Политический дневник .Кризис доверия

Прошедшая неделя, главной достопримечательностью которой стала подготовка к встрече в верхах, открывшейся в немецком городке Хайлигендамм 5 июня, может быть отнесена к числу наиболее риторических недель последнего времени. Кто только в риторике не упражнялся! Но если российским официальным лицам по должности предписано делать различные, в том числе и довольно резкие, заявления, то малоизвестным бизнесменам, имен которых еще совсем недавно никто не знал, такая роскошь до последнего времени была недоступна. И вот они в центре...

Прошедшая неделя, главной достопримечательностью которой стала подготовка к встрече в верхах, открывшейся в немецком городке Хайлигендамм 5 июня, может быть отнесена к числу наиболее риторических недель последнего времени. Кто только в ней не упражнялся! Но если российским официальным лицам по должности предписано делать различные, в том числе и довольно резкие, заявления, то малоизвестным бизнесменам, имен которых еще совсем недавно никто не знал, такая роскошь до последнего времени была недоступна. И вот они в центре общественного внимания, а заодно – и скандала, не украшающего зарубежный имидж России. Речь идет, разумеется, о широко разрекламированном интервью, которое Дмитрий Ковтун и Андрей Луговой недавно дали отечественным и зарубежным СМИ.

Как известно, английская Королевская прокуратура обвиняет одного из них, Андрея Лугового, в отравлении Александра Литвиненко. Подробности этого, действительно криминального, дела уже многократно излагались в прессе. Однако английская Фемида не только предъявила соответствующие обвинения, но и потребовала выдачи Лугового британскому правосудию. В законодательстве Российской Федерации нет нормы об экстрадиции ее граждан, вследствие чего Луговому, по большому счету, ничто не угрожало. Однако ситуация оказалась для него совсем нелегкой в психологическом плане, что подтверждалось исключительно эмоциональными и малодоказательными заявлениями, которыми он осчастливил прессу.

Во-первых, он объявил, что не причастен к смерти своего «давнего друга».Тем более что после памятного чаепития Литвиненко скончался, а Ковтун с Луговым слегли в больницу. Если учесть, что в чаепитии принимали участие жена и дети Лугового, то заподозрить последнего в изуверских наклонностях по отношению к собственной семье было бы совсем уж странно.

Во-вторых, взору тележурналистов предстала масштабная картина антироссийского заговора, затеянного британскими спецслужбами и их агентом Борисом Березовским.

По словам Лугового, Литвиненко и Березовский были поочередно завербованы английской разведкой. Литвиненко якобы пытался завербовать и Лугового. И даже вручил ему книгу популярного ныне писателя и артиста Евгения Гришковца «Рубашка». Книга предназначалась для кодирования сообщений, посвященных секретам российских спецслужб и руководству страны. К слову сказать, Гришковец, узнав об этом со слов Лугового, был приятно удивлен, что естественно: книге была сделана внушительная и бесплатная реклама, и круг ее читателей, надо полагать, расширится.

Что же касается предложения Литвиненко о вербовке, то он получил решительный отказ. От Литвиненко Луговой узнал о поставленной на поток торговле английским гражданством; о причастности Березовского к убийству Владислава Листьева; об его угрозах другим известным российским журналистам и т.д. Что же касается версий отравления Литвиненко, то его, по мнению Лугового, могли осуществить представители британских спецслужб; русская мафия или же сам Березовский. Фактически это могла быть расплата за попытки шантажа, которому Литвиненко подвергал своего патрона.

Во всей этой темной истории понятно лишь то, что организатор пресс-конференции существенным образом изменил свои прошлые показания.

В частности, в ноябре минувшего года он утверждал, что никаким чаем Литвиненко не поил. Почему же сейчас он решился на пространные заявления для прессы? И почему его темпераментное выступление прозвучало целую неделю спустя после предъявления ему обвинений Королевской прокурорской службой? Не для того ли, чтобы согласовать текст с заинтересованными ведомствами? Так или иначе, но совершенно ясно одно: Луговой объявил о масштабной шпионской войне, и эта сенсация не сулит ничего хорошего отношениям России с внешним миром.

Между тем эти отношения и так уже далеки не только от идеальных, но и от нормальных – в простом, обыденном понимании этого слова.

Начиная с памятного выступления Президента Владимира Путина в Мюнхене и до его последней пресс-конференции иностранным журналистам перед вылетом на саммит в Германию, градус непонимания и недоверия во взаимоотношениях России с ее партнерами только возрастал.

Толчком к похолоданию стало пресловутое решение США о размещении элементов системы ПРО в Восточной Европе и активное «окучивание» тех стран, на территории которых эти радары будут установлены. В ответ Россия внесла в повестку дня международной дипломатии вопрос о Договоре об обычных вооруженных силах в Европе. Для этого в середине июня в австрийской столице предлагается созвать чрезвычайную конференцию государств – участников соответствующего договора. В тексте договора такое право любого государства – участника оговорено, но – только при чрезвычайных обстоятельствах. К таковым Россия относит затягивание государствами – членами НАТО ратификации Соглашения об адаптации ДОВСЕ, подписанного в 1999 году в Стамбуле.

