Политический дневник. Всеобщий износ

Прошедшая неделя вместила в себя множество разноплановых, но одинаково значимых событий. Это и неудавшаяся попытка парламентариев отправить в отставку кабинет Михаила Фрадкова, и массовые протестные митинги как послесловие к ней. Особой вехой в истории двусторонних отношений станет, по всей видимости, встреча министров иностранных дел РФ Сергея Лаврова с госсекретарем США Кондолизой Райс как предварительный шаг для саммита «Путин – Буш» 24 февраля в Братиславе, не предвещающего нам ничего хорошего. И все-таки начать нужно с очередной трагедии на шахте «Есаульская» в Кузбассе, где взрыв метана унес жизни 26 человек – шахтеров и горноспасателей. По словам...

Прошедшая неделя вместила в себя множество разноплановых, но одинаково значимых событий. Это и неудавшаяся попытка парламентариев отправить в отставку кабинет Михаила Фрадкова, и массовые протестные митинги как послесловие к ней. Особой вехой в истории двусторонних отношений станет, по всей видимости, встреча министров иностранных дел РФ Сергея Лаврова с госсекретарем США Кондолизой Райс как предварительный шаг для саммита «Путин – Буш» 24 февраля в Братиславе, не предвещающего нам ничего хорошего. И все-таки начать нужно с очередной трагедии на шахте «Есаульская» в Кузбассе, где взрыв метана унес жизни 26 человек – шахтеров и горноспасателей. По словам губернатора Кемеровской области Амана Тулеева, эта шахта до сих пор считалась одной из лучших в области: за 20 лет в ней не произошло ни одной крупной аварии. Однако в Кузнецком каменноугольном бассейне это далеко не первая авария, в том числе и за последние полгода.

Как это повелось в последнее время, власть отреагировала на случившееся в своем привычном алгоритме. Сначала были озвучены суммы, которые предполагается выплатить семьям погибших. Затем пришло сообщение о том, что в Кемеровской области будет объявлен траур. Наконец, в последнюю очередь, сообщили о том, что туда будет направлена правительственная комиссия для выяснения причин случившегося.

Между тем, непонятно, что она, собственно, собирается выяснять? То, что шахты старые, с более чем 20-летним амортизационным стажем, и взрывы в них возникают с пугающей периодичностью? Что многочисленные российские правительства за последние пятнадцать лет успели привыкнуть к ним как к чему-то повседневному и неизбежному и нимало не озаботились обустройством отрасли, приносящей немалый доход? Что правительству, включая нынешнее, вообще нет никакого дела до реальных процессов в экономике, социальной сфере, и что обеспокоено оно только макроэкономическими показателями, следствиями которых и становятся взрывы, пожары и прочие доказательства Всеобщего Износа: техники, природы, управленческого искусства, человеческого терпения. Нынешнее российское общество все больше напоминает пирамиду, вершина которой настолько высоко вознеслась над землей, что потеряла представление о собственных опорах. Вопреки законам геометрии, такая пирамида рано или поздно надломится.

Признаки обострения системного кризиса, и без того не покидавшие в последнее время российские просторы, на минувшей неделе проявились особенно отчетливо. Одним из них стала попытка Государственной Думы вынести вотум недоверия правительству за провалы в осуществлении монетизации льгот. Некоторые обозреватели, включая известного политолога Александра Ципко, назвали это мероприятие «плохим спектаклем», на том основании, что отрицательный результат голосования был фактически предрешен. 112 отважных, осмелившихся открыто голосовать «против», не могли решить задачу, требующую вдвое большего количества голосов плюс еще два голоса. Однако думская процедура имеет другие, гораздо более серьезные последствия, чем это представляется тем, кто дорожит нынешней так называемой «стабильностью» больше, чем знанием реального положения вещей.

Во-первых, впервые с момента избрания нынешней Думы оппозиция сумела инициировать столь серьезный вопрос, как отставка правительства. Совершенно очевидно, что ей это не удалось только потому, что страну захлестнули акции протестующих льготников и среди депутатов, лояльных к власти, нашлись такие, кто счел необходимым отреагировать на них. Подобные реакции, как известно, сопряжены с немалым риском: отступников изгоняют, что, кстати, и случилось с одним из бывших членов «Единой России» Валерием Гартунгом, поддержавшим требование отставки правительства и даже отдавшим за нее свой голос.

Но, тем не менее, безумная социальная глухота, которая отличала российский кабинет министров, в особенности его экономическое крыло, оказалась нарушенной, и это маленькое достижение само по себе имеет гораздо большее значение, чем кажется на первый взгляд. Правительству сумели напомнить одну простую истину: его наняли налогоплательщики для эффективного управления страной, оно ответственно за все, что принимается в этой и других сферах, и время ответственности рано или поздно наступит. Поразительно, но российская власть на всех своих многочисленных ветвях в последнее время накрепко этот завет запамятовала.

