Политика
Актуальное интервью. «Делай, что должно, и пусть будет, что будет»
08.12.2004 00:00
Что стоит за взрывами в Воронеже? В чем особенность минувших и предстоящих избирательных кампаний? Как будет развиваться политическая ситуация в области? Почему за три года губернаторства Кулаков так и не очистил администрацию от нечистоплотных чиновников?
Есть ли сегодня единство среди людей, на которых опирается губернатор? Как он относится к критике, звучащей в его адрес? На эти и другие вопросы отвечает начальник управления стратегического планирования администрации Воронежской области кандидат исторических наук Павел Кабанов.
Что стоит за взрывами в Воронеже? В чем особенность минувших и предстоящих избирательных кампаний? Как будет развиваться политическая ситуация в области?
Накануне нового политического года на эти и другие вопросы отвечает начальник управления стратегического планирования администрации области кандидат исторических наук Павел КАБАНОВ.
Свобода вне закона?
– Павел Алексеевич, недавние взрывы на городских остановках унесли жизнь молодей женщины и ранили нескольких пассажиров. Что за этими событиями: эхо кавказской войны, злой умысел радикальной группировки, действия маньяка — одиночки или хулиганство подростков?
– Не могу исключить ни одну из этих версий. Отмечу, что уголовное дело возбуждено по статьям «терроризм» и «умышленное убийство». Квалифицировать и расследовать подобные деяния – компетенция правоохранительных органов. Расследование находится под личным контролем губернатора Владимира Кулакова.
Что касается политической оценки трагедии, то она будет короткой: ЭТО ВЫЗОВ ВЛАСТИ, ВЫЗОВ ОБЩЕСТВЕННОМУ МНЕНИЮ, ПОПЫТКА ВЗОРВАТЬ СПОКОЙСТВИЕ В ОБЛАСТИ.
Подчеркну и другое: теракты – не тема для каких-либо спекуляций, тем более – получения политических дивидендов.
– Взрывы гремят не только в Воронеже. Не первый год идет война в Чечне, неспокойно в соседних с ней регионах – это не может не накладывать отпечаток на настроение людей. Как в этой связи можно прокомментировать итоги избирательных кампаний: госдумовской, президентской, губернаторской?
– Согласен, что одним из факторов, влияющих на результаты голосования, является фактор напряженности, нестабильности в обществе. Но события нашей истории (и не только новейшей) как бы предопределяют эту нестабильность и тревожное состояние.
Так сложилось, что в России либеральный период правления сменяется консервативным. Только русский ' либерализм в корне отличается от либерализма западного типа. В сознании западного человека свобода не может существовать без закона. Это понимание не возникло в один момент, ушли века на осознание необходимости ограничения свободы через общественные и государственные институты.
В России все было по-другому: свобода понималась как воля, вседозволенность, а место закона занимали царь или генсек, которые в любой момент могли отнять все и у всех.
Отсюда сформировавшаяся в сознании большинства населения поведенческая модель шараханья из крайности в крайность, сопряженная с желанием перескочить целые исторические эпохи.
Последний (по времени) пример: революционные события начала 90-х годов, когда казалось, что отстранив коммунистов от власти, народ станет жить как в США (в смысле уровня жизни). Однако не получилось. К тому же, коммунисты никуда не ушли: они сначала обменяли власть на собственность, а потом вновь встали у руля (я имею в виду не наличие партбилета в кармане, а менталитет руководителя). И не потому, что Ельцин и Гайдар попытались перенести идеологию Запада на российскую почву, это уже было в нашей истории – Петр I прорубал окно в Европу – форточкой дело и ограничилось. А потому, что есть законы общественного развития, культурно-исторические традиции, изменить которые невозможно даже указом Президента.
За истекшие 12 лет страна прошла путь от всеобщего воодушевления к тотальному разочарованию. Образно говоря, к началу века Россия вновь оказалась на распутье. Результат этих настроений и есть итоги выборов 2000 – 2004 годов.
