Политический дневник. Запрос на честную власть

В центре внимания аналитиков на минувшей неделе были процессы на постсоветском пространстве. Визит Президента Владимира Путина на Украину вряд ли стоит связывать лишь с завершением дней российской культуры в этой братской республике. Визит американского госсекретаря Колина Пауэлла в Тбилиси вряд ли стоит рассматривать только в контексте инаугурации нового президента Грузии. Как уже не раз подчеркивалось, все сильнее ощущается американское присутствие вблизи южных российских границ, трактуемое как само собой разумеющийся факт. И вот уже российская сторона пытается добиться от американской признания законности своих интересов на пространстве бывшего СССР.

Политический дневник. Запрос на честную власть В центре внимания аналитиков на минувшей неделе были процессы на постсоветском пространстве. Визит Президента Владимира Путина на Украину вряд ли стоит связывать лишь с завершением дней российской культуры в этой братской республике. Визит американского госсекретаря Колина Пауэлла в Тбилиси вряд ли стоит рассматривать только в контексте инаугурации нового президента Грузии. Как уже не раз подчеркивалось, все сильнее ощущается американское присутствие вблизи южных российских границ, трактуемое как само собой разумеющийся факт. И вот уже российская сторона пытается добиться от американской признания законности своих интересов на пространстве бывшего СССР.

Не успела Грузия избрать нового президента – молодого тридцатипятилетнего националиста Михаила Саакашвили, как уже с новой силой зазвучали требования вывода с территории Грузии российских военных баз, причем в короткий, трехлетний срок. Аргументы российских официальных лиц о том, что такой срок попросту нереален, хладнокровно игнорируются, тем более, что Борис Ельцин в свое время на саммите в Стамбуле подписал соответствующие договоренности. И вот уже заботливые американцы предлагают оплатить эту операцию, лишь бы быстрее избавить Грузию от российского военного присутствия, а грузинское военное ведомство усиленно разрабатывает планы стратегического партнерства с США. Старая истина о том, что в политике свято место пусто не бывает, находит свое очередное подтверждение.

В минувшую субботу начались торжества, связанные с инаугурацией нового грузинского президента. Эта церемония была продумана со всею возможною тщательностью и преследовала далеко идущие цели. Так, молодой грузинский лидер прежде всего дал клятву на могиле известного грузинского государственного деятеля царя Давида, что главной целью своей президентской деятельности сделает восстановление единства страны. Это заявление, поддержанное не кем-нибудь, а самим грузинским патриархом Ильей II, звучит не только величественно, но и достаточно зловеще. Всем хорошо известно, что Грузия называется Грузией лишь номинально, поскольку представляет собой несложившееся государство, три части которого – Абхазия, Аджария и Южная Осетия – не признают грузинское руководство в Тбилиси. Но если Эдуард Шеварднадзе хотя бы делал вид, что пытается договариваться с мятежными автономиями, то у Саакашвили совсем иной стиль политического руководства, поскольку американская помощь ему гарантирована. Получив в лице США самого могущественного из всех возможных покровителей, молодой грузинский политик вряд ли захочет вести долгие и утомительные переговоры, но может поддаться соблазну решить все запутанные проблемы силой. Следовательно, Грузия вновь не застрахована от гражданской войны, ужасы которой мир уже наблюдал в начале 90-х годов прошлого века.

В России пока не в полной мере осознается эта новая угроза. Сказывается привычно-пренебрежительное отношение к бывшим республикам СССР как к младшим братьям, отношения с которыми всегда можно повернуть в свою пользу. Однако в данном случае из-за плеча младшего грузинского брата выглядывает большой американский брат, заинтересованный не только в политическом влиянии в Закавказье, но и в беспрепятственном транзите каспийской нефти к турецким портам, минуя территорию России. В такой ситуации делать вид, что ничего особенного не происходит, значит уподобляться страусу, прячущему голову под крыло. Между тем посол США в России Александр Вершбоу выразился предельно откровенно: «Есть трудности с урегулированием наших отношений на постсоветском пространстве».

В России между тем набирает гонку предвыборная президентская кампания. На минувшей неделе прошли съезды ряда партий, проигравших выборы, прежде всего СПС и «Яблока». На них рассматривались причины столь неутешительного для либералов и демократов результата выборов и определялась стратегия на ближайшую и отдаленную перспективу. Ближайшей перспективой, как известно, являются президентские выборы 14 марта, и отношение к ним правых неоднозначно. Григорий Явлинский как лидер партии «Яблоко» настаивает на бойкотировании выборов, справедливо считая их исход предрешенным. Другие видные представители «Яблока» считают такую позицию в принципе неверной и призывают поддержать Ирину Хакамаду как представителя наиболее близкой по духу политической силы.

