Политический дневник. Открывая Америку

В конце ноября Президент Дмитрий Медведев отправился в длительное турне по латиноамериканскому континенту. Первым мероприятием стало участие во встрече лидеров Азиатско-Тихоокеанского форума экономического сотрудничества. После саммита АТЭС последовали официальные визиты Медведева в Перу, Бразилию, Венесуэлу и на Кубу.

В конце ноября российский Президент Дмитрий Медведев отправился в длительное турне по латиноамериканскому континенту. Первым мероприятием на этом пути стало участие во встрече лидеров Азиатско-Тихоокеанского форума экономического сотрудничества (АТЭС), объединяющего 21 государство.

АТЭС – это треть населения планеты, 60% мирового ВВП и 47% мировой торговли. Играть видную роль в этой международной организации не зазорно никому, и российский президент всячески давал понять, что чувствует себя уверенно в кругу достойных партнеров. Главной темой переговоров были, естественно, пути выхода из экономического кризиса. В полной мере кризис ещё не настиг латиноамериканские страны, многие из которых имеют достаточно динамичные экономики, но определенную тревогу уже создал.

Главным же рецептом стали рекомендации АТЭС странам – участницам форума в течение года не прибегать к новым мерам протекционизма, то есть. не пытаться спастись в одиночку. Поясняя позицию России, Дмитрий Медведев разъяснил, что отказаться следует не от протекционизма вообще, а «от такого тупого протекционизма, который бы наносил ущерб мировой экономике и мировой финансовой системе». Но меры по защите собственной промышленности, тем не менее, необходимы, и они должны быть разумны и достаточны для сохранения реального сектора экономики. Такая позиция, возможно, устраивает не всех в АТЭС, особенно американскую администрацию, однако точную меру соотношения индивидуальных усилий отдельных государств и коллективных мер сегодня вряд ли кто в состоянии предложить.

Немаловажное значение для развития международного сотрудничества России в различных областях имели коллективные консультации, а также двусторонние контакты с главами отдельных государств АТЭС. Особое внимание СМИ привлекла, разумеется, встреча российского президента со своим американским коллегой Джорджем Бушем, позволившая составить представление о нынешнем состоянии российско-американских отношений.

Большой интерес журналистов вызвали разъяснения Дмитрия Медведева относительно снижения напряженности, возникшей из-за планов США создать объекты ПРО в Чехии и Польше. Как заявил российский президент, «нам не хочется ничего размещать. Это ответная мера, и все будет зависеть от позиции наших американских партнеров». Дмитрий Медведев особо отметил, что возлагает большие надежды на будущую администрацию Барака Обамы, у которого нет раз и навсегда заготовленного шаблона для решения этой проблемы.

Была выражена уверенность в том, что конструктивный диалог с новым руководством США возможен. «Я надеюсь, что это будут конструктивные, партнерские отношения, и мне бы этого хотелось. И тот контакт, который у меня был с избранным президентом, позволяет ожидать такого же подхода с американской стороны», – подчеркнул глава российского государства.

Вместе с тем первые назначения в новую администрацию Барака Обамы могут разочаровать российское руководство. Пост госсекретаря США предложен главной сопернице Обамы на президентских выборах, сенатору от штата Нью-Йорк и бывшей первой леди Хиллари Клинтон. Она известна склонностью к решительным, а нередко и силовым, действиям, одобрив, скажем, силовое вмешательство НАТ0 в Югославии и бомбардировки этой страны в конце 1990-х годов, а также введение американских войск в Ирак и признание независимости края Косово. Вести диалог с таким неуступчивым партнером российским дипломатам будет весьма непросто.

Другой партнер – нынешний министр обороны США Роберт Гейтс, который остается на своем посту, хотя принадлежит к другой, республиканской, партии. Он известен как убежденный сторонник размещения элементов системы ПРО в Восточной Европе, а также скорейшего приема в НАТО Грузии и Украины.

Вне зависимости от того, как сложатся личные взаимоотношения российского руководства с этими высокопоставленными чиновниками американской администрации, конфликт интересов очевиден уже сейчас, и к нему нужно быть готовыми как одной, так и другой стороне.

После саммита АТЭС последовали официальные визиты российского президента в Перу, Бразилию, Венесуэлу и на Кубу.

