Политический дневник. Сирийский узел

28.06.2012 09:46

Противовесом от возможных несанкционированных военных действий в Сирии мог быть стать альянс влиятельных государств.

Главной темой, если не сказать – головной болью, минувшей недели по-прежнему оставалась экономика, создающая определенные опасные проекции в политику, причем в мировую.

Несколько международных форумов были посвящены обсуждению этих проблем. В Санкт-Петербурге состоялся XVI Международный экономический форум, привлекший довольно широкий круг участников, а заодно и средств в российскую экономику: сумма подписанных контрактов составила более 300 млрд. рублей, что превышает прошлогодний результат более чем в 1,5 раза.

Лейтмотивом всех выступлений стала мысль о том, что экономика должна диверсифицироваться, уходить от сырьевой зависимости, а государство – улучшать инвестиционный климат, снижать налоги и тарифы. В целях защиты бизнеса от давления коррумпированных чиновников был создан первый в России институт федерального омбудсмена по делам предпринимателей, который возглавил председатель ассоциации «Деловая Россия» Борис Титов.

Трудно сказать, поможет ли это улучшению делового климата и снижению коррупции, но умножение числа уполномоченных по различным делам и категориям населения не может не вызывать вопросы.

В начале недели Президент России Владимир Путин принял участие саммите двадцати наиболее развитых государств мира (так называемой большой двадцатки) в мексиканском городе Лос-Кабос. В центре саммита находились проблемы мировой экономики, ситуация в еврозоне, а также реформирование международной валютно-финансовой системы. Саммит был проведен в режиме трех рабочих заседаний, на каждом из которых рассматривались те или иные проблемы глобальной экономики, включая перспективы так называемого зеленого роста, т.е. развития экологически чистых производств.

Развернутое изложение позиции России по всем заявленным на саммите вопросам было представлено российским Президентом на каждом из трех рабочих заседаний саммита.

Помимо рабочих заседаний, на полях саммита состоялись восемь встреч Владимира Путина на высшем уровне, в том числе и самая главная – с американским Президентом Бараком Обамой. Стороны обсудили целый спектр вопросов - проблемы безопасности, нестабильность на Ближнем Востоке, особенно в Сирии и вокруг нее, и другие международные проблемы.

Камнем преткновения между сторонами по-прежнему остается американская система ПРО в Европе, и сдвинуть этот камень с мертвой точки в очередной раз не удалось. Принимая во внимание российские озабоченности, американская сторона, тем не менее, не намерена отказываться от своих планов и не готова предоставить России письменные гарантии того, что эта система не направлена против нее.

Что же касается Сирии, в которой уже на протяжении целого года продолжается фактически гражданская война правительственных сил с вооруженными отрядами оппозиции, то здесь два президента проявили солидарность в оценках, порекомендовав обеим противоборствующим сторонам отказаться от насилия и сесть за стол переговоров.

Правда, подобные рекомендации проще произносить, нежели выполнять, однако внешнее совпадение позиций создает хоть какую-то благопристойность в отношениях. Тем более что в последнее время их осложняет еще одно, довольно пикантное, обстоятельство. Комитет по иностранным делам Конгресса США утвердил на днях так называемый закон Магнитского, согласно которому, определенные категории российских чиновников, замешанные в коррупции, подпадают под действие визовых и банковских санкций США.

В российской правящей элите это вызвало неподдельную ярость и даже угрозы принятия ответных мер. Трудно сказать, насколько это испугает американских политиков и бизнесменов, вряд ли хранящих свои пенсионные накопления в российском Сбербанке.

Между тем, ситуацию вокруг Сирии заметно накалил инцидент с турецким военным самолетом, сбитым сирийскими средствами ПВО всего в одном километре от берега, что привело к крушению объекта в территориальных водах Сирии. Обмен резкими заявлениями с обеих сторон высветил диаметрально противоположные оценки происшествия.

Турецкий МИД уже передал Сирии ноту протеста, утверждая, что самолет был сбит над нейтральными водами, и только после этого, пролетев бесконтрольно около восьми миль, упал в сирийские территориальные воды. Кроме того, в Анкаре выражают уверенность в том, что сирийская сторона знала, чей это самолет, и сбила его без предупреждения вопреки международным нормам. Самолет, между тем, совершал тестовый и учебный полет по контролю функционирования национального радара, и его действия не были направлены против Сирии, а на борту не было оружия.

Вместе с тем Турция признает, что самолет действительно входил в воздушное пространство Сирии, однако это произошло за 15 минут до открытия по нему огня. При этом, как только турецкие диспетчеры обнаружили нарушение в маршруте полета, они предупредили пилотов – и самолет покинул сирийские воды.

Официальные лица сирийского МИДа дают иную трактовку произошедшему инциденту, отвергая обвинения в акте агрессии по отношению к Турции и настаивая на том, что сирийские военные действовали в соответствии с законами, принятыми в таких случаях.

Вместе с тем обращение Турции к совету НАТО с просьбой обсудить ситуацию вызвала повсюду в мире сильную озабоченность. Турция – член НАТО, участник Договора о коллективной безопасности, в соответствии с которым, члены альянса должны консультироваться друг с другом, если безопасность какой-то из сторон окажется под угрозой. В случае если имеет место факт вооруженного нападения на одну или несколько сторон альянса, это рассматривается как нападение на альянс в целом и предполагает немедленное осуществление действий, считающихся необходимыми, включая применение военной силы.

В ситуации вокруг Сирии появился реальный повод для осуществления военной операции НАТО.

Российские официальные лица предпочитают занимать позицию невмешательства и привычно призывают стороны к поиску мирных путей выхода из кризиса. После того, как военные наблюдатели ООН заявили о прекращении своей миссии в Сирии, глава российского МИДа Сергей Лавров пообщался по телефону со спецпосланником ООН и Лиги арабских государств по Сирии Кофи Аннаном.

Москва настаивает на международной конференции по Сирии и заявляет о неприемлемости вооруженного вмешательства извне во внутренний конфликт в этой стране. Эта позиция вполне объяснима: в Тартусе находится российская военно-морская база, официально числящаяся как пункт материально-технического обеспечения, но реально представляющая собою стратегический военный объект. Он может обеспечивать всем необходимым военные корабли, выполняющие задачи в Ближневосточном регионе, в Атлантике, у берегов Африки, в Персидском заливе и т.д.

В январе текущего года в Тартусе побывала корабельная авианосная группа во главе с тяжелым авианесущим крейсером Северного флота «Адмирал Кузнецов», а в апреле – мае у берегов Сирии дежурил сторожевой корабль Черноморского флота «Сметливый», пополнявший запасы и усиливавший охрану военно-морской базы.

Российские военные эксперты уверены в том, что российское военное присутствие в Тартусе и у берегов Сирии необходимо, однако однозначно встать на сторону официального Дамаска для России опасно, поскольку может привести к лобовому столкновению с силами НАТО.

Другое дело, если бы удалось создать своего рода альянс влиятельных государств, например, Китая, Индии, Ирана, заинтересованных в погашении конфликта в Сирии. Такой альянс мог бы стать противовесом от возможных несанкционированных военных действий в регионе со стороны стран НАТО и США. В одиночку же России довольно сложно, даже в условиях военного присутствия у берегов Сирии, осуществлять активную внешнюю политику, направленную на стабилизацию ситуации в этой стране.