Политический дневник Французский вектор

На минувшей неделе Владимир Путин совершил свой первый, в качестве премьер-министра, внешнеполитический визит. Целью визита была избрана Франция. По причинам, не сразу ставшим понятными непосвященной публике. Однако ларчик открывался очень просто.

На минувшей неделе премьер-министр России Владимир Путин совершил свой первый – в новом качестве – внешнеполитический визит. Целью визита была избрана Франция по причинам, не сразу ставшим понятными непосвященной публике. Однако ларчик открывался очень просто: с июля именно к этой стране переходит председательство в европейском союзе, а немного раньше стартуют переговоры между Москвой и Евросоюзом по новому базовому соглашению.

Франция принадлежит к числу ключевых стран этой международной организации, имеющих с Россией стабильные связи в политической и экономической сферах. Кроме того, Франция –это влиятельная участница НАТО и постоянный член Совета Безопасности ООН, который, по настоятельным напоминаниям России, является сегодня единственным органом, отвечающим за вопросы войны и мира. Отсюда успешность российско-французских отношений представляется чрезвычайно выгодной для обеих стран, хотя и не снимает некоторые разногласия между ними.

Так называемое Большое соглашение с Евросоюзом предполагалось заключить раньше, когда в нем председательствовала Германия. Однако это не удалось – в силу целого ряда причин, включая и внутренние проблемы правящей коалиции. Впрочем, французский президент Николя Саркози может стать даже более удачливым лоббистом переговоров, чем немецкий канцлер Ангела Меркель, поскольку более склонен к активным и наступательным действиям, в том числе и в отношении своих европейских собратьев. Предсказуемый и весомый лидер ЕС уже на начальной стадии переговоров может задать благоприятный дух и ритм дальнейшему движению вперед.

Наблюдатели обратили внимание на пышный прием, устроенный главе российского правительства, принимавшегося фактически как глава государства. Президент Франции Николя Саркози, никогда не приглашающий на обед премьер-министров, на этот раз сделал исключение для Владимира Путина. Французские журналисты не преминули полюбопытствовать, не готовится ли в России реформа политической системы, предполагающая усиление властных полномочий правительства и превращение страны из суперпрезидентской в парламентско-президентскую республику.

В интервью газете «Монд» Владимир Путин опроверг это предположение, подчеркнув, что продолжительную беседу с Николя Саркози по вопросам, отнесенным Конституцией РФ к компетенции президента, он вел не в качестве главы правительства, занимающегося преимущественно экономическими и социальными проблемами, а в качестве члена Совета Безопасности России, компетентного в вопросах войны и мира, национальной и международной безопасности.

Ответ был вежливо принят к сведению, хотя такие аргументы не выглядели для французов слишком убедительными. Ведь на общение со своим французским коллегой, главой правительства Франсуа Финьоном Владимир Путин потратил всего лишь около часа своего времени. Этого было явно недостаточно для обсуждения почти двух десятков вопросов, заявленных в программе визита. С другой стороны, глава российского правительства нашел время для встречи с бывшим президентом Франции Жаком Шираком и одним из старейших европейских писателей Морисом Дрюоном. За весомый вклад в развитие российско-французских отношений Жак Ширак удостоился Государственной премии Российской Федерации.

Французских экспертов очень интересует вопрос о том, кто будет курировать отношения между Россией и Евросоюзом в ближайшие четыре года. Во время президентства Владимира Путина этим занималась его администрация, определявшая курс как для МИДа, так и для правительства РФ. По их мнению, Путин придает большое значение отношениям России с Евросоюзом и будет лично курировать европейское направление российской внешней политики.

Французское председательство в ЕС не включило Россию в официальный список приоритетов, однако РФ является косвенным приоритетом для Евросоюза. Одной из главных тем, заявленных Парижем, является энергетика. Кроме того, высказываются предложения о необходимости перестроить двусторонние отношения «Россия – ЕС», которые сегодня характеризуются очень активным экономическим взаимодействием и одновременно напряженностью на политическом уровне. Отсюда одной из главных задач французского руководства является снятие этой напряженности и налаживание стабильного и перспективного партнерства с Россией.