Несмотря на то, что во времена СССР отношения между странами Латинской Америки и нашей страной были достаточно развитыми, в последние годы они фактически пребывали на нулевой отметке. Это объяснялось не только неразберихой во внешнеполитическом ведомстве России, равно как и в головах ее тогдашних руководителей, но и самодовольной убежденностью в том, что «они от нас никуда не денутся». Теперь же приоритеты поменялись. Новый российский президент выразил стремление к тому, чтобы Южную Америку и Россию связывали привилегированные отношения, что соответствует новым принципам российской внешней политики, сформулированным летом этого года.

С точки зрения привилегированности особенно повезло Венесуэле. Визит в эту страну ознаменовался подписанием ряда важных соглашений, касающихся как экономических вопросов сотрудничества (нефтедобыча, нефтепереработка, атомная энергетика), так и сотрудничества в военно-политической сфере (например, проведение первых в истории совместных морских учений). В венесуэльские территориальные воды уже вошел отряд кораблей Северного флота РФ во главе с тяжелым атомным крейсером «Петр Великий». В оценках сторонами уровня достигнутого между ними сотрудничества все чаще звучит термин «стратегическое партнерство».

Между тем политическая репутация Уго Чавеса далеко не безупречна, и отношение к нему в собственной стране трудно назвать однозначным. Так, буквально накануне визита Дмитрия Медведева в Венесуэле прошли местные выборы, на которых решалась судьба постов губернаторов провинций, мэров городов и состав законодательных собраний. Из 22 избранных губернаторов 17 являются сторонниками Уго Чавеса, хотя представители оппозиции возглавят как минимум три наиболее промышленно развитые провинции и столицу страны Каракас.

У Чавеса были все основания заявить о победе демократии в Венесуэле. Однако по прошествии всего нескольких дней он стал инициировать в парламенте снятие ограничений на занятие должности президента страны. Сам он был избран на этот пост, который в Венесуэле измеряется шестью годами, в 2006 году и, согласно действующему законодательству, должен исполнять свои обязанности до 2012 года. Однако в случае отмены ограничений срок пребывания в должности президента для Чавеса может продлиться до 2019 года. Такой вариант развития событий никак не назовешь демократическим, вследствие чего на отношения России с таким «партнером» падает неприятная тень.

Если Запад обнаруживает признаки консолидации в борьбе с финансовым кризисом и мучительно ищет баланс интересов на этом поприще, то Восток, напротив, демонстрирует крайние, насильственные формы и методы решения внутренних и региональных проблем. В Таиланде многомесячные антиправительственные выступления переросли в блокаду правительственных зданий, аэропортов, создав серьезную угрозу для безопасности иностранных туристов, невольно оказавшихся заложниками внутреннего гражданского конфликта.

Однако главная трагедия произошла в индийском городе Мумбаи (Бомбее), где десятки террористов, приплыв на рыбацких лодках, атаковали знаменитый отель «Тадж Махал» – великолепное здание, возведенное еще в колониальную эпоху на берегу моря. Одновременно нападениям подверглись гостиницы «Оберой» и «Трайдент», вокзал и ряд других объектов. Более сотни погибших, множество раненых и шок для очевидцев и сторонних наблюдателей – вот цена произошедшей трагедии.

Западная печать не без оснований называет эти события «индийским 11 сентября», и основания для такого сравнения имеются. Если раньше террористы закладывали бомбы в отдельные места массового скопления людей, то теперь они перешли к широкомасштабным действиям, нанося удары сразу по нескольким важным объектам, как это было в США семь лет назад. Причины столь варварского акта пока еще только выясняются, как и его организаторы. Однако очевидно, что главная цель заключалась в разжигании вражды между индусами и мусульманами. Отношения между двумя этими конфессиональными общностями и без того весьма напряженные; теперь же возникает реальная угроза того, что мусульмане вступят в вооруженную борьбу против индийского правительства.

Если учесть, что в рядах террористов оказались и пакистанские наемники, опасность возникновения регионального конфликта между Индией и Пакистаном (между прочим, обе страны обладают ядерным оружием и имеют в прошлом вооруженные столкновения) остается достаточно серьезной.