Имеет ли просьба помочь достроить жилье политический характер?

Немалое число сограждан склоняется к подкрепленной опытом прошлых лет мысли, что на выборы можно и не ходить. Все равно ничего не изменится в их тоже не очень скучной жизни. Означает ли это, что интерес к политике у трудящихся и не имеющих работы поостыл? По последним данным института общественного мнения «Квалитас» боле половины (54,6%) из 603 опрошенных воронежцев считают: нет, не поостыл. Всего на 11,8% меньше тех, кого политика, увы, не интересует. Двум третям респондентов-«политиков» перевалило за 60. Но что самое удивительное...

Наш «главный по выборам» Александр Вешняков как-то заметил в связи с предстоящими выборами в Госдуму: скучно не будет. А еще он сказал: «При демократии на выборы строем не ходят». То есть, хочешь – иди, не хочешь – сиди дома и читай, к примеру, Дарью Донцову.

Немалое число граждан как раз и склоняется к той, подкрепленной опытом прошлых лет мысли, что можно и не ходить. Все равно ничего не изменится в их тоже не очень скучной жизни. Означает ли это, что интерес к политике (а выборы, как ни крути, событие политическое) у трудящихся и не имеющих работы поостыл?

По последним данным института общественного мнения «Квалитас» боле половины (54,6 процента) из 603 опрошенных воронежцев считают: нет, не поостыл. Всего на 11,8 процента меньше тех, кого политика, увы, не интересует. Понятно, что с возрастом критическое осмысление действительности обостряется. Согласно опросу, так и есть. Двум третям (65,8 процента) респондентов «политиков» перевалило за шестьдесят.

Но, что удивительно, политика, оказывается, вовсе не чужда молодежи, хотя нас и пытаются убедить в обратном. Если среди 25-29-летних она является объектом интереса 37,5 процента опрошенных, что уже немало, то у тех, кому от 18 до 24, этот процент поднимается до 45,6 процента. Юное поколение, воспитанное нынешней демократией, отнюдь не безразлично к тому, что происходит в окружающем его мире. Стоит добавить, что еще несколько лет тому назад таковых было не больше трети.

Следует ли отсюда вывод, что восемнадцати-, двадцатилетние косяком пойдут на выборы? Вовсе нет. Но о том, что они не прочь подключиться к тем или иным политическим акциям, свидетельствует, в частности, участие заметного числа молодых в митинге 7 ноября на площади Ленина в Воронеже.

Итак, политика по-прежнему не обходит стороной жизнь как пожилых, так и молодых.

Но что такое политика? Вот Ольга Ивановна Степанова из Коротояка Острогожского района в своем письме в «Коммуну» просит помочь ей достроить жилье, «слепленное в 1946 году из камыша и глины».

Имеет ли ее просьба политический характер?

Как пишет она в письме, на своем веку потрудилась без малого полвека. Остались в памяти те еще годы, когда 13-летней девчонкой в войну «грузила и грузила без конца идущие вагоны. Въелись они в каждую клеточку моего организма. Умру, и эти вагоны уйдут со мной в могилу». Как же получается, недоумевает она: кто строил села и города, поднимал после войны страну на ноги, сейчас «изгой», на обочине дороги», а кто разрушал ее – «живет в довольстве и сытости»? При графе Шереметеве, чьими «подданными» были ее деды и прадеды, заключает она, человечнее относились к крепостным людям, больше уважали и ценили.

А вот возмущенное письмо воронежца Александра Матвеевича Нечаева.

Доцент Воронежского аграрного университета (в скобах называется фамилия) обманул при продаже ему автомобиля. А тут где политика?

Банальный этот случай вряд ли бы заставил Александра Матвеевича обращаться в газету, если бы не одно обстоятельство. Продавец авто входит, как он выяснил, в руководство местного отделения весьма уважаемой политической партии, претендующей на свою роль в новом составе Госдумы. Ни в коем разе нельзя голосовать за партию, в которой есть такие нечестные люди, убежден Александр Матвеевич. И в том и в другом случаях четко прослеживается одно: неприятие, мягко говоря, авторами писем тех, кто уже во власти и тех, кто рвется к ней. И если это не политика, то во всяком случае, весьма определенные отношения к ней. Поистине, если ты не займешься политикой, она займется тобой. «Уважали и ценили» Демократия по-российски опустила большую часть населения в бедность. Но если бы только в бедность! Предоставленный государством самому себе, человек оказался беззащитным перед социальными перекосами и издержками общества, перед ранее затаенными его пороками – коррупцией, преступностью, всесилием денег, аморальным образом жизни, и как результат вседозволенностью.

«Страшно, когда не знаешь, на каком углу тебя могут ограбить, избить, а то и убить. Страшно, когда это остается безнаказанным. Кто остановит насильника, грабителя, убийцу?», - спрашивает Нина Котова из Воронежа, и приводит случай, когда хулигана, избившего инвалида, отпустили за недоказанностью преступления.

