Политический дневник. Политическая программа года

Главным политическим событием минувшей недели стало, без сомнения, выступление Владимира Путина с посланием Федеральному Собранию России. Этот ритуал, отмечающий в нынешнем году десятилетний юбилей, представляет собой не просто право Президента раз в год пообщаться с политической элитой страны, но и его конституционную обязанность. Традиционно от Президента ждут определенных оценок положения дел в стране и в мире и постановку кратко- и долгосрочных задач на будущее. Ответы, в принципе, были предсказуемыми и...

Главным политическим событием минувшей недели стало, без сомнения, выступление Владимира Путина с посланием Федеральному Собранию России. Этот ритуал, отмечающий в нынешнем году десятилетний юбилей, представляет собой не просто право Президента раз в год пообщаться с политической элитой страны, но и его конституционную обязанность. Традиционно от Президента ждут определенных оценок текущего положения дел в стране и в мире и постановку кратко- и долгосрочных задач на будущее. Мировая практика оглашения президентских посланий показывает, что большая часть политической элиты просто принимает к сведению сказанное главой государства и не придает его речи чрезмерно большого значения. Скажем, для американских президентов куда важнее их инаугурационная речь, т.е. выступление при вступлении в должность, нежели те слова, которые они произносят перед конгрессменами и сенаторами. Отсюда послания в США играют, скорее, пропагандистскую, нежели программную роль: они призваны показать, что президент держит руку на пульсе страны и контролирует происходящие в ней процессы.

В большей степени важен сам ритуал обращения «к граду и миру», т.е. политическое действо, а не обсуждение крупного политического документа, каковым послание, по большому счету, не считается. Что касается, скажем, французской политической практики, то здесь президент вообще обращается к парламенту с посланием в письменной форме, причем последнее не подлежит обсуждению. Практика парламентских республик, в которых роль главы государства чисто церемониальная, также не дает нам оснований относиться к такого рода выступлениям как к программным.

Однако в России, похоже, десятилетний опыт экспериментирования с посланиями к палатам Федерального Собрания не прошел бесследно, и большая часть политической элиты, общественности страны и рядовые граждане с известной долей нетерпения ждут, о чем же скажет Президент в первую, во вторую и в третью очередь. Не случайно накануне выступления Путина многие социологические службы в телефонных опросах попытались выявить мнение россиян о том, какие проблемы, стоящие перед страной, следует сегодня считать первоочередными.

Ответы, в принципе, были предсказуемыми и в целом совпали с содержанием речи Президента. 37 процентов россиян назвали первейшей задачей ликвидацию бедности, 34 процента – повышение благосостояния народа, 22 процента указали на необходимость борьбы с безработицей, почти столько же – на развитие отечественной экономики и т.д. Лишь 1 процент респондентов в числе приоритетных задач назвали развитие демократии. Судя по содержанию Послания, Президент был в курсе этих предпочтений и постарался дать на них свой ответ.

Следует заметить, что выступление в минувшую среду было для Путина не просто ежегодным обращением к стране и парламенту, но своего рода инаугурационной речью. Ежегодное послание открыто второй срок его президентских полномочий и с этой точки зрения задало тональность и темп работы всех институтов государственной власти. Уже это привлекло к нему интерес и российской, и мировой общественности.

Другая причина повышенного внимания к тексту послания кроется в том, что оно оглашается в далеко непростой внутри- и внешнеполитической обстановке, на фоне не прекращающихся терактов в Чечне, резкой эскалации политического противоборства в Ираке и достаточно заметной активизации правоохранительных органов в отношении российских олигархов. В силу целого ряда причин эти болезненные темы Президент не затрагивал. Чеченская тема была упомянута лишь однажды, в подтверждение того, что линия на борьбу с международным терроризмом остается неизменной и последовательной. Но столь лаконичный ответ на один из самых болезненных для России вопросов объясняется скорее отсутствием ясного представления о том, кто конкретно и какими способами сможет взять под контроль ситуацию в мятежной республике.

Столь же мало ясности вокруг Ирака, если не считать общей установки на активизацию роли ООН и других международных организаций на Ближнем Востоке. Что же касается крупного бизнеса, то, по слухам, на июль запланирована очередная встреча Президента с бизнес-обществом, призванная успокоить и его, и озабоченную судьбой отдельных его представителей международную общественность.

Видимо, последует новый раунд переговоров о «почетной сдаче» (невыплаченных налогов), после чего власть определится в своих дальнейших действиях на этом фронте. Преждевременное «объявление войны» очередному олигарху в рамках такой логики не имеет смысла.

Что же составляет главное содержание президентского Послания? Большинство наблюдателей сходится на том, что главными стали проблемы социальной сферы, в первую очередь качества и доступности жилья, образования и здравоохранения. Если в первом Послании 2000 года основное внимание было уделено экономическим вопросам, то в 2001 и 2002 годах сильнее зазвучали политические аспекты (дебюрократизация государственного аппарата, необходимость проведения административной реформы в части пересмотра государственных функций, реформа местного самоуправления и т.д.).