В стане правых положение дел еще печальнее. Выдвижение И.Хакамады произошло фактически самовольно, за исключением поддержки некоторыми ее соратниками, прежде всего Борисом Немцовым. С другой стороны, реакция Анатолия Чубайса на эту инициативу оказалась более чем прохладной, если не сказать больше. Дело в том, что свою избирательную кампанию Хакамада начала в резко агрессивном тоне, напомнив Владимиру Путину о том, ценой какого количества жертв была проведена операция по освобождению заложников мюзикла «Норд-Ост». Сама стилистика и содержание этого наступательного хода очень напоминает аналогичные обвинения из-за рубежа, на которые не скупится главный политический оппонент Путина Борис Березовский.

Пошли слухи о том, что вместе с другими гонимыми – Леонидом Невзлиным и Бедри Патеркацишвили лондонский сиделец намерен оказывать всяческую поддержку именно Ирине Хакамаде, но не просто так, а в пику нынешнему президенту. Естественно, что столь антипутинская позиция бывшей соратницы по первой тройке СПС не может не тревожить главного энергетика страны, опасающегося уже не просто за свою партийную карьеру, но прежде всего за свое должностное положение, и – как следствие – за политическое влияние. Видимо, поэтому чиновники РАО ЕЭС начали в регионах сбор подписей в поддержку Путина, а вовсе не Ирины Хакамады. Весь ход событий говорит о том, что в СПС вероятнее всего возникнет раскол, тем более что серьезные конфликты возникали там и ранее, но искусно выдавались за внутрипартийный плюрализм. Теперь, когда исчез главный партийный обруч – парламентская фракция – выдавать желаемое за действительное становится все труднее. Вожди партии, сложившие с себя на съезде руководящие полномочия, возможно, расчистили площадку для создания новой либерально-демократической партии, необходимость присутствия которой в партийно-политическом спектре не вызывает сомнений.

Воронежцы между тем выбирали мэра и лишний раз подтвердили неблагодарность политических прогнозов в России. Вопреки ожиданиям нарушена традиция сохранения преемственности власти. Не Иван Образцов, поддержанный областной властью, стал лидером избирательного марафона. Победа досталась вице-спикеру областной Думы Борису Скрынникову. Никакие предварительные социологические опросы не могли предсказать столь неожиданный и симптоматичный результат.

Неожиданность его, как уже сказано, кроется в отсутствии тех колоссальных финансовых и административных ресурсов, которые отличают «простого» кандидата от выдвиженца так называемой «партии власти». В нашем случае громадный административно-финансовый ресурс был полностью вложен в главу Коминтерновского района, интенсивность информационной и психологической атаки которого превысила все допустимые пределы. Складывалось впечатление, что Иван Образцов уже избран городским главой, и само голосование ничего не решает, поскольку его итог предопределен. Похоже, что и сам кандидат, с подачи своих имиджмейкеров, искренне уверовал в благоприятный для себя исход дела. Но Россия есть Россия, и чувство справедливости традиционно относится в ней к числу наиболее почитаемых ценностей. Видимо, избиратели не простили действующей власти и ее кандидату столь самоуверенного поведения, расценив его как пренебрежительное отношение к своему мнению.

Симптоматичность же воронежских выборов состоит в другом, а именно в растущей популярности идеи честной власти, насколько этот феномен вообще возможен в России. Не имидж хозяйственника, демонстрирующего осведомленность буквально в каждой текущей крыше и негреющей батарее, а образ борца с коррупцией, неподкупного и справедливого, завладел умами и сердцами наших земляков. Его активно использовал не только победитель, но и второй финалист – Виктор Витиник. Но в данном случае имиджмейкеры постарались придать своему герою вполне конкретный и привлекательный образ «своего среди чужих». Отсюда и характеристика героя была выдержана в жанре объективки из сериала «Семнадцать мгновений весны», а миссия Витиника преподносилась почти как роль героя любимого им фильма «Подвиг разведчика». Но если намерения и старания политтехнологов были вполне понятны, то успех их предприятия говорит об одном: они попали в самую точку. Вслед за популярной ныне идеей природной ренты, которую надлежит вернуть народу, идея честной власти составляет комплекс требований, нацеленных на фактический разрыв с тем экономическим и политическим укладом, который сложился в России в последние полтора десятилетия.

На мой взгляд, Воронеж показал некоторые новые тенденции в политическом сознании и поведении россиян, по крайней мере, в рамках нашего региона. Впервые за многие годы сложился предвыборный союз различных политических сил: кандидатуру Бориса Скрынникова поддержали не только соратники, преимущественно правоцентристской ориентации, но и левые силы, обладающие в нашем городе достаточно внушительным потенциалом. Видимо, привычное деление на левых и правых, коммунистов и демократов постепенно отходит в прошлое, предлагая взамен другие идентификации, в основе которых не столько идеологическая чистота принципов, сколько рациональные интересы и нормальные человеческие потребности: в безопасности, социальных гарантиях, ответственной власти и т.д. И этот факт может стать весьма отрадным явлением нашей политической жизни в случае, если победитель правильно расшифрует запрос, посланный ему обществом, и станет действовать в соответствии с ним.