Политический дневник. Перезагрузка

09.04.2009 10:00

На минувшей неделе внимание информагентств было приковано к Лондону, где собрался саммит мировых менеджеров – лидеров 20 наиболее развитых экономик мира. Большинство экспертов ныне сходятся на том, что в целом эта встреча оправдала ожидания.

На минувшей неделе внимание всех информационных агентств было приковано к Лондону, где собрался саммит мировых менеджеров – - лидеров двадцати наиболее развитых экономик мира.

Главная задача, стоявшая перед ее участниками, заключалась в том, чтобы выработать общие меры по преодолению финансового кризиса, повлекшего за собой тяжелые экономические последствия в разных регионах мира. Уже сам факт появления таких мер, сформулированных в виде конкретных предложений, можно было бы считать большой удачей. Впрочем, никакой твердой гарантии того, что столь многочисленному собранию в принципе удастся до чего-то договориться, ни у одного эксперта не было. А многие и вовсе предрекали ему громкий провал.

Лондон стал центром саммита не случайно. Все последние годы мировая экономика развивалась под сильным влиянием англосаксонской либеральной модели, считавшейся непогрешимой. Европейцы, не вполне солидаризировавшиеся с нею, тем не менее играли по общим правилам, пока кризис не обозначил изъяны и пределы этих правил. Европейская позиция ужесточилась прежде всего в сторону усиления государственного регулирования финансовых рынков. Разногласия с США и Великобританией накануне саммита достигли таких масштабов, что президент Франции Николя Саркози пригрозил вообще проигнорировать это мероприятие, если в итоговую декларацию не будут включены предложения европейцев. Своего коллегу поддержала и канцлер Германии Ангела Меркель.

Но самым главным оппонентом американской экономической модели стало движение антиглобалистов, в котором, кстати, деятельное участие приняли многие рядовые англичане.

Еще задолго до открытия саммита его противники подготовили транспаранты с дерзкими лозунгами «Смерть банкирам!», а также огромные портреты Карла Маркса – самого радикального обличителя пороков капитализма. Первый день апреля, который на Западе традиционно называется Днем дурака, переименовали в День финансового дурака. В связи с нарастанием напряженности британские службы безопасности предупредили респектабельных англичан о том, что одеваться в дни встречи «большой двадцатки» следует поскромнее, иначе на улице могут и побить.

Распространенное мнение о том, что именно банкиры, с их финансовыми манипуляциями, стали главными виновниками кризиса, в целом недалеко от истины. Потому и встреча на высшем уровне состоялась не в респектабельной части Лондона, с его прекрасными дворцами, а в промышленной зоне, где доступ протестующих к отелю «Эксель» преграждала сама Темза.

Для российской делегации во главе с Дмитрием Медведевым встреча в Лондоне имела еще одно принципиальное измерение. Президенту РФ предстояли личная встреча со своим американским визави Бараком Обамой и разговор по непростым вопросам, серьезно осложнявшим в последнее время российско-американские отношения. Речь идет о размещении элементов системы ПРО в Чехии и Польше, расширении НАТО на восток за счет Украины и Грузии, об оценках пятидневной войны на Кавказе в августе 2008 года.

По стечению обстоятельств, саммит «двадцатки» перетекал в празднование 60-летнего юбилея НАТО, в связи с чем прояснение позиций России и США по этим вопросам было важным и своевременным. Большое значение имело и личное знакомство двух президентов, только-только осваивающих свои ответственные роли и нуждающихся для их успешного исполнения, как минимум, в доверии и взаимопонимании. К тому же оба заранее сошлись на том, что российско-американским отношениям необходима перезагрузка.

Сегодня нет недостатка в комментариях по итогам лондонской встречи, однако большинство экспертов сходятся на том, что в целом она оправдала ожидания. Главный результат – принятие общих правил игры, набор конкретных предложений, содержащихся в итоговой декларации.