Нравы византийского двора
– Вернемся к областным делам. В 90-е годы барометр политической жизни просто зашкаливал, казалось, что все борются со всеми: Дума с администрацией, коммунисты с демократами, Ковалев с Шабановым... Начало века тоже не назовешь спокойным — шла война между городом и областью, теперь вот – теракты. Что ждать в ближайшие годы, неужели мы обречены жить в постоянном напряжении?
– Как чиновник я, конечно, должен сказать людям: не волнуйтесь, мол, все у нас под контролем. Но я реалист, и расписываться за то, что у всех круглые сутки будет холодная и горячая вода, дороги станут ровными, а дураков во власти поубавится, не могу, хотя о последней проблеме мы можем поговорить позже, тут сдвиги намечаются.
Одно могу сказать точно: больше мы не допустим открытого противостояния ветвей и уровней власти. Конечно, политическая жизнь не замрет. Политическая борьба есть и будет, но она приобретает цивилизованный характер (выборные кампании, дебаты в Думе, дискуссии в СМИ).
Основная часть политического айсберга будет скрыта от глаз наблюдателей. Другими словами, политическая борьба прейдет из публичного действия в непубличное, византийское. А здесь действуют совершенно иные правила игры.
– А что можно сказать о предстоящих весной 2005 года выборах депутатов в областную и городскую Думы? Они тоже пройдут по византийским правилам? Помнится, на прошлых выборах был особый губернаторский список кандидатов...
– Выборы пройдут в соответствии с Законом. Областная администрация в них активным субъектом не выступает, мы можем лишь оказать организационно-техническую помощь избирательным комиссиям. Что касается «губернаторского списка», то мое личное мнение – он не нужен. За эти годы изменилась ситуация, недавно Владимир Кулаков повторно избран губернатором – все кто хотел быть вместе с ним – такую возможность имели. Не вижу смысла в опубликовании фамилий этих людей.
Выборы будут очень острыми, и списки будут, но – партийные. Во многих партиях уже идет жесткая борьба за первые места в них.
«Кулаковский» призыв
– Сразу после повторного избрания Владимир Кулаков объявил о 30 процентном сокращении чиновников, потом заговорили о программно-целевом методе управления, в последнее время все чаще слышишь про «административную реформу» – не есть ли это забалтывание темы, сдержит ли Кулаков свое слово?
– Да, сразу после избрания, губернатор объявил о предстоящем сокращении работников администрации. И цифра звучала – 30 процентов.
Кулаков не просто объявил об этом, но и дал поручение начальникам управлений подготовить соответствующие предложения. Подготовили. Подсчитали. Выяснилось, что в итоге администрацию можно сократить лишь на два (!) человека.
Вообще-то, вряд ли могло быть как-то иначе. Нет в истории примера, чтобы бюрократия сама себя сокращала, разве, что в 37-м...
Поэтому принято решение пригласить московских экспертов для подготовки оптимальной модели администрации области.
Изменение структуры и сокращение чиновников – не самоцель. Главное в любой структуре – это ее эффективность. Одна из задач Кулакова – создать команду единомышленников, способную проработать не один губернаторский срок. Желательно, чтобы там собрались люди обязанные Кулакову приглашением в команду, а не наоборот. И еще, команда должна забивать голы, а не бегать без толку по полю.
Затрону проблему с иной стороны. Сегодня не менее важно изменить имидж чиновника, который складывался на Руси столетиями: трусливый, бессердечный, вороватый. В лучшем случае – просто серенький человек. Изменить образ госслужащего без изменения психологии самого чиновника, мотивации его труда, невозможно.
Это целый комплекс проблем: от материальных до личностных. Только через их решение возможно изменение микроклимата в органах госвласти.
Кстати, губернатор в своих выступлениях, характеризуя людей привлекаемых на госслужбу, на первое место ставит такое качество, как порядочность, а потом уж профессионализм и прочее.
По-моему, настало время объявить кулаковский призыв во власть.
– «Кулаковский призыв» – звучит красиво. Скажите, почему тогда за три года губернаторства Кулаков так и не очистил администрацию от нечистоплотных чиновников?
