Политика
По делу монархистов в Воронеже были привлечены 48 бывших офицеров
05.07.2005 00:00
3 февраля 1931 года мирная и скромная жизнь Луполовых резко закончилась: к Анатолию Константиновичу пришли с обыском, с дальнейшим приводом в пересылочный пункт ОГПУ – по так называемому делу «о контрреволюционной монархической организации на военной кафедре ВГУ». Это от начала до конца сфальсифицированное ОГПУ «дело» проходило в феврале-марте 1931 года. По «делу» был привлечен 51 человек, в том числе...
РУССКИЙ ОФИЦЕР
Красный бык приподнял рога…
Н.Гумилев.
К 75-летию процесса «О контрреволюционной
офицерской монархической организации в Воронеже»
До революции Елена Алексеевна Веретенникова (1885-1970), внучка личного дворянина, губернского секретаря Ивана Певцова (ок. 1810-1860), принадлежала к высшему кругу воронежского купечества, промышленников и банкиров, проживала вместе с мужем, потомственным почетным гражданином Вячеславом Александровичем Веретенниковым (1866-1918) в роскошном доме его отца – на Большой Дворянской, 30.
Однако к 1918 году после трагической гибели мужа она, оставшись с двумя детьми – девятилетней Ириной и восьмилетней Магдалиной, – оказалась в незавидном положении. Жизнь в Воронеже стала чрезвычайно тяжелой и голодной: ежедневный паек составлял полфунта хлеба на одного работающего и четверть фунта – для остальных граждан. В 1919 году голод стал еще более сильным – продовольственное снабжение Воронежа осложнялось налетами белогвардейцев и казаков.
Елена Алексеевна Веретенникова, жена А.К.Луполова. 1922г.
В это время в Воронеж из Москвы был переведен Анатолий Константинович Луполов, бывший полковник царской армии, профессиональный военный, перешедший на службу в Красную армию.
И два человека нашли друг друга: через несколько лет после знакомства с Анатолием Константиновичем Елена Алексеевна вышла за него замуж…
А.К.Лупов происходил из дворянской семьи. В Государственном архиве Воронежской области сохранилось свидетельство (извлечение из метрической книги Николаевского собора Кавказской армии) о том, что 10 декабря 1879 года у капитана 161-го пехотного полка Константина Васильевича Луполова и его законной жены Александры Ивановны родился сын Анатолий.
Принадлежность семьи Луполовых к дворянству свидетельствует не о богатстве – его у служилых обер-офицеров никогда не было, а, скорее, об образованности, культуре, достойном выполнении своего долга перед Отечеством.
В 1896 году Анатолий окончил среднюю школу в Тифлисе, затем кадетский корпус в Оренбурге, Александровское училище, в 1909 году – Специальные военные курсы офицерской стрелковой школы, пулеметный отдел. Командовал стрелковым отделением. До 1914 года – ротный командир Алексеевского военного училища (г.Москва). С 1914 года до революционных событий 1917 года воевал на Западном фронте: командир батальона 19-го стрелкового полка, с 1915 года – командир 136-го Западного маршевого полка.
В 1921-1922 годах он окончил военную академию, с 1926 по 1928 – инструктор по советскому строительству при орготделе губисполкома г.Воронежа.
Любопытно, что 16 мая 1921 года Анатолий Константинович обратился с заявлением к ректору Воронежского отделения Московского археологического института – зачислить его в число слушателей на археологическое отделение. Это свидетельствует о том, что не только военные дисциплины интересовали этого человека: кругозор его был гораздо шире. По воспоминаниям Елены Алексеевны и других ее родственников, Анатолий Константинович был очень интеллигентным человеком, хорошо рисовал, писал стихи – он отнюдь не напоминал солдафона. К своим служебным обязанностям он относился очень ответственно, имел ряд наград и поощрений, был занесен на Красную доску как Герой Труда.
Анатолий Константинович Луполов (в центре);
слева направо: мать автора статьи Ирина Вячеславовна,
автор, его брат Вячеслав, его отец Геннадий Константинович.
Воронеж, 1941 год.
А.К.Луполов сотрудничал с редакциями газет и журналов. Так, в «Известиях Воронежского краеведческого общества» №№ 1, 2 за 1927 год он опубликовал рассказ бойца В.Синоры о бое, напряженном и кровопролитном, с казаками под станцией Казанской 7 июля 1919 года. 16 июля 1922 года в газете «Воронежская коммуна» вышла большая статья Анатолия Константиновича к четырехлетию 22-й Воронежской военной пехотной школы, которая готовила командный состав для рабоче-крестьянской Красной армии. «Школа родилась под гром пушек гражданской войны с южной контрреволюцией, во второй половине 1918 года – сначала в виде Воронежских советских пехотных командных курсов, впоследствии, в марте 1920 года, переформированных в военную школу существующего ныне типа», – писал он.
Особая страница биографии А.К.Луполова – бои за Воронеж. В сентябре 1919 года белый генерал Мамонтов пытался захватить город. Серьезное сопротивление его войскам в направлении Землянск – Воронеж оказал экспедиционный корпус, в составе которого были курсанты пехотных курсов и военные подразделения Задонска под руководством полковника А.К.Луполова и комиссара И.Ф.Федорова.
«Произошел жестокий кровавый бой с казаками, в результате которого батальон школы, имея перед собой вдесятеро сильнейшего противника, понес большие потери, – пишет Анатолий Константинович. – В этом знаменательном бою курсантами и комсоставом было выказано столько геройства и совершено так много подвигов, что день 7 июня 1919 года навсегда останется для школы днем воспоминаний о славных подвигах товарищей, сложивших свои головы в Донецких степях за светлое будущее пролетарской России».