Для стимулирования мировой экономики запланированы беспрецедентные финансовые вливания в 2009 году – 1,1 триллиона долларов. Почти половина этой суммы предназначается Международному валютному фонду (МВФ) для поддержки слаборазвитых стран.

Дмитрий Медведев особо настаивал на увязке помощи МВФ с реформированием этой финансовой организации. Возрастает роль Совета по финансовой стабильности с соответствующими инструментами контроля; снимается покров тайны с оффшорных зон и финансовых махинаций. Большую долю финансовых трат берут на себя США, Япония и Китай, меньшую – Европа. Россия никаких дополнительных трат позволить себе не может, но выразила готовность поддерживать стабильность в своей зоне ответственности, то есть. на постсоветском пространстве.

Предложение России о резервной мировой валюте серьезного внимания не удостоилось. И даже не было включено в повестку дня. Впрочем, помощник Президента РФ Аркадий Дворкович не теряет оптимизма. По его мнению, юань и рубль могут войти в обновленную «корзину валют», но для этого нужно время, как минимум – несколько лет.

Таким образом, произошла серьезная реформа либеральной модели капитализма. Как выразился премьер-министр Великобритании Гордон Браун, «вашингтонский консенсус себя исчерпал». Такое признание дорогого стоит, его действительно можно назвать «историческим поворотом» (Б.Обама) или «экономическим компромиссом» (А.Меркель). Обозначились общие контуры той перезагрузки, которая необходима не только российско-американским отношениям, но и мировой экономике в целом. Приободренные первым успехом, участники саммита решили собраться еще раз осенью этого года в Нью-Йорке.

Не менее удачным следует признать первое личное знакомство американского и российского президентов. Выяснилось, что их объединяют не только возраст, любовь к Интернету, но и общие профессиональные знания (оба – юристы, и, как выразился Медведев, учились по одним учебникам). Кроме того, каждый из них демонстрировал искреннее желание искать пути к взаимопониманию, слушать и слышать партнера.

Не случайно Дмитрий Медведев, выступая перед студентами самого престижного учебного заведения Великобритании – Лондонской школы экономики и политической науки, – назвал Барака Обаму своим новым товарищем. И даже снял с него ответственность за намерение разместить элементы ПРО в Восточной Европе как идею, лежащую на совести Джорджа Буша и его администрации.

Барак Обама же, прибыв на саммит НАТО во французский Страсбург, сказал, что у него была потрясающая встреча с Дмитрием Медведевым в Лондоне, и что США будут сотрудничать с Россией в вопросах европейской безопасности. После этого первые лица альянса стали делать комплиментарные заявления в адрес России. Генсек НАТО Яап де Хооп Схеффер подчеркнул, что Россия нуждается в НАТО, а НАТО – в России. А некоторые политики восточноевропейских стран даже предложили принять восточного соседа в ряды альянса.

Вместе с тем это миролюбие во многом является данью праздничному юбилейному событию. На самом деле ни разговор Дмитрия Медведева с Бараком Обамой, ни регулярные контакты в рамках совета «Россия – НАТО» не снимают тех фундаментальных разногласий, которые существуют между сторонами.

Конечно, было бы наивным считать, что всего лишь одна, пусть и довольно плодотворная, встреча в состоянии решить все проблемы, накопившиеся за 60 послевоенных лет, когда НАТО и Организация Варшавского Договора рассматривали друг друга как потенциальные противники. В конце 1980-х годов одного из них не стало, что создало для альянса трудную задачу – найти себе нового врага. И, несмотря на то, что этими врагами назывались то международные террористы, то страны-изгои вроде Северной Кореи или Ирана, альянс упорно приближался к западным российским границам. И сегодня его расширение за счет Украины и Грузии отнюдь не снято с повестки дня, но лишь отложено на неопределенное время. И вряд ли Россия сможет этому помешать.

Другое дело – найти такую формулу взаимоотношений, в которой дихотомия «друг – враг» сменилась бы полноценным партнерством во имя мира. Хотелось бы, чтобы два юриста и два товарища хорошенько задумались над этим вопросом.