– Не следует воспринимать Кулакова по инерции как начальника УФСБ, тогда как он уже давно – гражданское лицо, которое не ловит и не сажает. В его власти уволить любого чиновника администрации, заподозренного в коррупции, и таких случаев предостаточно. Писали заявления и уходили начальники управлений, полномочные представители, недавно проводили одиозного директора ГУПа...
А тем, кто ждет от Кулакова серьезных кадровых изменений, советую запастись терпением.
– Завершая кадровую тему, не могу не спросить о возможных преемниках губернатора.
– Это надуманная тема. Понимаю журналистов: сегодня мало скандалов, связанных с властью, поэтому приходится придумывать, моделировать искусственные конфликтные ситуации.
Кулаков повторно избран губернатором, кстати, впервые в истории области, лишь полгода назад, и ему еще работать и работать.
Но коль вопрос задан, отвечу. Считаю, что ни один из «приемников», чьи фамилии гуляют по страницам газет, не подходит для этой роли. По разным причинам. Давать характеристику каждому из них я не буду, так как никто пока публично о своих амбициях не заявил. Скажу больше, в силу сложившихся обстоятельств, я уверен, что и по истечении срока своих полномочий Кулаков останется в активной политике.
Человек из ниоткуда
– В любом случае, через 4,5 года нам предстоит избрать нового губернатора, и человек не может взяться из ниоткуда, его должны хорош ознать избиратели, он должен утраивать местную элиту, быть раскрученым в СМИ. Из каких источников он может появиться, способна ли оппозиция дать такого кандидата?
– К вопросу об элите мы еще вернемся. А пока – об источниках. Их несколько: мэр Воронежа, председатель областной Думы, кто-то из вице-губернаторов, депутаты Госдумы. Это те, кто на виду, но возможны и форс-мажорные обстоятельства, в которые я мало верю.
Теперь об оппозиции. У нас ее пока нет. Есть фронда. Люди, которым одинаково приятно числить себя оппозиционерами и сидеть рядом с губернатором в президиуме. Недавно один фрондирующий депутат стал главой районной администрации: теперь он все одобряет. Дайте должности другим, и пропадет всякая интрига политической жизни.
Конечно, оппозиция власти должна быть, иначе застой. Но не крикливая и скоморошная, а организованная и системная. Полагаю, что новый состав областной Думы, впервые наполовину избранный по партийным спискам, сделает шаг в этом направлении. Тогда можно будет говорить о лидере оппозиции, как об одном из реальных кандидатов в губернаторы.
– И все же, об элите. В своих интервью вы часто обращаетесь к теме формирования местной элиты, утверждая, что ее у нас нет. Можно подробнее остановиться на этом вопросе?
– Сегодня об элите можно говорить применительно к семеноводству и животноводству. В сознании российского человека, выросшего в советском обществе, само понятие «элита» имеет отрицательный оттенок, близкий к понятию «новый русский».
В отношении административных руководителей точнее будет употреблять термин «правящий слой». Сегодня он состоит из доставшейся в наследство бывшей партийной номенклатуры немного разбавленной выходцами из коммерческо-предпринимательской и финансово-хозяйственной среды.
Нет самого главного – духа элиты, осознания принадлежности к ней и соответствующего кодекса чести. К элите сегодня причисляет себя всякий, кто вхож в кабинет губернатора.
Элита, по-моему, не просто собрание начальников и банкиров, – это определенный образ жизни на основе, отшлифованного годами кодекса поведения. Чтобы причислять себя к элите, в ней надо родиться. Достаточно вспомнить о том, что дворянство в России формировалось почти 300 лет, его большевики сознательно вырубали до самой войны, т.е. четверть века. А ведь это были люди, служившие не только царю, но и Отечеству. Нельзя сказать, что в советские времена не было селекции кадров. Была. Селекция, главным образом, посредственностей, людей послушных и услужливых. Мне довелось просмотреть десятки личных дел бывших партийных и советских работников, и могу вам сказать одно: кто не вписывался в тогдашние шаблоны, были под разными предлогами убраны с руководящей работы, причем на взлете, в расцвете творческих сил. Подавляющее большинство нашло себя в других сферах деятельности, особенно в научной и преподавательской, т.е. лучшие умы режиму были не нужны.
