Политический дневник. Оранжевые сумерки

Минувшая неделя началась с грандиозного внешнеполитического визита в Китай высокой российской делегации. Настолько высокой, что недоброжелатели на Западе отреагировали на это удачной шуткой: «Россия обезглавлена: все ее руководство находится в Китае». Свита почти в тысячу человек, включая многих государственных чиновников, известных бизнесменов, деятелей науки и культуры, призвана была ознаменовать открытие Года России в Китае. Однако главные действующие лица – президент Владимир Путин и лидер КНР Ху Дзиньтао не просто...

Минувшая неделя началась с грандиозного внешнеполитического визита в Китай высокой российской делегации. Причем настолько высокой, что недоброжелатели на Западе отреагировали на это удачной шуткой: «Россия обезглавлена: все ее руководство находится в Китае». Свита почти в тысячу человек, включая многих государственных чиновников, известных бизнесменов, деятелей науки и культуры, призвана была ознаменовать открытие Года России в Китае. По причине многочисленности нагрянувших российских гостей только на знакомство ушло более получаса. Однако главные действующие лица – президент Владимир Путин и лидер КНР Ху Дзиньтао не просто давно и хорошо знакомы, но и менее всего расположены к соблюдению всех тонкостей протокола. Отсюда традиционные китайские церемонии уже в аэропорту нарушил небрежно сброшенный президентский пиджак: жест готовности к полномасштабным и плодотворным переговорам.

Визит российской делегации в Китай был далеко не первым, как и круг поднятых на переговорах проблем. Большей частью они касались экономического сотрудничества, и в первую очередь поставок в Китай российских энергоресурсов. Из 29 подписанных договоров только один посвящен политическим проблемам, а именно: стратегическому партнерству между двумя странами. Москва и Пекин четко обозначили общность позиций в отношении наиболее конфликтных тем современной международной повестки дня. Было высказано отрицательное отношение к попыткам введения международных санкций в отношении Ирана и в целом к гегемонистской политике США, пытающихся в одностороннем порядке и по собственному усмотрению решать все мировые проблемы. Вместе с тем никто не преследует цель загнать Америку в угол. Речь идет всего лишь о том, чтобы выстроить систему противовесов безраздельной гегемонии одного государства на международной арене.

Несмотря на подобные разъяснения, у многих влиятельных сил на Западе от масштабов и результатов визита захватило дыхание. Еще бы: Китай и Россия в качестве стратегических партнеров отныне могут контролировать огромное евразийское пространство от Южно-Китайского до Балтийского моря. Отсюда в адрес России раздаются предостережения: она, мол, становится бензоколонкой для китайского роста. Речь идет о том, что два газопровода, которые еще предстоит построить и которые станут доставлять в Китай наши энергоресурсы, действительно будут подпитывать китайскую экономическую мощь. А она уже сегодня весьма внушительная и имеет хорошие тенденции к дальнейшему росту. Достаточно сказать, что пресловутая инфляция, с которой наше правительство долго и безуспешно борется, составляет в Китае всего 2-3 процента. Это стимулирует приток инвестиций в страну и обеспечивает устойчивое развитие ее экономики.

Однако проблема, связанная с тем, не растим ли мы на наших юго-восточных границах собственную погибель, остается. Отражением ее в массовом сознании россиян стали данные опроса, проведенного Левада-Центром: 60 процентов россиян считают, что дружить с Китаем можно, но – с большой осторожностью. 21 процент опрошенных полагает, что никакая дружба невозможна, поскольку могучий восточный сосед со временем может поглотить Россию. И только 19 процентов респондентов уверены в том, что Китай является нашим самым перспективным партнером. Специалисты-китаеведы также пока не проявляют серьезной обеспокоенности по поводу будущего российско-китайских отношений. По их мнению, способствуя усилению Китая, мы одновременно усиливаем и самих себя.

Однако Запад, и прежде всего США, довольно нервно реагируют на российско-китайское стратегическое партнерство. Видимо, не случайно именно накануне визита российской делегации в Поднебесную во влиятельном американском еженедельнике «Форин офферс» появилась статья, провозглашающая способность США безнаказанно наносить ядерные удары по любому государству мира, поскольку ядерный паритет, долгое время обеспечивавший баланс сил и интересов СССР (позже России) и США, на сегодняшний день нарушен. США находятся на пороге полного ядерного верховенства и в состоянии уничтожить ядерные потенциалы России и Китая. Это связано с тем, что ядерные системы США стремительно совершенствуются, ядерные силы России столь же стремительно приходят в упадок, а ядерная модернизация Китая идет слишком медленно, чтобы представлять для американцев серьезную угрозу.

