Общество

Земляки. Испытан морскою пробой

Когда родилась идея об установке в воронежском Калаче памятника погибшим военным морякам-землякам, старший мичман запаса Анатолий Злых согласился возглавить оргкомитет. И вот памятник готов к открытию.

Его становление и возмужание проходило на флотской службе

Давно уже приучил себя не судить о человеке только по первому впечатлению, хотя оно зачастую бывает самым верным. Есть люди, в которых надо основательно разобраться, прежде чем давать им оценку. Вот встретишь иного – и такой уж он энергичный, весь в движении, всегда куда-то спешит и поговорить-то ему некогда, – и подумаешь: «Вот это – деловой парень». Потом присмотришься и вдруг увидишь, что за всей этой суетой и видимостью активности скрывается просто личная неорганизованность, а порой и вполне неприкрытое стремление к «показухе».

Бывают же люди другого склада. Они внешне неторопливы, не спешат высказать своего мнения, не «лезут» на глаза начальству. Поначалу кажется, что за всем этим лежат пассивность и равнодушие. Ан нет. Как раз наоборот. Нет пассивности, есть вдумчивость и упорное стремление добиться своего.

Обо всем этом я подумал, когда впервые встретился с мичманом Анатолием Злых.

Правда, кое-что о нём я знал ещё до встречи. Как-то в разговоре с военкомом Владимиром Матяшевым в 1996 году, когда мы обсуждали вопрос о создании в Калачеевском районе филиала Воронежской общественной региональной организации «Колыбель русского флота», он заметил: «Обратитесь к мичману Анатолию Злых, он поможет вам. Второй год я работаю с ним. Толковый, грамотный, эрудированный».

Морем Анатолий «заболел» под впечатлением от рассказов своего дяди - мичмана Северного флота Александра Злых.

Играет он днём с ребятами, как и все, прячется в густых золотистых хлебах, не отводя восхищённого взгляда от комбайна, плывущего вдалеке, словно корабль по волнам. А вечером, чуть солнышко скатится вниз, бежит на речку Криушу. Затаится где-нибудь на берегу под кустом ивняка и слушает, как поёт на разные голоса прозрачная вода, разбиваясь о камешки. И кажется мальчугану, что это не речушка перед ним, а целое море. Оно бурлит и пенится. А Толик? Вот он стоит на мостике огромного корабля, внимательно всматриваясь в туманную даль. И ничего не страшит в эту минуту Толика-капитана!

Так и пролетело детство. Время начало ускорять свой бег. Учёба в мореходке в Лиепае. Служба в Заполярье. Стал старшиной команды мотористов, специалистом 1-го класса, быстро вошёл в коллектив. Окончил школу мичманов в Североморске. Походы, учения, трудности корабельной жизни. И простор моря. Всё по душе, всё по характеру. А служба на корабле больше всего-то и требует характера. Сильного. Волевого. Непоколебимого.

Не заметил Анатолий, как пролетело несколько вёсен. Уволился в запас. Ходил год на гражданских судах Мурманского пароходства. Затем вернулся в город Калач Воронежской области, где служил в райвоенкомате.

Однажды оказавшись в Североморске, вдруг заново пережил всё, что было связано с флотской службой. Не смог он, закалённый морем, отвернуться от того, с чем сроднился. Ведь там, на берегу, Анатолий всегда слышал шум прибоя, ласковый накат волны, рассерженный рёв шторма.

Море звало, разговаривая с мичманом Злых на понятном моряку языке. И Анатолий добился перевода на Северный флот, на подводную лодку.

Одиннадцать лет пролетели как один день. За плечами – несколько дальних походов. И каждый из них стал для него и для подчинённых настоящей школой мастерства и мужества. Вывел команду трюмных в число передовых, добился звания лучшего специалиста.

Я много раз убеждался в том, что подводники обычно не любят суеты, торопливости. Быстрота действий у них осмысленна и закреплена путём долгих тренировок на берегу и в море. Они не имеют права на ошибку. Недаром говорят, что ошибаются один раз в жизни минёр, подводник и сапёр. Но если минёр и сапёр при этом ставят на карту свою жизнь, то ошибка подводника может дорого стоить всему экипажу. Отсюда размеренность и точность в жизни подводника. Всегда такое ощущение, будто огромный пласт воды, нависший над подводной лодкой, выжал из людей все наносное, второстепенное и оставил только самое главное.

Как сказал поэт:

Испытаны морскою пробой,
И тем значительней вдвойне,
Слова имеют вес особый
На стометровой глубине…

Осенью 2011 года старший мичман Злых ушёл в запас, отдав флоту более тридцати лет службы. На смену отцу пришел его сын Максим. Он служит мичманом в Североморске в бригаде противолодочных кораблей.

Анатолий Злых (в центре) с товарищами.

Повседневная готовность к трудностям, умение их преодолевать, неуёмная активность и любовь к людям, готовность прийти на помощь – вот главные качества в характере Анатолия Злых. И не случайно, когда бывшие военные моряки Николай Лазаренко, Сергей Ступкин, Сергей Мигитин, Сергей Сысоев поделились идеей установки памятника военным морякам-калачеевцам, погибшим в годы Великой Отечественной войны и в мирное время при выполнении воинского долга, то старший мичман запаса Анатолий Злых согласился возглавить оргкомитет.

Идея была одобрена главой Администрации Калачеевского муниципального района Воронежской области Николаем Котолевским. Была оказана и существенная помощь.

С апреля изо дня в день трудились бывшие военные моряки Н.Боровиков, И.Гичкин, И.Чеботарев, Г.Коленко, С.Блошицын, П.Лопатин, С.Мигитин, В.Наумов, М.Куцов, И.Рублев, Э.Соловьев и многие другие. Организатором же и застрельщиком всех проводимых работ был старший мичман запаса Злых.

Сейчас, по прошествии трёх месяцев, можно сказать, что памятник готов к открытию, как и планировали, к 29 июля – Дню Военно-морского флота.

Николай Боровиков,
капитан 2-го ранга в отставке

г.Калач, Воронежская область

Источник: газета «Коммуна» №109 (25937), 28.07.2012г.