Политический дневник. Двойные стандарты

На прошедшей неделе Москва продолжала подсчитывать убытки, связанные с энергетической аварией. По предварительным подсчетам, они измеряются весьма внушительной цифрой: 60 млн.долларов. Вряд ли эта цифра является окончательной, не говоря уже о том, что убытки коснулись не только Москвы. Как и предполагалось, не страдающие излишней скромностью энергетики, в частности, бывший глава Мосэнерго Аркадий Евстафьев, попытались намекнуть на необходимость увеличения тарифов для покрытия всех потерь. Но на этот раз терпение лопнуло у Президента.

На прошедшей неделе Москва продолжала подсчитывать убытки, связанные с энергетической аварией. По предварительным подсчетам, они измеряются весьма внушительной цифрой: 60 миллионов долларов. Вряд ли эта цифра является окончательной, не говоря уже о том, что убытки коснулись не только Москвы. Как и предполагалось, не страдающие излишней скромностью энергетики, в частности, бывший глава Мосэнерго Аркадий Евстафьев, попытались намекнуть на необходимость увеличения тарифов для покрытия всех потерь. Но на этот раз терпение лопнуло у Президента. На заседании Совета безопасности страны он высказал непривычно резкую критику этих претензий, назвав их банальным шантажом, и обвинил менеджмент Мосэнерго в некомпетентности. Вскоре после этого информагентства разнесли по стране благую весть: г-н А.Евстафьев написал заявление о своей отставке.

Несмотря на то, что большинство наблюдателей удовлетворились этой жертвой как совершенно неизбежной в сложившихся обстоятельствах, остался еще один важный вопрос: почему усидел Чубайс? Ведь московская ситуация – это типическая модель для повторения подобной катастрофы в других городах, где возможностей оперативно купировать ее последствия существенно меньше. Неужели нужно ждать следующей аварии, чтобы отыскать, наконец, ту кнопку, нажав на которую, можно раз и навсегда отключить самого Чубайса? Нет сомнения, что человека, нажавшего на эту кнопку, страна будет с благодарностью вспоминать многие годы.

Естественно, феномен Чубайса не так прост, как кажется. Дело не просто в том, что он является самым мощным на сегодняшний день представителем ельцинской «Семьи» в российских правящих кругах. К сожалению, есть и другие факторы, позволяющие ему не только держаться на плаву, но и упорно продавливать свою линию во всех принципиальных вопросах российской экономической политики. Один из этих факторов – опора на мощное лоббистское крыло в правительстве, экономический блок либералов, противников государственного вмешательства в экономику и горячих сторонников свободной рыночной конкуренции.

К счастью для Чубайса, эти люди – Алексей Кудрин, Герман Греф – выходцы из Санкт-Петербурга, так называемые питерские, связанные в президентом как происхождением, так и совместной работой в администрации северной столицы. Именно они задают тон в определении экономического курса кабинета Михаила Фрадкова, разногласия с которым периодически выплескиваются на экраны наших телевизоров. Но несмотря на высокий статус премьера и его немалый опыт руководящей деятельности, перевес, как правило, остается за ними. Их влияние на принимаемые решения остается чрезвычайно высоким.

Кроме того, имя Чубайса отныне прочно связано с реформой электроэнергетики, начало которой уже положено. Отстранение его от должности председателя совета директоров РАО «ЕЭ России» означало бы приостановление или прекращение реформы, уже одобренной правительством и, как следствие, потерю последним своего лица. Косвенным образом это повредило бы и имиджу президента, поскольку без его согласия закон не вступил бы в силу.

Другой фактор – политический. Сдача Чубайса серьезно нарушила бы относительный баланс сил в российском правящем классе, стала бы сигналом обществу о том, что борьба с ельцинским наследием переходит из стадии риторики в стадию разрушения его основ. Однако такой вызов мог бы стать началом масштабной политической дестабилизации. Поэтому если Владимир Путин и решится на него, то только в более важный для себя момент, когда ему действительно потребуется пойти ва-банк и Чубайс станет для этого наиболее подходящей жертвой.

Но все-таки главным фактором остается, пожалуй, внешнеполитический. Дело в том, что для Запада Чубайс был и, к сожалению, остается символом российских реформ. Запад, как известно, никогда не отличался большой проницательностью в оценках обществ незападного типа и всегда достаточно примитивно идентифицировал основных субъектов российской политической сцены. Назвали себя демократами, присягнули на верность западу, следуют послушно советам, присылаемым из-за рубежа – значит, молодцы, настоящие демократы. Могут рассчитывать на финансовые вливания из-за океана. Не слушают чужих советов, называют себя коммунистами или патриотами – плохие ребята заслуживают публичных нотаций и обструкции со стороны Запада.