Таким образом, полномасштабные переговоры русского Медведя и китайского Дракона вызвали не просто нервную реакцию, но и попытку психологического устрашения со стороны наиболее агрессивных сил в американском правящем классе. России, как неверной невесте, уходящей к другому жениху, грозят вдогонку пальчиком, но не простым, а ядерным. В целом это вписывается в стратегию тех, кто полагает для себя возможным шантажировать другие страны, включая Россию.

Конечно, можно сказать, что угрозы в наш адрес серьезно преувеличены, а российские силы ядерного сдерживания пока еще достаточно сильны, чтобы защитить нашу территорию и гарантировать суверенитет государства. Однако никуда не деться от того факта, что впервые после Карибского кризиса с темы возможного применения ядерного оружия было снято табу… Ядерная мощь США может спровоцировать наиболее агрессивные круги в американском руководстве на новые авантюры, подобные иракской. Недавно на территории Болгарии в районе порта Бургас появились три американские военные базы, в задачи которых входит контроль за акваторией Черного моря, регионом Ближнего Востока и, конечно, Украиной. Российскому руководству есть над чем задуматься в плане защиты наших внешних границ, безопасности и суверенитета государства.

Между тем в соседней Украине в минувшее воскресенье состоялись выборы в парламент страны – Верховную Раду. Особенность их состоит в том, что они проводятся в рамках новой модели политической системы, которая – в соответствии с политическими договоренностями полуторагодичной давности – трансформировалась из президентско-парламентской в парламентско-президентскую. Отныне премьер-министр (глава правительства) становится фигурой как минимум равнозначной президенту, а то и посильнее его, в случае, если будет иметь прочное однопартийное большинство в парламенте.

Однако прочное большинство сложно получить в условиях жесткой межпартийной конкуренции: на украинских выборах зарегистрировались 46 политических партий, каждая из которых претендовала на свое место под парламентским солнцем. Поскольку заградительный барьер в Украине составляет всего 3 процента, шансы для многих партий были достаточно высокими. Однако в реальности в Верховную Раду прошли только пять партий и политических блоков, между которыми сейчас и развертывается борьба за создание правящей коалиции.

Прошедшие выборы вряд ли можно назвать сенсационными, хотя некоторые неожиданности они все-таки принесли.

Во-первых, неожиданно высокой оказалась явка избирателей – порядка 68 процентов. В условиях острого разочарования большинства населения в результатах «оранжевой» революции можно было предполагать меньшее количество желающих отправиться к избирательным урнам и исполнить свой гражданский долг. Однако украинские избиратели проявили очень высокую степень сознательности и активности.

Во-вторых, по сравнению с президентскими выборами, в которых резко различались данные опросов на выходе с избирательных участков, в этот раз они почти полностью совпали и оказались абсолютно идентичными конечному результату. В-третьих, хитроумные уловки украинских властей с переименованием русских фамилий на украинский лад (скажем, Телегина на Бричкина) либо вообще невключением в списки избирателей отстранили от участия в выборах почти полмиллиона украинских граждан. Любопытно, что наблюдатели от ОБСЕ не нашли в этих уловках ничего предосудительного: выборы признаны честными и открытыми.

Но самым впечатляющим оказался разгром правящей партии «Наша Украина» во главе с президентом Виктором Ющенко. 15 процентов голосов – это слишком слабый вклад в общую копилку будущей коалиции, в которой тон станет задавать другая политическая сила. Сегодня главный вопрос как раз и состоит в том, как же сложится правительственный пасьянс.

С одной стороны, логично было бы предположить, что будет сформирована «оранжевая» коалиция, включающая блок Юлии Тимошенко (22 процента), «Нашу Украину» и Социалистическую партию Александра Мороза (6 процентов). Однако в этой комбинации украинскому президенту гарантировано полное пребывание в тени его бывшей соратницы – властной и амбициозной «дамы с косой».

С другой стороны, коалиция с победителем выборов – «Партией регионов» Виктора Януковича (30 процентов) только на первый взгляд выглядит противоестественно, как коалиция главных противников, ненавидящих друг друга. На самом же деле она отнюдь не представляется абсурдной экономически, а с политической точки зрения была бы весьма дальновидным союзом: ни для кого не является секретом политический раскол страны на Запад и Восток, который только углубится, если правительство примет однородную «оранжевую» окраску. Кроме того, если Виктор Янукович возглавит парламентскую оппозицию, он получит полную свободу рук для критики нынешнего политического курса «оранжевых», что только усилит его популярность и обеспечит еще более сильные шансы на будущее.

Пока Виктор Ющенко взял тайм-аут и не разглашает формулу будущего компромисса. Однако первые консультации с лидерами победивших партий и блоков показывают: для благоразумного решения в Украине есть реальные шансы. Александра ГЛУХОВА,

доктор политических наук,
профессор Воронежского госуниверситета.