Здравствуй, юность в сапогах?

06.10.2007 10:24

В Воронежской области, как и по всей стране, стартовала осенняя призывная кампания. Нынешний призыв — последний, когда молодые люди уйдут в армию на полтора года. Военный комиссар Воронежской области генерал-майор Виктор Калашников сообщил цифры и особенности нынешнего призыва на традиционной пресс-конференции.

В Воронежской области, как и по всей России, стартовала осенняя призывная кампания. Нынешний призыв — последний, когда молодые люди уйдут в армию на полтора года.

Всего в масштабах России осенью-2007 на военную службу будут призваны 132350 человек – так говорится в Указе, размещенном на сайте Президента РФ. С 2008 года срок службы сократится до двенадцати месяцев. Военный комиссар Воронежской области генерал-майор Виктор Калашников сообщил цифры и особенности нынешнего призыва на традиционной пресс-конференции.

Военкоми Воронежской области генерал-майор Виктор Калашников.

Из состоящих в области на воинском учете 73 тысяч молодых людей призывного возраста через призывные комиссии должны пройти около 16,5 тысячи – это их конституционный долг. Разумеется, далеко не всем, по словам генерала, будет вынесен «вердикт» о прохождении службы в армии. В соответствии с нормативами, уже полученными облвоенкоматом из Генштаба, для службы в Вооруженных Силах на территории области будут призваны около 2,5 тысячи молодых людей. Они, как и прежде, пойдут служить во все виды и рода войск, где предусмотрена служба по призыву, в том числе и в войска МЧС. По словам облвоенкома, порядка 75 процентов призывников будут служить на территории Московского военного округа.

Установленная Калашниковым традиция открывать пресс-конференцией каждый «призывной сезон» – не случайна. Как свидетельствуют сами сотрудники военкоматов, каждый призыв сопровождается «массовой истерией». Негативные факты, порочащие российскую армию и формирующие неважное отношение к срочной службе, были и остаются – как свидетельствуют соцопросы, «дедовщина» в армейских частях и формированиях пугает людей значительно больше, чем служба в «горячих точках». Однако следует признать, что многие ребята просто не готовы ни к общению со сверстниками, ни к выполнению элементарной физической работы, да и просто к жизни в казарме.

Главная проблема призывной кампании остается без изменений – низкий уровень образования (если говорить прямо, то и буквально – грамотности) и физического здоровья призывников. По сведениям генерала Калашникова, 70 процентов из них, как минимум, за год до призыва нигде не работали и не учились. Увеличилась доля молодежи, так или иначе связанная с криминалом. Каждый шестой употреблял алкоголь (работники военкомата регулярно сталкиваются со случаями откровенного алкоголизма среди молодежи призывного возраста).

Пробовал наркотики каждый десятый – в прошлую призывную кампанию уже на сборном пункте было выявлено 27 человек, которые систематически принимают наркотики. Даже в благополучных района Воронежской области – Калачеевском, Лискинском, Новоусманском и других – годность к службе в армии ниже среднестатистических. Виктор Калашников привел вопиющий факт: ребята узнают о своих заболеваниях только при первоначальной постановке на воинский учет! И еще один негативный факт: 60 процентов уклоняются от службы в армии, вообще не зная своего состояния здоровья, – не являются на медицинские комиссии, несколько лет живут в страхе и в бегах, а потом узнают, что, вообще-то, не годны к службе.

В свое время аналитики пророчили волну уклонения от службы в армии в преддверии сокращения сроков, полагая, что молодые люди будут всячески тянуть время, чтобы пойти служить на полтора года, а затем и на год. Однако, как образно выразился облвоенком, с уменьшением срока призыва очередей на призывных комиссиях отнюдь не наблюдается.

– В течение весеннего призыва, в апреле-июне 2007 года мы разыскивали около трех тысяч призывников, уклоняющихся от призыва, – рассказал Виктор Калашников. – Без помощи милиции на сегодняшний день вручение повесток и в целом призыв обходятся только в четырех районах – Верхнемамонском, Воробьевском, Грибановский, Каменский. Это при том, что призывные комиссии по всей России возглавляют руководители субъектов федерации, и, соответственно, на местах призыв – это дело местных властей. Очевидно, руководители муниципальных образований не вполне отдают себе в этом отчет.

Тем не менее альтернативная служба не пользуется популярностью. Военком уже не в первый раз сделал логичный вывод: «альтернативка» была всего лишь одним из путей уклониться от прохождения военной службы по призыву.

– 180 заявлений мы имели накануне принятия закона о прохождении альтернативной гражданской службы, – напомнил Виктор Калашников. – Реально же правом выбора воспользовались всего 18 человек: в 2004 году – 11, в 2005 – 4, в 2006 – 3.

Облвоенком перечислил, где на сегодняшний день воронежцы проходят альтернативную службу. Санитары – в Смоленской области и в Воронежской областной клинической больнице. Электросварщик и кочегар – в Нижнем Тагиле. Слесарь – в Туле. Рабочий по уходу за животными – в Московской цирковой компании. Три человека отказались заключить договоры с организациями.

«Я уважаю решение ребят, которые идут на альтернативную службу по убеждению, по вероисповеданию, по призванию, – заметил Виктор Калашников. – Но хочу сказать, что это тяжелая работа и зачастую далеко не удел настоящего мужчины».

Трудно представить, как с существующим качеством призывного контингента можно выполнить задачу, поставленную Генштабом, – отбирать в армию не по количественному, а по качественному показателю.

Есть и другая, на мой взгляд – более серьезная, проблема . Отвечая на вопрос «Коммуны», военком Воронежской области в очередной раз подтвердил, что российская армия остается «рабоче-крестьянской», и тенденция эта крепнет год от года.

Детей чиновников, политиков, коммерсантов и прочей, как выразился генерал, «интеллигенции», в армии сегодня единицы. С подачи журналистов, уже придумавших этой проблеме злое определение, стали говорить, что служба по призыву в России из всеобщей воинской обязанности превратилась в «налог на бедных». Наиболее обеспеченные слои российского общества делают все, чтобы их дети получили образование, но избежали призыва. То, что сыновья, по большому счету, «нежизнеспособны» – не готовы защищать не только Родину или близких, но даже защитить себя, – видимо, их не беспокоит.