Политический дневник. «Казус Зубкова»

20.09.2007 09:54

Самым неожиданным событием минувшей недели стала внезапная отставка правительства Михаила Фрадкова, предпринятая президентом Владимиром Путиным после его возвращения из длительного турне в Индонезию, Австралию и Арабские Эмираты. Якобы теперь уже бывший председатель правительства сам попросил об этом президента, не предъявив при этом общественности никаких объяснений. Это событие оказалось тем более неожиданным, что никакого формального повода для него вроде бы не было. Правда...

Самым неожиданным и запоминающимся событием минувшей недели, привлекшим к себе пристальное внимание как политиков, так и политических обозревателей, стала внезапная отставка правительства Михаила Фрадкова, предпринятая президентом Владимиром Путиным после его возвращения из длительного зарубежного турне в Индонезию, Австралию и Арабские Эмираты. Якобы теперь уже бывший председатель правительства сам попросил об этом президента, не предъявив при этом общественности никаких объяснений.

Это событие оказалось тем более неожиданным, что никакого формального повода для него вроде бы не было. Правда, ходили слухи, что осенью правительство поменяют, однако подобная гипотетическая возможность для этого органа власти существует всегда, особенно в условиях такой политической системы, как «суперпрезидентская», как ее именуют в России. Будучи фактическим детищем президента – при минимальном участии в его формировании обеих палат парламента, – правительство постоянно пребывает в зоне риска возможной отставки. Вместе с тем отставка все-таки должна быть хоть как-то мотивирована, поскольку дело не просто в замене одного состава кабинета другим, но и во временной дезорганизации работы, связанной с формированием нового правительства, а возможно, и его переструктурированием.

Довольно часто такие внезапные политико-административные кульбиты негативно влияют на экономику, всегда чутко реагирующую на малейшие признаки политической дестабилизации. Я уже не говорю о том, что в нормальной стране такой ответственный шаг никогда не является персональным выбором одного человека, пусть даже президента страны. Как правило, к нему в той или иной степени оказываются причастными все высшие руководители государства, включая спикеров обеих палат парламента, поскольку правительство формируется по итогам парламентских выборов. Поэтому одобрительные голоса, смело зазвучавшие в российском эфире после оглашения указа президента и ссылающиеся на то, что «у нас президентская республика, и президент может все», лишь подтверждают некомпетентность их авторов.

Действительно, Россия представляет собой президентскую республику, но все-таки республику, а не монархию, и мнение политических партий, общественности должно играть здесь свою весомую роль. В противном случае к чему все эксперименты с избирательным законодательством, с партийно-политической системой, с выборами, наконец? Чтобы создавать статистов, пассивных наблюдателей увлекательного спектакля, происходящего на большой политической сцене?

Примечательно, что именно в эти дни аналогичный случай произошел в Японии, где тамошний премьер-министр Синдзо Абэ подал в отставку в связи с неутешительными результатами, полученными его партией на последних парламентских выборах, а также общей неудачей инициированных им реформ, самым негативным образом повлиявших на его здоровье. Этого оказалось достаточно для того, чтобы ответственный политик сложил с себя полномочия главы правительства.

В нашем же случае отставленного председателя правительства награждают высшей государственной наградой страны – орденом «За заслуги перед Отечеством первой степени», благодарят за проделанную работу и напоминают общественности исключительно об его заслугах (подлинных или мнимых). Скажем, одним из достижений правительства Михаила Фрадкова названа выплата внешнего долга страны. Но почему бы и не выплатить его, если стоимость одного барреля нефти приблизилась к 80 рублям, а нефтедоллары рекой текут в российский бюджет? При этом внутренний долг упорно стараются не замечать.

Другая заслуга – требовательность в отношении подчиненных – также имеет свою обратную сторону. С одной стороны, памятные разносы отдельным министрам и губернаторам на заседаниях правительства за невнятные «бу-бу-бу» и «детский лепет». С другой стороны – потеря контроля за инфляцией, стагнация в социальной сфере, в сфере оплаты труда, неразрешимые ситуации в ЖКХ, в здравоохранении, начатые и застрявшие на середине административная и прочие реформы. Отдельный вопрос – заметно осложнившаяся ситуация на Северном Кавказе, особенно в Ингушетии, где даже введение крупных воинских контингентов не в состоянии защитить население и военнослужащих от практически ежедневно происходящих террористических актов, убийств и похищений людей.

