Политический дневник. Островная болезнь

18.11.2010 09:40

Пришла пора заявить о том, что Япония заплатила по счетам, упустив в 1956г. шанс полюбовного решения территориального спора.

На минувшей неделе российский Президент совершил длительное турне в Юго-Восточную Азию, где принял участие в двух крупных встречах на высшем уровне (саммитах) – Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС) в японском городе Йокогама и G-20 («двадцатки») в южнокорейской столице Сеуле. По общему мнению участников саммита «двадцатки» ее результаты оказались весьма впечатляющими.

Объявлена совместная борьба с коррупцией.

По словам Дмитрия Медведева, участники встречи обнаружили «беспрецедентную способность договариваться». При этом разногласия, конечно, также дали о себе знать. Россия и Европа недовольны валютной политикой США и Китая, однако на сегодняшний день угроза валютных войн стала существенно ниже.

Достигнута конвертируемость рубля, который в перспективе должен стать свободной валютой. В Москве будет создан резервный центр валют – это то, что президент предлагал в своем прошлогоднем Послании Федеральному Собранию РФ. БРИК в рамках МВФ приобрел больший вес. На саммите «двадцатки» была принята не только декларация, но и План действий, провозглашена открытость рынков и отказ от искусственного ослабления национальных валют. Последнее касается в основном США и Китая, создававших удобные условия для своих товаропроизводителей.

Однако вояж российского Президента не обошелся без скандала.

Поездка Дмитрия Медведева на спорные острова Курильской гряды настолько разозлила японцев, что они даже отозвали на некоторое время своего посла в Москве для консультаций. Однако на саммите АТЭС в Йокогаме премьер-министр Японии Наото Кан не касался территориального спора и дружески общался с российским Президентом. Не столь миролюбивой была японская улица, бурлившая протестными манифестациями, направленными главным образом против китайского лидера Ху Цзин Тао: ему было настоятельно рекомендовано убираться восвояси.

Виной всему давние исторические обиды, которые трудно поддаются забвению. Российско-японские отношения, как известно, давно осложнены проблемой «северных территорий», как ее формулирует японская сторона. В 1956 году в Совместной советско-японской декларации, в 9-м пункте, говорилось о возможности передачи Японии островов Хабомаи и Шикотан после заключения мирного договора. Однако в Токио в тот момент то ли не захотели принять жест примирения, то ли им этого не позволили их американские покровители. Заключение мирного договора было обусловлено передачей вдобавок к Хабомаи и Шикотану еще и Кунашира и Итурупа.

Исторический шанс был упущен, а к началу 1960-х годов мир стал жить по законам «холодной» войны.

Кроме того, в начале 1960 года был подписан американо-японский Договор безопасности, подразумевавший военный союз двух стран, направленный в первую очередь против СССР. Москва сразу же направила Токио памятную записку об отказе от обещания даже двух островов, а Токио дал ассиметричный ответ, послав собственную записку, в которой пообещал «неотступно добиваться возвращения не только Хабомаи и Шикотана, но также и других исконно японских земель».

Надо отдать должное упорству японцев – вот уже полвека они действительно «неотступно добиваются». Москва же за это время несколько раз меняла позицию, посылала двусмысленные сигналы, то отрицая сам факт территориальной проблемы с Японией, то признавая необходимость заключить мирный договор и решить проблему принадлежности четырех островов, как это предлагал Михаил Горбачев в эпоху рассвета «нового мышления».

Последнее, как известно, было вызвано не столько внезапно проснувшимся альтруизмом, сколько материальным обнищанием государства, мечтавшего о многомиллиардных сделках и инвестициях от японской стороны, способных компенсировать серьезные территориальные уступки со стороны распадавшегося СССР. Однако советским лидерам не удалось решить болезненную островную проблему, и она досталась новому российскому руководству.

Президент Борис Ельцин, имевший обыкновение встречаться со своим японским коллегой «без галстуков», чуть было не заключил в 2000 году мирный договор на японских условиях. Но Владимир Путин, по существу, вернул российскую переговорную позицию к Декларации 1956 года и даже добился от японской стороны некоторых подвижек.

Вместе с тем на сегодняшний день ситуация патовая. Токио требует четыре острова Курильской гряды. Российское руководство колеблется между двумя и четырьмя островами – в зависимости от состояния дел в России и трезвости (политической) действующих руководителей. Однако среди них не просматривается тех, кто был бы готов отдать Японии хоть что-нибудь.

Вместе с тем две страны наладили неплохое экономическое взаимодействие, активно ведут культурный диалог. Опросы общественного мнения в России говорят о высокой оценке цивилизации Страны восходящего солнца. Но рецидивы «островной болезни», по мнению специалистов, скорее всего, будут повторяться вновь и вновь и отравлять двусторонние отношения. Поэтому, возможно, имеет смысл честно заявить о том, что Япония проиграла начатую ею Вторую мировую войну и заплатила по счетам, упустив из-за чрезмерной жесткости в 1956 году шанс полюбовного решения территориального спора. Нынешние же попытки диктата в отношении России бесперспективны. Такое заявление поначалу вызовет в японских СМИ и политических кругах взрыв негодования, но в глубине души ответственные люди в Токио испытают облегчение, поскольку понимают неразрешимость ситуации, но не отваживаются сказать об этом вслух. Со временем логика евразийской геополитики, конкуренции за российские ресурсы и рынки выведет дипломатические отношения на дорогу сотрудничества.

Видимо, стоит согласиться с Дмитрием Медведевым в том, что итоги его азиатского вояжа оказались в целом успешными. Помимо деятельного участия российской делегации в выработке общих правил мировой финансовой игры, произошло известное продвижение в вопросе вступления России в ВТО.

Большую и реальную помощь в этом вопросе оказал американский Президент Барак Обама, что выглядит крайне своевременным: последние выборы в американский Конгресс показали ослабление позиций демократов, утрату контроля над нижней палатой - Палатой представителей и рост влияния Республиканской партии, чьи позиции в отношении России всегда были более жесткими, чем у демократов.

Известной помехой на пути в ВТО остается позиция Грузии, однако американская поддержка России вполне способна ее нейтрализовать. Ждет своей ратификации в американском Сенате подписанный весной этого года Договор о сокращении стратегических наступательных вооружений между США и Россией (СНВ-2).

Между тем, для дальнейшего развития российско-американских отношений необходимо, чтобы Конгресс ратифицировал не только этот Договор, но и не помешал вступлению в силу двустороннего соглашения о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии и отменил поправку Джексона – Веника к торговому законодательству США.

Всего этого Администрации Барака Обамы было трудно добиться от Конгресса уже при нынешнем его составе, однако с установлением контроля республиканцев над Палатой представителей и их усилением в Сенате эти инициативы оказались под угрозой. Вот почему Обама предлагает Конгрессу ратифицировать Договор по СНВ-2 еще до завершения нынешней сессии Конгресса. Если ему не удастся этого добиться, то отношения с Россией могут быть «заморожены» по целому ряду направлений.

Помимо сказанного, российская делегация сумела продвинуться на еще одном важном направлении нашей внешней политики: возобновлена деятельность Совета «Россия - НАТО», «замороженная» после конфликта в Южной Осетии в 2008 году.

Теперь же Россия намерена участвовать в предстоящем саммите НАТО в Лиссабоне в конце ноября, где Дмитрия Медведева ждут как равноправного и полноценного партнера.