-5°
г. Воронеж

Ясно, ветер юго-западный 4 м/с.

• Днём ясно, -4°…-2°, ветер западный 3.5 м/с.

• Вечером ясно, -6°…-4°, ветер юго-западный 4 м/с.

• Ночью ясно, -5°…-5°, ветер юго-западный 4.8 м/с.

• Утром облачно с прояснениями, -5°…-2°, ветер юго-западный 5.7 м/с.

  • $ 66,24
  • € 74,9
27.02.2004 00:00
Общество

Земляки. Любил и знал свой край

Григорий Федорович говорил с хрипотцой, четко чеканя слова хорошо отработанным за долгие годы на школьных уроках голосом учителя: «Письмо получил. Спасибо. Как дома в Митрофановке побывал, вместе с вами поездил по полям, по нашим горам и долам». Ветерана Великой Отечественной войны «заточил» в стенах квартиры тяжелый недуг. Артиллерист-«огневик» немало снарядов в руках понянчил, пушку выкатывал на прямую наводку. В марте 1945 года, воевал тогда в составе 3-го Белорусского фронта, попал...



Примерно раз в месяц слышал знакомый голос по телефону: «Чистоклетов напоминает о себе». Григорий Федорович говорил с хрипотцой, четко чеканя слова хорошо отработанным за долгие годы на школьных уроках голосом учителя.

-Письмо получил. Спасибо. Как дома в Митрофановке побывал, вместе с вами поездил по полям, по нашим горам и долам.

Ветерана Великой Отечественной войны «заточил» в стенах квартиры тяжелый недуг. Артиллерист-«огневик» немало снарядов в руках понянчил, пушку выкатывал на прямую наводку. В марте 1945 года, воевал тогда в составе 3-го Белорусского фронта, попал в госпиталь, где перенес хирургическую операцию на венах. С возрастом болезнь суставов и вен все чаще и чаще напоминала о себе, пока вконец не обезножила.

Нетрудно представить, что означало это (находил в себе силы шутить) «великое сидение» для него, учителя-географии, который вместе со своими ребятами исходил воронежский край вдоль и поперек, путешествовал немало по Советскому Союзу.

...Я не был школьным учеником у Чистоклетова. В шестидесятые годы студентом Воронежского пединститута сотрудничал в нашей многотиражной газете «Учитель». Попало в руки письмо со статьей о поездке Льва Николаевича Толстого в воронежский край. Не вчитываясь, вслух засомневался в достоверности рассказанного. Сам ведь родом из тех мест. Краеведением меня уже всерьез «заразил» мой сельский учитель-подвижник Иван Иванович Ткаченко, который в истории края «все знал». Но и он вроде бы тоже слыхом не слыхивал о том, что великий писатель был в Митрофановке. Сомнения сразу же развеяла редактор газеты Екатерина Михайловна Иванова:

-Автор очерка - человек серьезный. Он у нас в аспирантуре учился, преподавателем работал. Учебник по географии Воронежской области с его участием написан.

Оказалось, Григорий Федорович Чистоклетов, возвратившийся после аспирантуры в свою сельскую школу, действительно ничего не выдумывал, не сочинял. Еще с начала пятидесятых годов он с завидным упорством и терпением «раскапывал» краеведческую тему. Он стремился к тому, чтобы его ученики, односельчане знали собственную историю, свою родословную, гордились ею.

Позже, когда уже стал работать собственным корреспондентом «Коммуны», меня познакомит с Чистоклетовым мой школьный наставник Ткаченко, кстати, тоже фронтовик. Встречаться будем в «учительском имении» - так Григорий Федорович называл свое подворье на окраине Митрофановки. Роскошные яблони под сенью ветроломной лесозащитной полосы. Гряда ковыльной не тронутой плугом степи, за ней он любовно присматривал, ею он гордился. Огородик-кормилец спускался в балочку - к пруду, сотворенному с его участием.

Беседовали в рабочем кабинете. Пишущая машинка на столе в окружении книг, папок с бумагами, фотографиями, письмами. Кажущийся беспорядок для постороннего, но у хозяина - все на своем должном месте. С ходу берет потребовавшийся вдруг в разговоре книжный томик из библиотечной «обоймы» на полках. В полчище бумаг сразу находит нужный документ.

Не скрывал радости. В Воронеже вышел краеведческий сборник «Собеседник» с его очерком «Сюда приезжал Толстой». В Ростове-на-Дону в коллективной книге напечатали подборку его стихов. На страницах «районки» вел читателя в мир родной природы, призывал беречь травинку, деревце, братьев наших меньших.

Мечтал на исчезнувшем хуторе Ржевске восстановить-возродить усадьбу Владимира Григорьевича Черткова, в которой располагалось в ХIХ веке известное просветительское издательство «Посредник», где бывали не только «великий Лев», но и художники Кившенко, Ярошенко, другие именитые в русской культуре люди.

Мечтал степь родимую украсить рощами и прудами. Что-то удавалось сделать. Хотелось большего.

Самолично издавал свои рукописи: печатал на машинке и переплетал в плотные обложки. Часть трудов все-таки пробились в свет из типографий. Помогли бывшие ученики. В библиотеках и школах Кантемировского, Богучарского, Россошанского районов учебным пособием служат его «Очерки о родном крае». Интересны читателям его книги «Богучарская юность», «В степном Воронежском краю».

К сожалению, в «самиздате» остались рукописи стихов, документальной прозы - «Воспоминания старого солдата», «Я не был убит подо Ржевом».

Фронтовые будни въелись в память намертво. Часто вспоминал голодную весну 1942 года на Калининском фронте. «Мы ели полусырую конину. Подбирали битых, вытаивавших из-под снега лошадей. Варили, кто как и в чем мог. Свидетельствую потрясающий факт: семнадцатого марта сорок второго я, исполнявший обязанности старшины, получал бумажные мешки. На них было помечено, что сухари приготовлены четырнадцатого марта в Челябинске. Представляете, самолетами доставляли за тысячи километров на боевые позиции ржаные хлебные сухари с Урала голодающим красноармейцам».

Рассказывал о селе Лебединка Богучарского района, где в 1919 году он в крестьянской хатке «родился не в рубашке, но и не совсем без рубашки», о родных и близких, о летах учебы в школе и Богучарском педучилище. Русский язык и литературу ему преподавала Ольга Павловна Страхова, которая в гимназии учила «гения нашей литературы - Михаила Александровича Шолохова».

Оставалась заветной мечтой публикация книги «Географическое краеведение в сельской школе». «Это главный итог моего педагогического пути», - говорил он.

К наступающему Новому 2007 году я готовил ему подарок: вот-вот должен был выйти из печати альманах «Слобожанская тетрадь» с рассказом-очерком Чистоклетова. А еще в типографии уже переплетали «Воронежскую историко-культурную энциклопедию». В ней публиковалась творческая биография Григория Федоровича. Но мои добрые новости упредил междугородный телефонный звонок:

- С вами говорит Петр Федорович Чистоклетов, младший брат. Григорий Федорович скончался...

Помолчали.

Мир праху твоему, человек. И да будет тебе пухом земля, которой ты признавался:

Безумно люблю ковыли.
Красивей природы не знаю,
Богаче не видел земли. Петр Чалый,
соб. корр. «Коммуны».
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.

Плюсануть
Поделиться
Класснуть