Лишь немногие из западных исследователей и представителей политической элиты отказываются следовать столь примитивным и непрактичным шаблонам в оценках российской политической жизни и предпочитают анализировать дела, а не слова тех, кто от имени демократии правит бал в российской политике.

К сожалению, для правящей элиты Запада, в особенности США, Чубайс остается символом того, что страна движется в правильном реформаторском направлении. Поэтому избавиться от него сегодня, благо что повод исключительно подходящий, означает дать дополнительную пищу на Западе тем, кто и так в последнее время активизировал яростную пропагандистскую кампанию против России.

Толчком к ней стал, разумеется, приговор по делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, в соответствии с которым оба получили по 9 лет колонии общего режима. К слову сказать, этот приговор и внутри страны не устроил никого, кроме самой власти. Геннадий Зюганов назвал его «политической поркой», давая понять, что бывшего главу «ЮКОСА» выбрали в качестве показательной мишени для всех олигархов, тогда как многие из них давно уже находятся вне пределов России. Правые, идеологически и политически близкие к М.Ходорковскому, осудили приговор как предвзятый и несправедливый.

Что же касается Запада, то он ответил на оглашение приговора настоящей пропагандистской войной. Американский сенатор Лантос предложил исключить Россию из большой «восьмерки». По его мнению, исход дела «ЮКОСА» был предрешен, поэтому говорить о независимой судебной власти в России не приходится. Сторонников такой точки зрения среди американских политиков становится все больше, и даже президент Джордж Буш, постоянно подчеркивающий свою личную дружбу с В.Путиным, периодически напоминает о том, что «Владимир мой друг, но истина дороже».

Истиной, в конечном счете, становится то, что за Россией не хотят признавать суверенного права самой определяться в своих внутренних делах. По прогнозам российских политиков (в частности, С.Бабурина), активизация пропагандистской войны против России вызвана тем, что страна встает на ноги, начинает более четко осознавать и отстаивать свои национальные интересы, и это не нравится ее бывшим и нынешним наставникам. Последние почему-то не хотят признавать, что за финансовые аферы, подобные «Апатиту», и на Западе полагаются очень высокие сроки наказания.

Компания «Энрон» задолжала американскому государству около 8 миллиардов долларов, и ее глава получил за это 85 лет тюрьмы! При этом никто не стал устраивать истерик по поводу слишком строгого вердикта суда и об опасностях, угрожающих американской демократии. В нашем же случае 20 процентов акций «Апатита», который Ходорковский так и не вернул государству, тянут на все 30 миллиардов долларов, но срок не идет ни в какое сравнение со своими американскими аналогами. К сожалению, пресловутые двойные стандарты мешают западным политикам объективно оценить ситуацию и грозят серьезно осложнить отношения между Россией и США, Россией и Европой.

А Европа тем временем переживает настоящий политический шок и выглядит как Шри-Ланка после цунами. Два старейших европейских государства – Франция и Голландия – сказали решительное «нет» общеевропейской конституции. Процесс создания единой Европы если не прервался, то серьезно затормозился. Значимым большинством голосов французов (более 50 процентов) и голландцев (более 60 процентов) был дан отпор слишком амбициозным планам брюссельской бюрократии: стремительному расширению Евросоюза за счет десяти стран Восточной Европы – Польши, Венгрии, Болгарии и т.д. А в очередь, как известно, встали еще и бывшие советские республики – Украина, Молдавия, Грузия. Перспектива прихода польского водопроводчика в европейскую квартиру среднестатистического европейца не устроила. По образному выражению одного европейского публициста, происшедшее можно считать «народным восстанием против Брюсселя», «демократической интифадой».

Главная причина провала кроется, по-видимому, в том, что не был рассчитан баланс экономических и политических рисков. Европейцы по вполне понятным причинам опасались за свои рабочие места, уровень жизни, нашествие представителей иных инокультурных групп, прежде всего из Турции. Не случайно подавляющее большинство тех, кто голосовал против евроконституции, составляли лица наемного труда, дорожащие в том числе и завоеваниями социального государства. Оплачивать амбициозные планы брюссельской бюрократии им, конечно, не с руки. Кроме того, раздражает то, что бюрократы принимают решения о едином евро, об общей конституции, не спрашивая об этом народ. Но отголоски политического шока уже коснулись экономической сферы: евро подешевел, реальна дезинтеграция зоны общеевропейской валюты. Италия уже заявила, что хочет вернуться к лире, поскольку экономического бума при помощи евро не произошло.

Итак, станет ли день 20 мая 2005 года концом Евросоюза? Еще со времен Древнего Рима идея единой Европы будоражила умы, но так и не реализовалась на практике. Почему на этот раз должно получиться иначе? Впрочем, история иногда все же чему-то учит.Александра ГЛУХОВА,

доктор политических наук,
профессор ВГУ.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.