На мой взгляд, это обстоятельство сыграло далеко не последнюю роль в историческом поражении коммунистической системы. Не хочу перечеркивать труд людей, кто волею судьбы работал в органах власти тех лет. Во-первых, речь идет о верхнем эшелоне. Во-вторых, не их вина, а их беда, что они попали в жернова Системы. Настало время уйти от политических оценок прошлого, возродить историческую преемственность. Мы уже кое-что делаем в этом направлении. По инициативе губернатора принято решение об издании энциклопедии Воронежской области. Подобного масштабного исследования не было в истории края.
В начале следующего года выйдет из печати справочник «Кто руководил Воронежской областью (1934-2004гг.)». Существует премия общественного признания «Золотой фонд Воронежской области». Ежегодно фонд пополняется десятками лауреатов, достигших успехов в различных отраслях деятельности. Очень условно их можно назвать прообразом будущей воронежской элиты. Но процесс этот очень длительный, и пройдет не одно десятилетие, когда можно будет говорить о полноценной местной элите.
Чужие здесь не ходят
– На прошедших губернаторских выборах одним из соперников Кулакова был председатель областной Думы, второе лицо во властной иерархии области. Есть ли сегодня единство среди людей, на которых опирается губернатор?
То, что соперником Кулакова был спикер областной Думы, факт, конечно, в моральном плане неприятный. Но для демократического общества, думаю, приемлемый.
Правящий слой в нашей области консолидируется двумя способами: либо железной рукой, либо перед лицом внешней угрозы. Такова традиция. Сегодня правящий слой области в целом сплочен вокруг губернатора, правда, скорее из-за страха и необходимости выживать в новых условиях.
– Павел Алексеевич, возглавляемое вами управление, кроме общественно-политических вопросов, занимается разработкой информационной политики администрации, что напрямую связано с взаимодействием со средствами массовой информации. Как вы оцениваете нынешнее состояние местного журналистского сообщества?
– Сегодня ситуация совершенно другая нежели 15 лет назад, когда я впервые опубликовал свой материал в газете. На дворе рынок, товарно-денежные отношения. Пишущая и снимающая братия тоже другая. В журналистику пришли во многом случайные люди, для которых главное не столько творчество, сколько зарабатывание денег. Как ни грустно вспоминать романтику конца 80-х – начала 90-х годов, жизнь не стоит на месте, и прошлого не вернешь.
Думаю, что серьезный вред духу журналисткой солидарности нанес один заезжий теледеятель (недавно он покинул область), который выдвинул «теорию равноудаленности» СМИ от конфликтующих сторон, проще говоря – мы обслуживаем всех, кто нам платит. По принципу: деньги не пахнут.
Несмотря ни на что, мы пытаемся изменить ситуацию. Недавно воссоздали областное отделение Союза журналистов России, отремонтировали и открыли Дом журналистов, разработана программа его деятельности, во многих мероприятиях принимает личное участие губернатор Владимир Кулаков. Внесены изменения в положение о премиях обладминистрации в области журналистики, впервые введены номинации «за лучшие аналитические публикации» и «дебют года».
– Вы сказали о внимании губернатора к проблемам СМИ. Как он относится к критике, звучащей в его адрес? Были ли попытки оказать давление на неугодных журналистов?
– Мне довелось работать с несколькими губернаторами, и я не помню ни одного, который бы равнодушно относился к тому, что о нем пишут.
Кулаков — не исключение. Ему не безразлично, что публикуют и говорят о нем, его подчиненных, в целом об администрации. Источников информации у него хватает.
Что касается давления на журналистов, то я знаю только одну форму – интеллектуальное превосходство. При условии, что выстраиваются честные отношения между чиновником и журналистом. Если в ход идут грязь и клевета, тогда одна дорога – в суд.
– Бывая в разных начальственных кабинетах, я видел на стенах или столе фотографии президента или губернатора. У вас их нет. Почему?
– Я считаю, что уважение не нуждается в афишировании.
– Ваше любимое изречение, афоризм, девиз?
– Делай, что должно, и пусть будет, что будет.Беседу вел Алексей Павлов.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
