Общество
Жизнь за решеткой. Уголовно-исполнительной системе России – 125 лет
02.12.2004 00:00
На начало этого года в российских СИЗО, тюрьмах и колониях содержалось 850 тысяч осужденных и подследственных. Но еще два года назад их было на 330 тысяч больше. Воровать, грабить и убивать меньше не стали. Все дело в неукротимой гуманизации карательной политики. В уголовно-исполнительной системе Воронежской области действуют три следственных изолятора, пять исправительных колоний, колония-поселение, лечебно-исправительное учреждение, воспитательная колония для подростков. На начало марта были освобождены 55 осужденных. А всего...
Молодого страдальца, сидящего за решеткой в сырой темнице, воспел в позапрошлом веке великий поэт. В наши времена вместо сырых темниц появились исправительные колонии или вольные поселения, а вместо «орлов» и «невольников чести» – все больше серийные убийцы, профессиональные взяточники, торговцы наркотой и воровки разного калибра. На начало этого года в российских СИЗО, тюрьмах и колониях содержалось 850 тысяч осужденных и подследственных. Но еще два года назад их было на 330 тысяч больше. Воровать, грабить и убивать меньше не стали. Все дело в неукротимой гуманизации карательной политики.
Гражданин, совершивший правонарушение или преступление, должен быть наказан соответствующим образом. Как его наказать – решает суд, а следить за исполнением наказания обязана специальная служба, которая отмечает нынче свое 125-летие. Начальник управления исполнения наказаний по Воронежской области генерал-майор внутренней службы Николай Белогорцев обижается, когда его сотрудников называют тюремщиками.
- У нас в области и тюрем-то нет, - объяснял Николай Алексеевич на пресс-конференции, - и мы не хотим, чтобы оступившийся человек все годы отбывания наказания дрожал от страха. Нашу систему правильнее назвать уголовно-исправительная. Мы стараемся, чтобы осужденные, выходя на свободу, оставляли за решеткой все социальные пороки и на волю выходили законопослушными гражданами. Во многих случаях нам это удается.
Как ни удивительно, но статистика показывает, что генерал Белогорцев вовсе не фантазирует. В соответствии с поправками, принятыми в конце прошлого года, многие законы значительно помягчали. Поэтому заключенные, которые, не нарушая режима, спокойно отбывают наказание, могут, при определенных условиях, рассчитывать на снисхождение. В зависимости от тяжести преступления к ним может быть применено условно-досрочное освобождение после отбытия не менее четверти, трети, половины или не менее двух третей срока наказания. Если поведение заключенного вызывает доверие у администрации колонии, у него и появляются реальные возможности для полусвободной жизни.
В уголовно-исполнительной системе Воронежской области действуют три следственных изолятора, пять исправительных колоний, колония-поселение, лечебно-исправительное учреждение, воспитательная колония для подростков. Так вот, на начало марта с.г., согласно изменениям в законодательстве, были освобождены 55 осужденных, срок наказания снижен для 257, переведены на другой вид режима 97 человек, переквалифицированы статьи в отношении 352 осужденных, а всего суды пересмотрели 590 приговоров. В то же время 157 заключенным в пересмотре приговоров отказано. Так что говорить о массовом послаблении режима или думать о том, что в скором времени места лишения свободы опустеют пока еще преждевременно.
С другой стороны, возмущение тех, кто считает, что послабления законов не учитывают интересов потерпевших, тоже не беспочвенно. Истина, как говорится, должна лежать посередине, к сожалению, в России она будто маятник – то в одну, то в другую сторону качается.
Люди попадают в зону по-разному. Рядом с рецидивистом-убийцей может находиться тот, кто случайно лишил жизни человека в автокатастрофе. Поэтому одни все годы заключения «качают» права и мотают нервы администрации. Другие хотят использовать эти годы для учебы, например, и для этого им создаются необходимые условия. При исправительных учреждениях работают четыре вечерних школы, столько же – учебно-консультационных пунктов и профтехучилищ.

В Бобровской колонии некоторые молодые люди получают даже заочное высшее образование. Как ни странно, многие только в зоне начинают пересматривать свою жизнь, оценивать ее совсем с неожиданной стороны. В колониях действуют девять православных молельных комнат, три храма, десять воскресных школ. Добровольным и безвозмездным трудом осужденных возводятся еще три храма и часовня. По мнению руководства ГУИН, все это способствует перевоспитанию оступившихся людей.