«Тучные годы», доставшиеся правительству Фрадкова в связи с удачной конъюнктурой цен на нефть на мировых рынках, не были использованы должным образом, не обеспечили впечатляющего экономического рывка, способного поставить Россию в один ряд с передовыми мировыми державами. Возможности оказались упущенными, а время – невосполнимый ресурс – безвозвратно утерянным. За что же тогда наградили бывшего премьера?

Что касается нового назначения, то его процедура также вызывает вопросы.

Во-первых, скоропалительно, в двухдневный срок, кандидатура Виктора Зубкова была внесена в Государственную Думу. Депутаты разных фракций вступили в бешеную гонку за право произнести самые комплиментарные слова в адрес кандидата на вторую по значимости должность в государстве.

Виктор Зубков действительно имеет достойную трудовую биографию. Однако пост премьер-министра в России справедливо рассматривается не просто как высшая исполнительно-распорядительная должность, но и как президентский трамплин. В ситуации предстоящих выборов такая трактовка событий еще более логична, тем более что и сам Владимир Путин когда-то пришел в президенты именно таким путем. Вместе с тем сценарий 1999 года здесь вряд ли подходит. Борис Ельцин в 1999 году. был фактически прижат к стенке, поскольку рейтинг его популярности составлял всего лишь 2 процента. А поскольку тогдашнее политическое пространство было публичным, оппозиция – сильной, а общественное мнение – здоровым, оставаться на своем посту для него не было никакой возможности.

Что же касается сегодняшнего предвыборного расклада, то он совершенно другой.

Владимир Путин уходит со своего поста, сохраняя поддержку подавляющего большинства россиян (более 70 процентов). При таком рейтинге его никак нельзя назвать американским термином «хромая утка»; он, скорее, демиург, творящий политическое пространство по своей воле и разумению и периодически запутывающий карты там, где возникает хоть какая-нибудь ясность. Не исключено, что после парламентских выборов 2 декабря появятся еще какие-то фигуры, которые пока, подобно Виктору Зубкову, усердно трудятся в разных секторах государственного механизма или вне его и остаются неизвестными широкой публике.

Вместе с тем если оценивать происходящее не в логике эффективно функционирующей демократии, каковой у нас, как известно, нет, а в логике смены власти, которая нам предстоит, то «казус Зубкова», по выражению некоторых политологов, станет более или менее понятным.

Дело в том, что в России за последние 15 лет сменилось три типа премьеров: авральные (как Егор Гайдар и Сергей Кириенко); технические (как Виктор Черномырдин) и конъюнктурно-политические, к которым как раз и принадлежит Виктор Зубков. Главная задача, возлагаемая на него, – обеспечить транзит власти желательным для Владимира Путина образом, обеспечить противовесы во власти, в том числе и по отношению к новоизбранному президенту. Тем более что нет никаких препятствий для возвращения нынешнего президента во власть где-нибудь к 2012 году. Вот и саммит Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества во Владивостоке планируют именно в эти сроки.

В такой логике фигура преемника не так уж и важна: народ, обожающий Владимира Путина, поддержит любую указанную им кандидатуру, а большинство сервильных политических партий – тем более. И хотя Виктор Зубков уже дал понять, что не исключает своего участия в президентских выборах, если успеет хорошо заявить о себе в ближайшие полгода, ему, скорее всего, отведена другая роль. Да и возраст (66 лет) подходит для президентства в хорошо отлаженной и стабильно работающей политической системе, подобной американской или французской. В нашем же случае систему еще предстоит надлежащим образом отстроить, для чего требуется гигантская работа, требующая недюжинного здоровья и самопожертвования, да и политической поддержки тоже.

Конечно, ничто не мешает Зубкову вступить в одну из партий власти – в «Единую Россию» или в «Справедливую Россию», которая в последнее время вообще принимает всех, кому не лень. Однако не факт, что обе эти партии, а точнее сказать, бюрократические корпорации, не развалятся после ухода того, на чьей популярности они так успешно спекулируют.