Несмотря на серьезный вызов, бросаемый этими заявлениями и действиями западному сообществу, позиция российского руководства представляется вполне продуманной и последовательной. Еще месяц назад, выступая с Посланием Федеральному Собранию, Владимир Путин сообщил о возможности введения моратория на исполнение Россией этого договора. Кроме того, российский президент предложил обсудить эту проблему в совете Россия – НАТО. Если прогресса не будет, то обязательства по этому договору необходимо прекратить. Мораторий должен действовать до тех пор, пока все страны НАТО не ратифицируют договор и не начнут исполнять его не на словах, а на деле, как это делает Россия.

Договор был подписан в 1990 году в Париже 22 государствами, 16 из которых принадлежали к НАТО, а 6 входили в существовавший на тот момент Варшавский договор. Впервые в истории Европы на континенте были ограничены обычные вооружения. Распад Варшавского блока и расширение НАТО потребовали приспособления ДОВСЕ к изменившейся конфигурации военно-политических сил.

Однако «ястребы» из НАТО, не исключая печально известного Дональда Рамсфельда, заявили о том, что Договор об обычных вооружениях в Европе не может быть ратифицирован государствами альянса до тех пор, пока Россия не выполнит взятое на себя в 1999 году в Стамбуле обязательство вывести войска из Молдавии и Грузии. Такое обязательство действительно было взято на себя тогдашним президентом Борисом Ельциным, хотя далеко не все представители российской политической элиты были с ним согласны. Однако настаивать сегодня на немедленном выполнении этого обязательства кажется, по меньшей мере, странным, поскольку процесс вывода российских войск с территории названных государств и так уже реализуется. По крайней мере, в отношении Грузии: его завершение запланировано на конец следующего, 2008, года.

Предложение российской стороны обсудить ситуацию вокруг Договора об обычных вооруженных силах в Европе на чрезвычайной конференции в Вене означает фактический ультиматум в отношении НАТО: либо ратификация договора всеми членами Североатлантического альянса, включая и страны Балтии, либо выход России из Договора.

Нет нужды говорить о том, что последний вариант развития событий невыгоден как России, так и НАТО. Прежде всего тем, что окончательно подрывает остатки доверия между ними. А доверие – это невосполнимый капитал в международных делах. Взять хотя бы Хайлигендаммский саммит. Уже сейчас понятно, что он вряд ли принесет какие-либо ощутимые плоды, как и все встречи на высшем уровне последнего года. Причина все та же – в кризисе доверия между государствами – мировыми лидерами.

По мнению хозяйки саммита, немецкого канцлера Ангелы Меркель, главными темами саммита должны были стать климат и судьба Киотского протокола. Однако администрация США заявила протест по поводу ограничений, налагаемых этим документом. Американский бизнес не хочет брать на себя никаких обязательств перед миром в вопросах промышленного развития, а следовательно, и вредных выбросов в атмосферу. Заставить их подчиниться мнению подавляющего большинства членов мирового сообщества не представляется возможным: американцы не отменили смертную казнь (в ряде штатов), игнорируют Киотский протокол и позволяют себе много чего такого, что не позволено простым смертным.

Вместе с тем саммиты – это именно такие встречи, на которых откровенно и нелицеприятно обсуждаются многие вопросы, создающие напряженность в международных делах. На сегодняшний день – это проблемы обострения международной обстановки, появления признаков новой гонки вооружений, нарастающего недоверия между народами, включая лидеров государств. Подозрительность государств в отношении друг друга заметно нарастает, а способов разорвать эскалацию напряженности пока не придумали.

США стремятся модернизировать собственную систему противоракетной обороны, поскольку опасаются угрозы со стороны других держав, прежде всего России и Китая. Те, в свою очередь, не доверяют заявлениям американцев и их союзников о том, что система ПРО не содержит никакой опасности для России.

Одни устные или письменные заверения в доброжелательности и благонадежности вряд ли исправят положение. Необходимы другие, более сложные, меры, а именно: конкретные, практические шаги навстречу друг другу. Их результатом может стать формирование зон согласия и нахождение компромиссных вариантов решения глобальных и иных проблем.

Что касается нынешней ситуации, то она ненормальна со всех точек зрения, будь то разногласия по ПРО или шпионский скандал, подоспевший так не вовремя. Впрочем, не исключено, что кому-то он представляется очень даже своевременным, поскольку позволяет легко и просто мобилизовать в свою поддержку всех тех, кто традиционно видит в лице Запада главную угрозу для России. Может, дело не только в подозрительности к нам Запада, но и в том, что у нас очередные выборы на носу? Александра ГЛУХОВА,

доктор политических наук,
профессор Воронежского
государственного университета.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.