Как и в президентство Жака Ширака, Франция при Николя Саркози старается учитывать российские озабоченности, чем, наоборот, пренебрегают США. В частности, в вопросах расширения НАТО Франция, как и страны – основательницы ЕС плюс Норвегия, выступает против поспешного приема в альянс Грузии и Украины. И дело не только в неготовности последних к вступлению в альянс, но и в учете позиции России, которая болезненно реагирует на попытки ослабить ее влияние в СНГ и приблизить военную инфраструктуру НАТО к российским границам. С учетом этих факторов Франция представляется весьма удобным посредником как в диалоге с Европой, так и в решении ряда острых международных проблем. В таких вопросах и Владимир Путин, и Николя Саркози делают ставку на личные договоренности, что по-своему сближает этих двух лидеров.

Однако остаются и противоречия, наиболее ярким из которых является Косово.

В интервью французским журналистам Владимир Путин довольно эмоционально отреагировал на эту проблему. Отвечая на вопрос об отношении России к двум непризнанным территориям в составе Грузии – Южной Осетии и Абхазии, названных «сепаратистскими», – он напрямую спросил о том, почему этот термин не применяют в отношении Косово, откуда продолжают изгонять сербов и где ситуация далека от идеальной.

Официальная позиция французской стороны заключается в том, что по мере сближения Сербии с Евросоюзом косовская тема будет утрачивать свою актуальность в диалоге Москвы с Западом, поскольку Франция в период своего председательства в ЕС намерена покровительствовать Сербии. Кроме того, конструктивное взаимодействие России и Евросоюза возможно и в решении других острых международных проблем, включая ближневосточное урегулирование, Иран или миротворчество в Африке. Таким образом, сегодня наступило очень удачное время для официального старта новых переговоров между Москвой и Брюсселем, почву для которых уже подготовили бюрократия и дипломатические ведомства стран – участниц Евросоюза.

Российская сторона также внесла свою лепту в процесс подготовки, урегулировав отношения с Польшей и проявляя сдержанность в отношении балтийских соседей, зачастую провоцирующих на резкие заявления и действия. Кроме того, смена президентов в России породила фактор политико-психологической новизны – очень важный как для ее собственного поведения, так и для восприятия ее европейскими партнерами. В стратегическом плане Москве и Брюсселю важно начать новый этап взаимопонимания и поиска адекватных механизмов взаимодействия. Новое соглашение в идеале должно суммировать все политические достижения и договоренности последних лет в виде юридически обязывающего документа. В отношения России с Евросоюзом необходимо вернуть поступательную динамику, поскольку ее нынешний «нулевой уровень» является крайне неблагоприятным фактором, особенно на фоне повышенной проевропейской активности наших ближайших соседей, в первую очередь Украины.

Системные и широкомасштабные переговоры с Евросоюзом могут стать механизмом решения многих проблем, в том числе энергетических. В случае его институционального развития и правового оформления энергетический диалог может стать адекватным заменителем неудавшейся Энергетической хартии. Аналогией может служить переговорный процесс по вступлению России в ВТО, в ходе которого многочисленные отряды правительственной бюрократии, не имеющей отношения к дипломатическому ведомству, были мобилизованы на сознательное и предметное осмысление и понимание внешней политики и экономических приоритетов страны.

Кроме того, полномасштабные переговоры с ЕС затрагивают не только чиновников, но и российских предпринимателей, представителей российского бизнеса, заинтересованность которых в детализированных отношениях с ЕС будет только возрастать. Не исключено, что и в этом случае произойдет осознание и формулирование не только корпоративных, узкогрупповых, но и серьезных внешнеполитических интересов. Таким образом, французский вектор внешней политики может открыть путь к оптимизации отношений России с Европой.