Политический дневник. Экономика «жирных котов»

Застревание в банках госсредств при непристойно высоких размерах бонусов для финансистов - проблема не только экономическая, но и политическая.

Под бой кремлёвских курантов, брызги шампанского и вынужденное десятидневное безделье страна вступила в новый 2010 год. В соответствии с восточным календарём, наступивший год олицетворяет Тигр – сильное и целеустремлённое животное, претендующее на особую роль в царстве зверей.

Терпеливый домашний Бык (в женском исполнении - Корова) уступил место хищнику, в своей естественной среде не брезгующему никакими средствами ради достижения цели. Впрочем, трудно предъявлять моральные требования к представителю фауны, для которого подобные сентенции не представляют никакого интереса.

Однако чем обернётся эта аллегория в реальной мировой политике наступившего года? Станет ли она более напряжённой, или же наметившиеся позитивные тенденции сохранятся в ней и на ближайшую перспективу?

Одним из знаковых позитивных событий, венчавших ушедший 2009 год, стало вручение Нобелевской премии мира американскому Президенту Бараку Обаме. Прилетев для этого торжественного события в Осло всего на один день, Обама произнёс короткую, но выразительную речь, вызвавшую некоторое замешательство у европейской общественности. По его словам, война иногда не только необходима, но и морально оправданна; существуют как несправедливые, так и справедливые войны, поскольку зло в современном мире никуда не исчезло. Отсюда странное для нобелевского лауреата решение направить в неспокойный Афганистан дополнительный воинский контингент численностью в 30 тысяч человек. Видимо, зло в понимании американского Президента скрывается именно в афганской пустыне.

Европейская общественность немедленно подвергла оживлённой дискуссии сам факт присуждения премии Мира лидеру государства, ведущего фактически две войны, пусть и унаследованные от предыдущей администрации.

Сторонники Обамы ставили ему в заслугу намерение в ближайшей перспективе вывести американские войска из Ирака, закрыть до конца года скандально известную, не вписывающуюся в американскую систему правосудия тюрьму при военной базе США Гуантанамо на Кубе, запретить применение пыток к подозреваемым в причастности к терроризму, заключить с Россией новый договор по стратегическим наступательным вооружениям и ряд других благородных инициатив.

Критики, напротив, обращали внимание на несвоевременность принятых решений по Афганистану, поставивших в сложное положение членов Нобелевского комитета, принявших решение в пользу президента США.

Ещё более красноречивой оказалась реакция общественного мнения. 86 процентов граждан Германии поддержали решение, принятое в Осло, тогда как 68 процентов американцев сочли его преждевременным на том основании, что ничего реального Обама ещё не сделал. Как написала «Вашингтон пост», «президент войны получает в Осло премию мира».

Не случайно визит последнего в Норвегию оказался таким коротким: дома его ждала не только прохладная реакция соотечественников, но и серьёзные экономические проблемы, вызванные мировым финансовым кризисом. Чутко реагируя на общественные настроения, Президент в предновогоднем обращении к нации нашёл нужные слова для восстановления доверия к себе. «Я избирался в Президенты не для того, чтобы спешить на выручку группе банкиров с Уолл-стрит – жирных котов, получающих сверхвысокие прибыли», - заявил Барак Обама.

Официальный представитель Белого дома тут же заверил журналистов в том, что банкиры признали наличие проблем с определением завышенных компенсаций топ-менеджерам и пообещали предпринять необходимые шаги для исправления ситуации.

Словесная агрессия Б.Обамы стала своего рода продолжением кампании против банкиров, которая развернулась в целом ряде европейских столиц. В частности, министр финансов Великобритании А.Дарлинг объявил о введении налога на бонусы банкиров. Этот шаг стал реакцией правительства на растущее недовольство населения банковским сектором экономики страны.

«Война с банкирами», как её окрестили наблюдатели, развернутая европейскими и североамериканскими правительствами, объясняется не только популизмом и стремлением выглядеть справедливыми в глазах избирателей, тем более что многим главам европейских правительств, да и самому Бараку Обаме никакие выборы в ближайшей перспективе не грозят. Её можно рассматривать как часть борьбы за новую систему государственного контроля над финансовым сектором экономики.