Во-вторых, обнаружилось, что российского правительства как единой команды фактически нет. Речь, которую держал в парламенте глава правительства Михаил Фрадков, разительно отличалась от того, о чем периодически вещают с экрана его министры из экономического блока – Герман Греф, Алексей Кудрин и другие. Фрадков фактически признал ошибочной политику невмешательства государства в экономику, дерегулирование и все те негативные следствия этой политики, которые мы сегодня имеем. В контексте надвигающихся новых реформ – ЖКХ, здравоохранения, образования, пенсионной реформы – такой протрезвевший взгляд на вещи следует признать благом, и депутаты могут гордиться тем, что внесли свой вклад в его формирование.

Например, независимый депутат Оксана Дмитриева сравнила кабинет Фрадкова с командой врачей «скорой помощи», не обладающих достаточной компетенцией, чтобы спасти больного. С какой же стати они должны оставаться у его постели? В таких клинических терминах новое российское правительство еще никто не оценивал. Может, поэтому, премьер путался в словах, выглядел крайне неуверенно, хотя и понимал, что отставка ему лично и его правительству пока не грозит.

В-третьих, обнаружилась слабость и безответственность правящего парламентского большинства. Пометавшись в поисках виновных и не сумев передвинуть стрелки ответственности на руководителей регионов, «Единая Россия» избрала объектом своей критики одного-единственного министра – Михаила Зурабова. Вина последнего, как говорится, неоспорима, и его отставка, скорее всего, предрешена. Однако всем хорошо известно, что он далеко не самый главный идеолог всех последних реформаторских начинаний. Заявление Любови Слиски о том, что его добровольный уход в отставку был бы «настоящим мужским поступком, и страна бы его одобрила» выглядит наивно и цинично одновременно.

Наивно, потому что российская правящая элита не приучена к добровольным отставкам, как вообще не приучена брать на себя ответственность за что-либо, вне зависимости от того, настоящие это мужчины или не совсем. Цинично, ибо парламентское большинство имело самое непосредственное отношение к принимавшемуся закону и, следовательно, несет прямую ответственность как за его содержание, так и за исполнение, хотя изо всех сил пытается их разделить, доказывая, что закон хорош, но исполнители подкачали. С этой точки зрения Зурабов имеет все основания предложить уйти в отставку и Слиске, и Грызлову, и другим видным функционерам «партии власти».

Поэтому следует признать, что атака на «Единую Россию», инициированная КПРФ, в целом удалась. Всем стало очевидно, что партия не самостоятельна, не умеет управлять и при этом не желает следовать общепринятым нормам политического межпартийного взаимодействия. Последующие события показали, что она еще и отменный мистификатор: в минувшее воскресенье в столичных городах опять появились молодые люди, «Идущие вместе» и прославляющие любимого президента, правительство и курс реформ. Если уж говорить о спектаклях, то, скорее, ими были такие вот показные верноподданные шествия, нежели то, что по Конституции называется вотумом недоверия правительству. Но, в отличие от конституционной процедуры, такие спектакли небезобидны. Исполнительная власть устами и президента, и премьера признала реально допущенные и достаточно болезненные для населения ошибки, и приступила к их оперативному исправлению.

И именно в это время на улицы выводят другое поколение, которому еще ни о чем не говорят такие слова, как «пенсия» или «льготы», и чей неумеренный оптимизм и благодушие совершенно неадекватны сложившейся напряженной социально-экономической ситуации. Надо ли напоминать, чем могут закончиться встречи таких разных демонстраций на лицах одного города? И чем оборачивается для страны и общественной стабильности искусственно насаждаемый раскол между поколениями, одно из которых олицетворяет собой Великую Победу, а другое – не по своей вине – до недавнего времени решало преимущественно вопрос о том, кому пойти за «Клинским»?

Сегодня оно намерено доказать всем нам, что «все путем!» А ведь протесты стали выражать не только пенсионеры и другие льготные категории населения, но и те, кто до недавнего времени не роптал и держался подальше от политики. Например, автомобилисты, недовольные перманентным ростом цен на бензин. В свете происходящих едва ли не ежемесячно трагедий на российских шахтах пора, видимо, и шахтерам напомнить о себе: сколько же еще можно безропотно умирать в полуразрушенных забоях?

Хочется еще раз напомнить одну политическую банальность: если протест нельзя выразить в специально предназначенных для этого институтах (прежде всего в парламенте), то он непременно выйдет на улицы и площади. И вряд ли имеет смысл играть с этим огнем, да еще пытаться проводить в пику протестующим бутафорские праздничные шествия. Как-то сильно это напоминает незабвенного попа Гапона и события вековой давности. Вот только закончилось все, как помнится, достаточно печально.Александра ГЛУХОВА,

доктор политических наук,
профессор ВГУ.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.