Возглавляя 22-ю пехотную школу, Анатолий Константинович лично принял участие в борьбе с Мамонтовым и Шкуро в августе-сентябре 1919 года.
Постановлением ВЦИК батальон 22-й пехотной школы был награжден высшей боевой наградой – Почетным Революционным Красным Знаменем, а шефы этой школы, Воронежский губисполком, вручили курсантам знамя с надписью: «За защиту города Воронежа в 1919 году».
С 1928 года. Анатолий Константинович являлся штатным преподавателем военных дисциплин Воронежского государственного университета.
И вот 3 февраля 1931 года мирная и скромная жизнь Луполовых (в доме № 46 по улице 9 Января) вдруг резко закончилась: к Анатолию Константиновичу пришли с обыском, с дальнейшим приводом в пересылочный пункт ОГПУ – по так называемому делу «о контрреволюционной монархической организации на военной кафедре ВГУ». Это от начала до конца сфальсифицированное ОГПУ «дело» проходило в феврале-марте 1931 года. По «делу» был привлечен 51 человек, в том числе 48 бывших офицеров. В большинстве своем это бывшие дворяне, дети бывших купцов и помещиков. Им инкриминировалось создание антисоветской группировки с целью реставрации капитализма, борьбы с Советской властью, проведение в жизнь идей троцкизма и т.п. «Повстанческая группа, имеющая целью низвержение Советской власти»… ни много, ни мало!..
Процедура выбивания показаний обвиняемых в настоящее время хорошо известна: признания ни в чем не повинных людей в контрреволюционных деяниях под дулами пистолетов, многочасовых стояний и прочих издевательств, наговоры на своих коллег по работе, притягивание за уши всяких небылиц под личиной объективности следствия.
Как справедливо отмечает в своей статье профессор ВГУ М.Д.Карпачев, «никаких документальных доказательств в распоряжении следствия не было. Однако все обвиняемые в конце концов признались в преступных замыслах».
Из лиц, проходивших по этому «делу», тринадцать человек были расстреляны, остальные получили длительные сроки заключения в лагерях.
Анатолий Константинович Луполов был присужден к десяти годам лишения свободы по ст.58, п.10-11.
Одним ударом, помимо многих других боевых офицеров, прошедших горнило Германской войны, ОГПУ уничтожило глубоко порядочного, уже немолодого человека, потомственного военного, достойно защищавшего Россию в грязи, окопах, под пулями и снарядами врага, а Советскую власть – от белогвардейцев Мамонтова и казаков Шкуро… ОГПУ отплатило ему за все это тюрьмами и лагерями…
Архангельская городская тюрьма… Здесь долго не задерживались. Лагеря, ИТК, лесоповал…
После ареста мужа Елена Алексеевна уехала в Москву к своему брату Алексею. 15 ноября 1931 года устроилась на работу: сначала в Москурортснаб, затем в ЦДКА, Дом Советов. Хлопотала об освобождении или хотя бы о смягчении наказания мужа.
Она повела себя очень достойно, с присущим ей аристократизмом: переехала в феврале 1935 года в Архангельск – поближе к Анатолию Константиновичу, у которого в лагерях начался туберкулез. Там устроилась на работу в Архангельский медицинский институт (на должность коменданта). Однако вскоре она была осуждена на пять лет «Тройкой» УНКВД по Архангельской области.
Теперь, после досрочного освобождения в связи с болезнью (обострение туберкулеза), Анатолий Константинович, в свою очередь, стремился вызволить свою жену из СевЛага (где она получила травму спины), прилагал для этого все усилия, находясь вблизи нее в Архангельске, и лишь однажды, в 1940 году, посетив семью своей падчерицы Ирины Вячеславовны Веретенниковой в Воронеже – прибыл за справками, необходимыми Елене Алексеевне для смягчения ее наказания. Фотография А.К.Луполова в семьей, сделанная в этот период, сохранилась в архиве автора.
В результате усилий Анатолия Константиновича постановление в отношении Елены Алексеевны было отменено.
Умер А.К.Луполов в Архангельске 5 февраля 1942 года – туберкулезный перитонит. Лагеря уничтожили этого замечательного человека. Елена Алексеевна пережила его на 28 лет.
Несмотря на то, что произошли существенные сдвиги в сознании людей, наших соотечественников, в сторону демократизации общества, рассекречены архивы ВЧК-ОГПУ-НКВД и можно беспрепятственно исследовать хранящиеся в них материалы, все же у старшего поколения, на своей шкуре ощутившего репрессии или же хорошо знающего о них через своих родственников и знакомых, не преодолен страх, остается крайне тяжелый осадок. Трагедией было и то, что родственники невинно осужденных (а затем реабилитированных – как правило, уже посмертно) порой лишались квартир, испытывали непреодолимые трудности с устройством на работу, с поступлением в учебные заведения. Таким образом, помимо самих осужденных, жертвами репрессий правомерно считать и их родственников.
Иногда задумываешься: а стоит ли ворошить все это? Память о погибших под Молохом постепенно слабеет. И если о таких монстрах, как Берия и его зловещие предшественники Ягода, Ежов, сказано и известно достаточно, то о конкретных людях, их жертвах, погибших по вине репрессивной системы, мы знаем пока еще очень немного. И забывать об этом нельзя.
Сейчас творческое объединение «Альбом» готовит к изданию очерк А.К.Луполова о боевой истории Воронежской 22-й пехотной школы, который должен выйти ко дню 65-летия со дня его смерти.
«Никто не забыт и ничто не забыто».
Константин БУХОНОВ.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