Дефицит кредитных ресурсов для реального сектора при относительном благополучии банковской сферы, получившей солидную государственную помощь, характерен как для Запада, так и для России. Застревание в банках средств государства при непристойно высоких размерах бонусов для финансистов является, следовательно, не только экономической, но и политической проблемой.

В условиях, когда истоки кризиса формируются корыстолюбием одних, а последствия устраняются при помощи добропорядочности других, никакой общественной консолидации, по определению, достичь невозможно. Внешнее спокойствие общества, его мнимая готовность бесконечно переносить тяготы реальной жизни никого не должны вводить в заблуждение, и отставки правительств, не справившихся с кризисом в ряде стран, являются красноречивым тому подтверждением.

В России же постоянным занятием для чиновников и экономистов в течение всего года было гадание на тему – прошла или не прошла страна «дно кризиса». Наиболее оптимистические заявления делал, как помнится, первый вице-премьер Игорь Шувалов, утверждая уже в конце марта, что экономика почти достигла дна падения. «И при благоприятной внешней конъюнктуре и правильных действиях Правительства мы в течение 2009 года будем переживать некий подъём экономики, и он будет основан на повышении внутреннего спроса», - заявлял тогда первый вице-премьер.

Однако внутренний спрос в течение всего года продолжал падать, и поэтому никаким основанием для роста быть не мог. Да и сам тезис о росте оказался сомнительным: официальные данные Росстата за три квартала не выявили сколько-нибудь значимого подъёма экономики.

Сегодня уже известно, что падение ВВП в России в 2009 году составило почти 9 процентов и оказалось самым худшим среди стран «двадцатки». Наше место в БРИК – группе быстро развивающихся экономик (Бразилия, Россия, Индия, Китай) уже заняла Южно-Африканская Республика. И на то, к сожалению, есть основания: по итогам 2009 года Бразилия показывает почти нулевой спад (минус 0,26 процента), а темпы роста в Китае и Индии превысили 8 и 6 процентов соответственно.

При этом причина столь аномального падения кроется не только и не столько в сырьевой зависимости России: Саудовская Аравия, которая в ещё большей степени зависит от экспортных цен на нефть, по итогам года показывает рост экономики в 0,9 процента. Следовательно, налицо ошибки экономической политики российского правительства, к коим эксперты относят предшествующий рост за счёт внешних кредитов, тяжёлый экономический климат, мало располагающий к инвестициям, а также ошибки антикризисных действий российских властей. В частности, длительная плавная девальвация рубля в конце 2008 – начале 2009 годов фактически остановила экономику, перетянув все свободные средства банков и предприятий на валютный рынок.

Прогноз развития экономической ситуации в наступившем году не блещет оптимизмом. Западные эксперты считают, что центральную роль в росте мировой экономики по-прежнему будут играть развивающиеся рынки, в первую очередь - Китая и Индии. Благодаря общему подъёму мировой экономики экспортно ориентированные страны, подобные Корее, Мексике или России, должны увеличить темпы роста, удовлетворяя потребности в энергоресурсах экономик, растущих на внутреннем спросе. Однако восстановление России будет медленным, рост ВВП в наступившем году не превысит 3,5 процента.

Внутри России настроения в экспертной среде ещё более тревожные, что связано с негативной оценкой антикризисных действий властей. По-настоящему антикризисной мерой считают только повышение уровня гарантирования вкладов населения до 700 тысяч рублей, тогда как всё остальное, по словам президента банка «Российская финансовая корпорация» Андрея Нечаева, есть «малоэффективная раздача денег тем, кто первый добежал до нашего Белого дома».

Похоже, что первыми добежали именно те «жирные коты», от обслуживания интересов которых у себя в стране наотрез отказался Барак Обама.

Автор: Александра Глухова, доктор политических наук, профессор ВГУ.

Источник: «Коммуна», № 3 (25434), 14.01.10г.