Политический дневник. Поединок

10.10.2013 09:40

Отношения между двумя братскими странами - Россией и Украиной - в последнее время были далеки от лучезарных.

Конец минувшей недели затмил собою все значимые политические события, случившиеся несколькими днями ранее: скандал вокруг задержания активистов «Гринписа»; бюджетный кризис в США; очередную сессию ПАСЕ, на которой спикер Государственной Думы России Сергей Нарышкин призывал европейских депутатов, обеспокоенных нарушением прав лиц с нетрадиционной сексуальной ориентацией, посетить московские гей-клубы и даже съезд «Единой России». Речь идет о боксерском поединке двух выдающихся спортсменов-профессионалов, представлявших два соседних государства – Россию (Александр Поветкин) и Украину (Владимир Кличко).

Как выразился один из российских остряков, в тот вечер перед началом поединка число любителей бокса резко возросло, а после его окончания – столь же резко пошло на убыль. Причиной тому, как нетрудно догадаться, стала победа украинского спортсмена, которой не смогли помешать даже истошные крики российских болельщиков, у которых клич «Россия, вперед!» был, пожалуй, наиболее пристойным.

Как иронично выразился известный писатель и публицист Дмитрий Быков, «Москва идет смотреть на бой Поветкина с Кличко: в сравненьи с битвою такой все прочее - ничто». И действительно, кому-то очень хотелось увидеть за спортивным поединком настоящее политическое сражение с предсказуемо благоприятным для себя финалом. Но, увы, не случилось: Поветкин проиграл.

Отношения между двумя братскими странами - Россией и Украиной - в последнее время действительно были далеки от лучезарных. Причиной тому - стойкое желание украинского правящего класса стать частью европейского интеграционного процесса.

На повестке дня стоит подписание в ноябре нынешнего года Соглашения между Евросоюзом и Украиной об ассоциированном членстве последней с ЕС. Соглашение содержит ряд серьезных условий, включая приведение судебной системы в соответствие с европейскими стандартами, в том числе прекращение уголовного преследования политических оппонентов. На практике это означает освобождение бывшего Премьера украинского Правительства Юлии Тимошенко.

Кроме того, европейцы требуют ускорения реформ экономики и государственных институтов, искоренения коррупции, верховенства права, свободы СМИ и т.д. Нынешнее руководство страны во главе с Президентом Виктором Януковичем обвиняют в том, что с его приходом к власти Украина отдаляется от Евросоюза, ее политическое развитие пошло вспять, а демократические достижения предыдущих лет фактически свернуты.

Украинская сторона, в свою очередь, пытается доказывать обратное, не снимая с повестки дня путь в Европу.

Что касается России, то ее руководство хотело бы видеть Украину частью другого объединения – Таможенного, а затем и Евразийского союза, строительство которого стало заветной мечтой Президента РФ Владимира Путина.

Но поскольку украинская элита в своем большинстве не готова сменить западный вектор интеграции на восточный, охлаждение отношений между двумя странами стало неизбежным. Более того, в ход пошло традиционное российское оружие: торговая война с несговорчивой западной соседкой. В середине августа в течение недели все без исключения грузы украинских экспортеров, поступающие на территорию России, стали подвергаться тотальной проверке, включая выгрузку, перегрузку, досмотр и погрузку обратно в транспорт.

Украинский экспорт в Россию был практически полностью парализован. Украинские компании, а заодно и их российские контрагенты стали нести многомиллионные убытки. Через неделю, после взаимных консультаций на уровне вице-премьеров и телефонных переговоров президентов В.Путина и В. Януковича, российская таможня вернулась к штатной процедуре досмотра украинских грузов.

На Западе этот конфликт сразу же оценили не как торговый спор, а как очень серьезный политический конфликт с геополитической подоплекой. Сомнения относительно готовности Украины следовать европейским стандартам сразу же развеялись; ее как жертву российского давления стали жалеть и поддерживать.

Масла в огонь подлили интервью помощника Президента РФ Сергея Глазьева, признавшего, что недельная таможенная война призвана была продемонстрировать Украине «самоубийственность ее курса на интеграцию с ЕС». Эти слова были расценены как признание в качестве главной внешнеполитической стратегии России, ее спланированное давление на Украину. Ситуацию обостряет довольно откровенная антизападная риторика, свойственная российской стороне, что повышает эмоциональный накал конфликта и препятствует его конструктивному урегулированию.

Из всех типов конфликтов подобные являются самыми трудными, поскольку в их основе лежат психологические компоненты – фобии, комплексы, обиды, стереотипы, которые невозможно изжить рациональным путем. Такие ссоры могут длиться годами и десятилетиями – до полного изнеможения обеих сторон.

Между Россией и Украиной существовало и существует (правда, давно устаревшее) базовое Соглашение 1994 года. В момент его подписания в обеих странах царила эйфория по поводу европейской ориентации их внешней политики. Со временем, однако, стало ясно, что на смену старому документу должен прийти новый, учитывающий изменившиеся реалии. Однако переговоры по поводу нового Соглашения сначала затянулись в ожидании вступления России в ВТО, а потом и вовсе зашли в тупик. Причиной тому стало разное толкование ценностей и ориентация России на создание собственного интеграционного проекта – евразийского.

На недавней встрече в Москве председателя российского Правительства Дмитрия Медведева с его украинским коллегой Николаем Азаровым стороны фактически признали, что эти два проекта уже несовместимы: у них разные не только ценности, но и технические нормы, стандарты и процедуры.

Означает ли сказанное, что возможности для достижения компромисса полностью исчерпаны?

Полагаю, что нет, тем более что до практических шагов по вхождению Украины в Евросоюз дело вряд ли дойдет в ближайшее десятилетие: это перспектива более отдаленного будущего. Соглашение, которое предполагается подписать в ноябре, - это пока чисто символический акт, демонстрирующий, скорее, намерения, нежели реальные шаги. Поэтому вряд ли стоит его принимать так болезненно, как это происходит сейчас, когда Украину рассматривают как ветреную невесту, сбежавшую от состоятельного жениха.

Гораздо важнее, наряду с взаимовыгодным экономическим сотрудничеством, сохранить возможности культурного влияния на украинское общество и политический ландшафт, поддерживать культурное взаимодействие, особенно между представителями молодого поколения россиян и украинцев. В противном случае в национальном сознании последних возникнет стойкая аллергия на само слово «Россия», и с этим уже действительно ничего нельзя будет поделать.