Политический дневник. Кровавый рейд

Главным политическим событием минувшей недели стала, безусловно, очередная дерзкая вылазка чеченских боевиков на Северном Кавказе. Сразу в трех городах вооруженному нападению подверглись административные здания МВД Ингушской республики, имеются жертвы – почти 100 человек, свыше 100 ранено. Российские официальные лица, как всегда в таких случаях, заявили о том, что от ответственности никто не уйдет, запугать руководство страны и Ингушетии никому не удастся, и что вообще «победа будет за нами». По свежим следам Президент Владимир Путин прилетел в столицу пострадавшей республики, город Назрань и, судя по телевизионным репортажам, устроил разнос руководству российских силовых...

Главным политическим событием минувшей недели стала, безусловно, очередная дерзкая вылазка чеченских боевиков на Северном Кавказе. Сразу в трех городах вооруженному нападению подверглись административные здания МВД Ингушской республики, имеются жертвы – почти 100 человек, свыше 100 ранено. Российские официальные лица, как всегда в таких случаях, заявили о том, что от ответственности никто не уйдет, запугать руководство страны и Ингушетии никому не удастся, и что вообще «победа будет за нами».

По свежим следам Президент Владимир Путин прилетел в столицу пострадавшей республики, город Назрань и, судя по телевизионным репортажам, устроил разнос руководству российских силовых структур, прежде всего начальнику Генштаба Анатолию Квашнину. После этого Президент констатировал, что очередная террористическая вылазка не смогла изменить ситуацию, и что вообще сегодня на Северном Кавказе нет силы, способной всерьез на нее повлиять.

Далее он отправился на Дальний Восток, чтобы присутствовать на широкомасштабных учениях по отражению возможного нападения террористов, проходивших именно в эти дни.

Находившийся там же министр обороны Сергей Иванов заявил о том, что на территорию Ингушетии будут введены дополнительные воинские части ввиду обострившейся угрозы со стороны невидимого противника. В отношении жертв вооруженного нападения были высказаны подобающие случаю слова соболезнования, уверения в том, что ни один из нападавших не уйдет от ответственности. После сильнейшего шока, пережитого в связи со случившимися событиями, Ингушетия на три дня погрузилась в траур, оплакивая жертв трагедии.

Так происходит, увы, не впервые, и в который уже раз звучат одни и те же заверения, объяснения, заклинания. Между тем последняя акция отличается от предыдущих не только количеством жертв со стороны сотрудников МВД, но и иным ракурсом видения ситуации на Северном Кавказе, открывающемся взору опытного наблюдателя. Во-первых, боевики напали на ингушские города в ночь на 22 июня – в день всероссийской скорби по поводу начала Великой Отечественной войны. Столь дерзкую акцию, приуроченную к святой для любого россиянина дате, могли предпринять только очень уверенные в своих силах, хорошо информированные и вооруженные бандиты. Кто их информировал, каким образом им удалось так вооружиться – эти вопросы пока остаются без ответа. Между тем за такой кровавый кураж кто-то немедленно должен был ответить, как минимум своим служебным положением, прежде всего руководители российских силовых структур.

Во-вторых, трагические события в Ингушетии показали, что между воинскими подразделениями нет полноценного взаимодействия. Иначе как можно объяснить тот факт, что милиционеры героически сражались в течение шести часов, но так и не получили вовремя необходимое подкрепление. Фактически боевики на несколько часов завладели ситуацией в республике, что выглядит просто невероятно на фоне тех заверений, которые мы слышали все последнее время от многих официальных лиц. Периодически озвучивались якобы достоверные цифры о количественном составе незаконных вооруженных формирований, сообщалось о том, что все они загнаны в горы, отсиживаются в пещерах и вот-вот будут окончательно уничтожены. Вместо этого почти полностью уничтоженным оказалось МВД Ингушской республики.

В-третьих, налицо ставшая привычной тактика боевиков, активизирующихся всякий раз летом, когда начинается так называемая «зеленка», т.е. покрывающаяся листвой плотная лесополоса, позволяющая создавать надежные укрытия и оттуда нападать на стратегически важные объекты. Примерно так же действовали боевики во главе с Шамилем Басаевым летом 1995г., когда оказался захваченным небольшой городок Будденовск, и пострадало много сотрудников милиции и мирных граждан.

