Хотели как лучше…Об американской политике «демократизации»

Если бы сегодня в ряде исламских стран были проведены формально демократические выборы и на них кандидатом в президенты (или халифы, либо эмиры) той или иной страны был Усама бен Ладен, то он бы на этих выборах победил. Предполагать такое заставляют разные обстоятельства, в частности – результаты социологического исследования «Исламский экстремизм: общая озабоченность мусульманских и западных сообществ», проведенного в 50 странах в прошлом, 2005 году проектом «Пью Глобал Этитьюдс Проджект»...

Если бы сегодня в ряде исламских стран были проведены формально демократические выборы и на них кандидатом в президенты (или халифы, либо эмиры) той или иной страны был Усама бен Ладен, то он бы на этих выборах победил. Предполагать такое заставляют разные обстоятельства, в частности – результаты социологического исследования «Исламский экстремизм: общая озабоченность мусульманских и западных сообществ», проведенного в 50 странах в прошлом, 2005 году проектом «Пью Глобал Этитьюдс Проджект» (Pew Global Attitudes Project). Согласно результатам этого исследования, Бен Ладену в качестве лидера доверяют 60% опрошенных мусульман в Иордании, 51% - в Пакистане. Он вполне мог бы выйти во второй тур голосования в Индонезии с 35% поддержки (58% в 2003 г.) и в Марокко с 26% (49% три года назад). В настоящее время на фоне «карикатурной войны», разворачивающейся на всех континентах, уровень поддержки этого персонажа, как можно предполагать, повысился. Еще одно обстоятельство, которое заставляет так думать, - победа на парламентских выборах в Палестинской автономии военизированного «Движения исламского сопротивления» (ХАМАС), которое прибегает к экстремистским и террористическим методам политической борьбы и не предполагает ни разоружаться, ни отказываться от этих методов и целей своей деятельности. Движение, которое числит Усаму бен Ладена среди своих героев и образцов для подражания в борьбе «против евреев и крестоносцев», – эта задача заявлена в полном названии «Аль-Каиды»: «Всемирный исламский фронт борьбы против евреев и крестоносцев».

Таким образом поворачивается проводимая Соединенными Штатами политика «демократизации» (в другой формулировке – «поддержки демократического развития») в суперрегионе Большого Ближнего Востока, куда включается и Прикаспие с Кавказом и Центральной Азией. Американская позиция в отношении тамошних политических процессов и явно экстремистских и террористических движений и организаций следующая. Из-за того, что существующие «тиранические» или просто «недостаточно демократические» режимы не дают населению свободно, через демократические процедуры устанавливать предполагаемо демократическое правление, это население, изверившись в возможностях мирной политической деятельности, прибегает к экстремистским и террористическим методам. Решение проблемы – в отказе соответствующих режимов от преследования этих движений как экстремистских и террористических, их легализация и проведение формально демократических выборов, которые превратят соответствующие страны в процветающие демократии, включившиеся в глобальный демократический процесс. При этом применяются двойные стандарты: ХАМАС объявляется террористической организацией, а, скажем, «Хизб ут-Тахрир» («Исламская партия освобождения»), действующая подпольно и полуподпольно во всем исламском мире и особенно активная на постсоветском пространстве, квалифицируется как сугубо мирная и политическая. Как если бы американские специалисты по антитеррору не знали, что по меньшей мере полвека исламистские организации в мире применяют систему двухуровневого построения – параллельно действуют политическое крыло и крыло военизированное, так называемый «секретный аппарат» (джихаз сирри – изобретение «Братьев-мусульман»). К слову сказать, ХАМАС тоже имеет два крыла…

И как если бы американцы не слышали о том диагнозе, который дал крупный политический деятель США, консультант наивысшего уровня в республиканских администрациях Эдвард Джереджян формально демократическим выборам в исламском мире с участием исламистов: «Один человек – один голос. Один раз». (Он сказал это еще в 1990 г., когда к власти в Алжире рвался «Исламский фронт спасения», который открыто заявлял о том, что после выборов в Национальное собрание он установит в стране шариатское правление.) Дело в том, что исламисты после победы сразу стремятся поменять систему власти – с относительно демократической, которая позволила им придти к власти, на шариатскую, которая не предполагает демократических выборов. Между прочим, ХАМАС сразу после победы заговорил о введении шариата в Палестинской автономии, и только тот факт, что хамасовское большинство в палестинском парламенте реализовано с очень незначительным перевесом (70 из 136), заставляет надеяться, что установление властной монополии военизированной организации, прибегающей к экстремистским и террористическим методам, не будет осуществлено под благовидным предлогом верности шариату.

Приход во власть подобной вооруженной группировки в результате формально демократической процедуры легитимизирует экстремистские и террористические методы, внушает опасную для судеб демократии в мире мысль о том, что терроризм политически рентабелен. Сводятся на нет усилия мирового сообщества, направленные на искоренение терроризма в любых формах и с любыми идеологическими обоснованиями.

Наивностью было бы ожидать, что боевики и организаторы террористических актов после процедуры формально демократических выборов превратятся в мирных строителей. В Палестинской автономии, живущей за счет внешней экономической помощи, отсутствует развитая экономика, да и есть на Ближнем Востоке люди, стремящиеся превратить хамасовцев-суннитов в своего рода ландскнехтов исламского мира. Будучи объединены с уже обосновавшимися в арабском мире пришедшими из Ирана шиитскими «стражами исламской революции», они могут представлять реальную угрозу не только для Ближнего Востока, но и для соседних регионов. (Призыв иранского президента Ахмадинежада «перенести Израиль в Европу» - это не столько угроза Израилю, сколько Европе. Эту угрозу чутко уловили некоторые европейские политики, в частности – президент Франции Жак Ширак, который заявил, что Франция в ответ на террористические действия со стороны других государств может использовать ядерное оружие.)

Приход во власть ХАМАСа – очередное фиаско американской внешней политики на исламском направлении. Соединенные Штаты опять продемонстрировали удивительную способность создавать глобальные проблемы на этом направлении. Организация антисоветского «джихада» в ходе «холодной» войны дала миру «Аль-Каиду», а самим американцам 11 сентября 2001 г. Война в Ираке вместо уничтожения терроризма привела к росту его масштабов и интенсивности. «Демократизация» Большого Ближнего Востока на американский манер создает реальную опасность установления экстремистско-террористических режимов.

Складывающаяся в исламском мире ситуация выдвигает Россию, всегда составлявшую органическую часть Большой Евразии и в настоящее время оправляющуюся после поражения в «холодной» войне, на роль державы, обязанной распутать те узлы, которые завязались не без участия Соединенных Штатов. Александр ИГНАТЕНКО,
президент Института религии
и политики, член Общественной
палаты Российской Федерации.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.