движения поездов. Мы отказались от укладки в путь известняка и перешли на павловский гранит. Не хватало деревянных шпал, а производивший железобетонные лискинский кооператив «Струна» лопнул. Мы выкупили его, наладили производство и выпустили первые 40 тысяч штук шпал. Это уже было начало победы. Когда в Воронеже проходила ассамблея начальников железных дорог, мы свозили их туда обменяться опытом, и многие мои коллеги просили продавать им нашу продукцию.
На территории Лискинского рефрижераторного депо стоял огромный пустой модуль, и мы решили организовать в нем вагонные колесные мастерские, в которых дорога также испытывала острую нужду. Сегодня это уже, считай, завод по ремонту колесных пар.
Зная из опыта работы мэром города потребность воронежцев в жилье, мы поставили перед собой задачу строить в городе по два-три жилых дома в год. В целом же дорога для своих работников в год строила более ста тысяч квадратных метров жилья.
Проблема с деньгами стояла настолько остро, что юговосточники впервые по нескольку месяцев не получали зарплату. Шли на зародившийся тогда дикий бартер, завязывали новые отношения с денежными партнерами, такими, как Стойленский и Лебединский комбинаты по добыче железной руды, новолипецкими и оскольскими металлургами, отправлявшими через нас свою продукцию за рубеж и получавшими за это чистые доллары. Шла борьба за выживание не только дороги, отрасли, но и всей России в целом.
Не миновала Виктора Атласова и беда. Безоблачным августовским днем 1994 года электричка из Валуек привычно везла пассажиров в украинский Купянск. Около самой границы в шедшем навстречу из ближнего зарубежья поезде пустая цистерна сошла с рельсов и врезалась прямо в кабину машиниста. Белгородчина огласилась воем сирен спешащих к беде машин «скорой помощи». Над землей заскользили из Воронежа вертолеты с бригадами врачей. На место происшествия прилетел министр путей сообщения Геннадий Фадеев. Все тогда было сделано для того, чтобы отправить в Украину более двух десятков погибших, в основном – соседских «челноков», оказать их близким всяческую помощь.
Помнится тогда совместное совещание украинских и наших железнодорожников в кабинете Атласова. Специально созданная комиссия выяснила причину трагедии: колесная пара под цистерной, ранее проходившая ремонт в Прибалтике и плановый осмотр в украинском депо, оказалась дефектной и сошла с рельсов из-за перекоса во время движения.
Вот так беда зародилась в Прибалтике, прошла через Украину и докатилась до России. И что тогда оставило неприятный осадок в душе: украинские коллеги всячески старались обелить себя и свалить свою очевидную вину на других. Помнится, Виктор Григорьевич тогда сказал:
– Мы же собрались здесь не только выявить виновных, но совместно принять все меры, чтобы подобной трагедии не повторилось.
Так начался развал единой стройной, надежной, взаимно ответственной за безопасность сети дорог. А, кстати, нанесенный в результате крушения многомиллионный ущерб украинские коллеги Юго-Восточной дороге так и не возместили.
Чисто по-свойски, из братских соображений…
…Кто связал свою судьбу с железной дорогой, тому на роду написано всю жизнь служить ей и быть в вечном движении. После руководства Юго-Восточной Виктор Атласов был уполномоченным представителем МПС России в Венгрии, где курировал вопросы пассажирских и грузовых перевозок из России в Хорватию, Югославию, Австрию, Италию и другие страны.
Это уже была и дипломатия транспортной отрасли за рубежом – стыковые совещания с представителями других стран, контакты с посольством, торгпредством, защита интересов России на железнодорожном полигоне Европы. Был потом советником и начальника Юго-Восточной Анатолия Володько.
И сегодня договориться о встрече с ним оказалось не так-то просто – лишь на пару часов, поскольку рано утром консультанту ООО «Металлинвесттранс» Виктору Атласову предстояла командировка в Москву: его и в 70 лет за плечами зовут в дорогу дела.
Значит, его поезд до станции назначения Жизнь отправляется дальше.
Леонид ДЬЯЧКОВ.
Сегодня Виктору Григорьевичу Атласову – 70 лет
Уважаемый Виктор Григорьевич!
Примите наши самые искренние и сердечные поздравления по случаю Вашего юбилея!
Нам, Вашим друзьям, коллегам и землякам-москвичам, доставляет особое удовольствие и гордость заявить Вам во всеуслышание, что нам повезло жить и трудиться рядом с Вами, одним из ярких представителей когорты партийных и советских работников Воронежской области конца двадцатого века.
Мы знаем, что Вам не по наследству достались высокие должности, почетные звания, которые числятся сегодня в Вашем послужном списке. Природный ум, талант организатора, трудолюбие, честность, справедливость, доброе отношение к людям и порядочность – вот это и есть Ваше настоящее богатство, которое Вы получили от своих родителей и счастливо развили в себе. Именно эти высокие моральные качества и снискали Вам не только признание руководства, но и в большей степени – уважение и любовь сотен тысяч воронежцев и всех тех, кто работал рядом с Вами.
Свои самые лучшие годы жизни Вы беззаветно посвятили служению родному воронежскому краю и его столице, всей нашей великой Родине. Везде и на разных должностях, от списчика вагонов до начальника Воронежского отделения ЮВЖД, председателя Воронежского горисполкома, первого председателя горсовета, а впоследствии и представителя МПС России в Венгрии, Вы, не считаясь с личным временем, плодотворно и самоотверженно трудились.
Искренне желаем Вам, уважаемый Виктор Григорьевич, крепкого здоровья, оптимизма, семейного благополучия на долгие годы!
В.И.ВОРОТНИКОВ, В. С.АНДРЕЕВ, И.Т.ВОРОБЬЕВ, А. С.ЁЖИКОВ, Г.С.КАБАСИН, В.Г.КОЛЕСНИК, В.И.ЛЕОНОВ, Ю.М.ОВСЯННИКОВ, А.Ф.САФОНОВ, В.М.ШУНЯЕВ.
• • • • •
Дорогой наш Виктор Григорьевич!
Сердечно поздравляем Вас с 70-летием! Ваш юбилей очень значим и для всех нас. В 1993 году благодаря Вашей идее, неуемной энергии, таланту организатора был создан и сегодня успешно действует наш спортивный клуб «Лаванда». Поистине не счесть тех, кого объединили здесь под знаком настоящей мужской дружбы. В клубе мы нашли не просто соперников в спорте, но и соратников по жизни.
От всей души желаем Вам счастья, здоровья, бодрости духа, семейного благополучия.
С юбилеем, дорогой Виктор Григорьевич!
И впредь на долгие годы считайте нас преданными и верными друзьями.
Спортивный клуб «Лаванда».