По той же схеме развивались события летом 1999 года, когда все те же оголтелые сподвижники Ш.Басаева, недоучившегося воронежского студента, напали на Дагестан, положив тем самым начало второй кавказской войне за последние полтора десятилетия. 22 июня нынешнего года сценарий повторился: боевики вышли из леса в районе федеральной трассы «Кавказ», отобрали несколько легковых автомобилей у проезжавших граждан и таким образом въехали в Назрань, тем более что дорога в город была открыта. Не подлежит никакому сомнению, что рейд был тщательно спланирован и по большому счету удался. Уходя, бандиты якобы пообещали вскоре вернуться.

По предварительным данным, рейдом на Назрань руководили Ш.Басаев и А.Масхадов. И первого, и второго наши спецслужбы давно изображали одичавшими, озлобившимися фанатиками, растерявшими своих сподвижников и неспособными ни на какие серьезные акции. Только теперь становится ясно, какой ценой оплачиваются попытки выдать желаемое за действительное, попытки игнорировать ставшую устойчивой тенденцию внезапных и крайне болезненных ударов, наносимых не только соответствующим силовым структурам и мирному населению, но и престижу российского государства в целом. Если, конечно, допустить, что оно у нас есть.

Наконец, самое главное, и, пожалуй, сенсационное. До сих пор нас настойчиво убеждали в том, что в Чечне воюют профессиональные наемники, составляя если не основную часть бандитских формирований, то, во всяком случае, значительную их часть. Из этого можно было сделать вывод, что в целом население Чечни и Ингушетии достаточно лояльно относится к политике федерального Центра на Северном Кавказе и вся проблема заключается лишь в том, чтобы уничтожить профессиональных убийц, попадающих сюда всякими незаконными путями.

Однако из последних сообщений стало известно, что бандитская группа наполовину состояла из ингушей. Разумеется, это были не простые ингушские граждане, а религиозные фанатики – ваххабиты, выступающие убежденными сторонниками отделения республики от России и создания на Северном Кавказе исламского государства. По всей видимости, на территории Ингушетии существует сильная сетевая террористическая структура, которая через своих осведомителей получила необходимые сведения, осуществив давно задуманное. Красивый миф о том, что в республике все под контролем, имел недолгую жизнь.

Сегодня нередко высказываются суждения о том, как и почему соплеменники рискнули отважиться на столь дерзкий и жестокий поступок. Ведь именно ингуши в самое трудное время дали приют многочисленным чеченским беженцам, делясь с ними последним хлебом и кровом. Некоторые аналитики считают, что это была акция мести нынешнему Президенту Ингушетии Марату Зязикову, который в отличие от своего предшественника Руслана Аушева, не проявляет никаких симпатий к борьбе чеченских террористов и не позволяет им чувствовать себя вольготно на территории своей республики, а именно свободно проживать в ингушских семьях, лечиться в санаториях и домах отдыха и т.д.

Другие авторы более прямолинейны в своих оценках, полагая, что боевикам нужно было отработать деньги, предоставляемые им зарубежными спонсорами, и проведенный кровавый рейд есть фактический отчет об их «работе». В эту же версию укладывается старый тезис о том, что вылазка боевиков есть последняя судорожная попытка напомнить о себе, и что она является показателем начавшейся агонии. По большому счету все эти точки зрения имеют право на существование, но ни одна из них не объясняет главного: почему это случается с пугающей периодичностью?

До какой степени российские спецслужбы в состоянии предоставлять опережающую информацию по части готовящихся террористических актов? Почему настолько плохой оказывается координация между силовыми ведомствами – ФСБ и МВД, и почему нет строго спроса с их руководителей за систематические провалы? И, наконец, почему военные учения, посвященные отражению атак возможных террористов, нужно проводить непременно в Приморье, в то время как реальные боевые действия происходят на Северном Кавказе?

Вряд ли мы получим внятные ответы на эти вопросы. Вряд ли расстанется со своим креслом кто-то из нынешних руководителей силовых структур. Кадровая политика у нас все больше строится не столько на высоком профессионализме, сколько на иных, далеких от профессионализма принципах. Если бы было иначе, то не лилась бы кровь невинных людей, не правили бал недоучившиеся агрономы, а страна с привычной периодичностью не погружалась бы в траур. Александра Глухова,
доктор политических наук, профессор.
© При перепечатке материалов сайта ссылка на Kommuna.ru или издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на Kommuna.ru обязательна.