В прошлогодней речи Президента центральными стали три темы: удвоение ВВП за десять лет; борьба с бедностью: модернизация Вооруженных Сил. Видимо, бывшее правительство Михаила Касьянова мало соответствовало масштабу этих задач, за что и было, в конечном счете, отправлено в отставку.

И вот новые, достаточно честолюбивые цели. Удвоения ВВП предлагается достичь уже не за десять, а за семь лет, устойчивый экономический рост удерживать в рамках нынешних восьми процентов, да в придачу ко всему бороться за снижение инфляции и полную конвертируемость рубля. Не все, присутствовавшие в зале депутаты, согласились с такой постановкой вопроса. По мнению бывшего главы Центробанка Виктора Геращенко, достижение полной конвертируемости рубля за 2-3 года – нереальная и ненужная для России задача. Но, похоже, что правительство Михаила Фрадкова, вынужденное быть амбициозным в целях самосохранения, уже взяло под козырек по этому поводу.

Если вернуться к поставленным Президентом задачам, то легко заметить, что они продолжают и развивают цели, заявленные еще в прошлом году, и с этой точки зрения демонстрируют преемственность намерений власти. Так, повышение качества и доступности жилья, здравоохранения, образования рассматривается как механизм преодоления бедности и вырождения нации – двух самых страшных язв современной России.

Президент не стал скрывать того прискорбного факта, что сегодня почти 30 миллионов российских граждан имеют доходы ниже прожиточного минимума. Катастрофической выглядит ситуация с состоянием генофонда. Россия уступает по продолжительности жизни не только высокоразвитым странам, но и соседним Китаю и Польше. Прежде всего, это связано с высокой смертностью в трудоспособном возрасте. Детская смертность хоть и сокращается, но все равно остается в полтора-два раза выше, чем в развитых странах.

В контексте такой диагностики не совсем понятна результативность тех мер, которые предлагает Путин для исправления ситуации. Скажем, долгосрочное и доступное жилищное кредитование как способ обеспечить собственными квартирами к 2010 году минимум треть граждан страны, а не одну десятую, как сегодня. Но соответствуют ли нынешние доходы населения этим замечательным намерениям государства? Если ипотека должна стать доступным способом решения проблем для людей со средними доходами, то сколько сегодня таких людей?

По оценкам социологов, не более 15-20 процентов, да и то по российской шкале измерения. Следовательно, сам масштаб проблемы требует либо корректировки сроков, либо дополнительного привлечения средств, источник которых не вполне ясен. Заявления же о том, что правительство, региональные и местные органы власти «должны ориентироваться» на решение этой задачи к 2010 году, как минимум, нуждается в финансовом обосновании.

То же и со здравоохранением. Нельзя не приветствовать главную цель модернизации здравоохранения – повышение доступности и качества медицинской помощи для широких слоев населения. Как говорится, кто же будет против? Но сведение проблемы к детализации стандартов медицинских услуг, действующих в каждом населенном пункте Российской Федерации, и переходу от сметного принципа содержания медицинских учреждений к оплате за оказанный объем и качество медицинской помощи, выглядит как простая экономия и без того скудных средств, а вовсе не решение проблемы по существу. Стимулирование обязательного и добровольного медицинского страхования также выглядит проблематичным в контексте состояния кошельков российских граждан.

Предваряя содержательную часть своего выступления, Президент выделил три этапа, которые прошла Россия с начала 90-х годов. Первый этап был связан с демонтажем прежней экономической системы. Он сопровождался ломкой привычного уклада жизни, острыми политическими и социальными конфликтами и был тяжело пережит нашим обществом. Видимо, имелось в виду ельцинское десятилетие, в адрес которого можно было бы найти и более сильные выражения.

Второй этап в оценке Президента был временем расчистки завалов, образовавшихся от разрушения «старого здания». При этом удалось остановить наиболее опасные тенденции в экономике и политической сфере. Не все решения, принимавшиеся в те годы, имели долгосрочный характер: действия федеральных властей являлись скорее ответами на серьезные угрозы, нежели предвосхищали кризисные ситуации. Хотя в речи Президента не были названы хронологические рамки этого этапа, складывается впечатление, что Путин имел в виду свой первый президентский срок.

Но вот совсем недавно, как считает Президент, мы подошли к третьему этапу в развитии российского государства, к возможности развития высокими темпами, решению масштабных общенациональных задач. Для этого имеется и достаточный опыт, и необходимые инструменты, чтобы ставить долгосрочные цели, в том числе и на десятилетия вперед. «И достижения последних лет дают нам основания приступить к решению главных проблем», – считает Президент. Но справиться с ними можно лишь при определенных условиях, а именно имея определенные экономические возможности, политическую стабильность и активное гражданское общество.

Все эти три условия и заслуживают самого тщательного обсуждения как во властных структурах, так и в гражданском обществе, дабы не превращать сформулированные Президентом цели в очередные благие пожелания. Александра Глухова,

доктор политических наук,
профессор Воронежского госуниверситета.
© При перепечатке материалов сайта ссылка на Kommuna.ru или издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на Kommuna.ru обязательна.