Действительно, кто остановит? Иначе хулиган в очередной раз найдет свою жертву, чтобы над ней поизмываться, а возможные свидетели, опустив глаза, пройдут стороной или откажутся от своих показаний в суде.

Грабежи и разбои, криминальные разборки, политические скандалы, техногенные катастрофы настолько прочно вошли в нашу повседневную жизнь, что мы на них уже не реагируем, словно так и должно быть. Привычными стали железные двери, зарешеченные окна в домах, телевизионные смотровые «глазки», вооруженные охраны на предприятиях и в офисах, общественных заведениях и в школах… Неужели это навсегда?

Вопрос этот к тем, кто нынче готов обещать что угодно, лишь бы сесть в депутатское кресло. Четыре года назад тоже обещали…

Что еще, если заглянуть в письма читателей? Но сначала вернусь к уже упомянутому письму Ольги Ивановны Степановой. «Уважали и ценили крепостных людей». Так было или иначе, но слова сказаны: «уважали и ценили» людей труда. И при Советской власти – это уж точно было – уважали и ценили. Нередко и награждали за доблестный труд. А сейчас? Речь, понятно, не о наградах – нелепо было бы видеть работягу со значком «Ударник капиталистического труда», или медаль «За доблестный труд на олигарха». Речь о другом – об уважении к тем, кто стоит за станком, строит дома или плотины, пашет поле, сидит за компьютером… Нет этого уважения. Рабочий, строитель, крестьянин не более, чем наемная рабочая сила, которую, между прочим, бессовестно обкрадывают те, кто ходит сегодня « в уважаемых».

Россошанец Игорь Ильченко приводит в своем письме интересные данные, взятые, как он пишет, из официальных источников.

Зарплата в России – в два раза ниже общепринятых стандартов. На единицу зарплаты наш работник вырабатывает в 4-5 раз больше, чем его коллега в Европе. Другими словами, наемный труд в нашей стране, а равно и в нашей области, обесценен до уровня африканских стран. Не нужно напрягать извилины, чтобы сообразить, куда идет разница. А могла бы пойти хотя бы в бюджеты области, города, села.

- Не хватает денег, подрабатывайте на двух-трех других работах, - в сердцах высказалась как-то известная политическая деятельница (к сожалению, фамилию ее назвать не могу, дабы облизбирком не истолковал как агитацию против кандидата). То есть, хочешь жить – вкалывай, хоть 24 часа в сутки. Ну пусть две, а не три работы. Но и с ними, согласимся, человек превращается в рабочую скотину, без права на семью и свободное время, не говоря уже о возможности учиться, повышать свой культурный и интеллектуальный уровень. Может быть, как раз этого и хотят идеологи «демократических ценностей»?

Так нравственно ли это – трудиться человеку на своего работодателя, зная, что он кладет как минимум половину заработанного тобой в свой карман? Нравственно ли то, что доходы высокооплачиваемых групп населения в четырнадцать раз превышают доходы низкооплачиваемых (у нас в области в 13 раз), что считается недопустимым в той же Европе?

Безнравственно. Этого не отрицают и политики, кроме разве что той самой деятельницы. Ну и что? Все остается по-прежнему.

«На прошлых выборах Думы слушал выступления кандидатов в депутаты, обещавших райскую жизнь трудовому народу. Выступления отдельных кандидатов я фиксировал на видеозаписях и пришел к выводу, что их обещания остались лишь благими намерениями», - пишет безногий инвалид Отечественной войны Николай Григорьевич Морозов из Подгоренского района. – За кого мне теперь голосовать?»

Резонный вопрос. Поэтому, кто бы не пришел на этот раз в Думу, он обязан вернуть Ивановым, Петровым и Сидоровым их гражданское и человеческое достоинство. А заодно и достойную оплату их труда. Иначе зачем народу Дума, которая ничего не решает, ни на кого не влияет?

Письма в газету, разумеется, далеко не точный индикатор общественного мнения. Но и опрос института «Квалитас» подтверждает: среди неотложных проблем, решением которых должны заняться власти области, на первом месте стоят уровень жизни людей, повышение зарплаты, пенсий.

Какими еще проблемами осложнена жизнь читателей «Коммуны», а с ними, надо полагать, и многих других жителей нашей области? Они на поверхности. Развалившиеся жилищно-коммунальные хозяйства, из-за чего в домах не тепла, ни воды, цены, которые никак не остановятся и ползут вверх, чиновничий произвол, душевный дискомфорт вследствие всего этого…

И ведь много, точнее, лишнего, никто не требует – спокойной устроенной жизни - и только. В том числе и от власти, будь она исполнительной или законодательной: справедливости, честности и порядочности. Всего лишь. Вадим Кордов.