Что касается здоровья осужденных, то, как известно, самый главный бич российской пенитенциарной системы – туберкулез. Причины его понятны всем и способы борьбы тоже. Но нужны деньги, а их-то крайне недостаточно. Поэтому, если проблемы питания и лечения осужденных в последнее время как-то решаются, то чрезвычайную скученность заключенных, особенно в СИЗО, преодолеть не удается: здесь, например, на 1339 местах располагаются 1789 подследственных. И хотя несмотря на то, что все вновь прибывшие тщательно проверяются на бактерионосительство плотность обитания узников дает себя знать. Так что, если за год численность больных туберкулезом в местах заключения уменьшилась на 14 процентов, то это можно назвать либо чудом, либо высоким профессионализмом медицинских работников ГУИНа.
Сотрудники управления делают много для своего рода «очеловечивания» мест заключения. Они понимают, что осужденные когда-нибудь выйдут на свободу и не хотят, чтобы те, не найдя своего места в жизни, совершили преступление и вновь оказались за колючей проволокой. Поэтому в колониях организуются различные творческие конкурсы, спортивные соревнования, работают изостудии, появилось местное телевидение. В конце прошлого года в Москве прошел даже гала-концерт финалистов конкурса на лучшее исполнение песен среди осужденных страны «Калина красная».
Конечно, при отсутствии работы в зонах, при весьма скудном финансировании трудно противодействовать «озверению» человека, оказавшегося в неволе. Как бы там ни было, жизнь за решеткой сказывается на психике. Поэтому далеко не все проявляют силу воли и удерживаются от соблазнов разгульной жизни. Вот и пришлось, например, в прошлом году лишать свободы и отправлять за колючую проволоку 572 жителя колонии-поселения. Предотвращено 2185 замышляемых преступлений.
РегионЧисло сотрудников уголовно-исполнительной системы
Число заключенных, находящихся в местах лишения свободы Стоимость содержания одного заключенного за год (в руб.)Стоимость питания заключенного в день (в руб.)Число больных туберкулезомЧисло ВИЧ-
инфицир.
Россия3300008500001500024,57000035000
Воронежская область500095001573118,9102972
Что касается наркотиков, денег и алкоголя, то для переброски их в зону непрерывно изыскиваются любые возможности. В том числе идет подкуп и самих сотрудников УИНа. Причем этот путь вовсе не безнадежен, если учесть чрезвычайно скромные зарплаты сотрудников этой службы. А в связи с десятками поправок и изменений в Уголовном, Уголовно-процессуальном, Уголовно-исполнительном кодексах нагрузка на службу в самые ближайшие месяцы еще более возрастет, при все той же оценке их труда..
Из 256 статей нынешнего Уголовного кодекса 192 предусматривают наказание без изоляции от общества. В Воронежской области ежегодно получают такое наказание более 16 тысяч человек. Для того чтобы контролировать поведение этого контингента, в области создано 39 (по числу районов) уголовно-исполнительных инспекций. В среднем каждый сотрудник этих учреждений должен отслеживать поведение более 150 осужденных. Удастся ли делать это достаточно эффективно?
В конце текущего года предполагается введение нового вида наказания – обязательных работ продолжительностью от 60 до 240 часов. Они будут отбываться по четыре часа в день. Труд таких осужденных предполагается использовать на помывке и покраске турникетов и заборов, уборке свалок и бесхозных территорий, вскапывании газонов и побелке деревьев. В теории такой общественно полезный труд должен способствовать исправлению оступившегося. А на практике?
Люди старшего поколения еще помнят, должно быть, слово «декабристы» применительно к теме нашего разговора. Так называли мелких хулиганов, которым в хрущевские времена судьи назначали 15-суточное наказание для выполнения всевозможных работ. Как они выполнялись на самом деле блестяще показано в комедии Леонида Гайдая «Операция «Ы». При нашей врожденной разболтанности и пофигизме будет ли нынче толк от этих обязательных работ? Сильно сомнительно.
На пресс-конференции генерал Белогорцев несколько раз повторил, что главное в борьбе с преступностью – неотвратимость наказания, а не его жестокость. Но именно неотвратимость и справедливость наказаний и являются серьезными проблемами нашего времени. Возможно, они будут решены в ходе предполагаемой судебной реформы, которая никак пока не может миновать стадию пустопорожних словопрений без каких-либо реальных результатов. Впрочем, это тема уже другого разговора.
Борис Ваулин.
Фото Михаила Вязового.
© При перепечатке материалов сайта ссылка на Kommuna.ru или издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на Kommuna.ru обязательна.