Председатель Воронежского облизбиркома: «В Астане всё спокойно»

В начале декабря в Казахстане состоялись президентские выборы. Шесть с лишним миллионов пришедших на выборы правоспособных казахстанских граждан были единодушны в своем волеизъявлении: действующий президент Нурсултан Назарбаев собрал более 91% их голосов. Среди шести представителей российского Центризбиркома, наблюдавших за выборами в Казахстане, был и председатель Воронежской областной избирательной комиссии Владимир Селянин. Своими впечатлениями от «казахстанского феномена» он поделился с «Коммуной»...

В АСТАНЕ ВСЁ СПОКОЙНО

Председатель избирательной комиссии
Воронежской области Владимир Селянин наблюдал за
выборами президента Кахастана В начале декабря в Казахстане состоялись президентские выборы, которые никто вокруг не заметил – настолько спокойными и предсказуемыми для всех заинтересованных наблюдателей они оказались. Шесть с лишним миллионов пришедших на выборы правоспособных казахстанских граждан были единодушны в своем волеизъявлении: действующий президент Нурсултан Назарбаев собрал более 91 процента их голосов. Даже участвовавшие в выборах представители оппозиции, да и наблюдатели от ОБСЕ, обычно крайне придирчивые, были вынуждены согласиться с непреложным фактом: выборы прошли без заметных нарушений, пресловутый административный ресурс и давление на избирателей отсутствовали.
Среди шести представителей российского Центризбиркома, наблюдавших за выборами в Казахстане, был и председатель Воронежской областной избирательной комиссии Владимир СЕЛЯНИН.

Своими впечатлениями и наблюдениями о причинах «казахстанского феномена» он поделился с «Коммуной». – Нам довелось наблюдать за выборами в Карагандинской области: это север Казахстана, где традиционно проживает по большей части русскоязычное население.

Какие моменты на этих выборах важно отметить? Прежде всего – это дружная явка избирателей, которая в Караганде была примерно такой же, как и в целом по стране: около 76 процентов. Правда, поначалу, пока мы еще не знали общей ситуации по стране, нас смутил такой факт: в Караганде на отдельных участках за Назарбаева было отдано до 96-98 процентов голосов. А все социологические опросы, которые накануне проводились в стране, говорили о том, что Назарбаева поддерживают три четверти населения – это 75, но никак не 98 процентов. Но, как видим по общим результатам, социологи в своих прогнозах ошиблись.

– А может быть, такие цифры возникли оттого, что, как считают некоторые авторитетные эксперты, сторонники оппозиционных кандидатов, заранее предвидя исход выборов, проголосовали «ногами», то есть просто не пришли на избирательные участки? – Нет, я думаю, что это не так: большинство населения пришли на выборы. И вот что характерно: нам было удивительно в семь часов утра, когда открылись избирательные участки, видеть очереди на них из избирателей. А к 11 часам эти очереди стали еще больше. Так что это был, пожалуй, самый большой недостаток прошедших в Казахстане выборов: избиркомы элементарно не справлялись с потоком желающих проголосовать.

Что еще бросилось в глаза? Это большое внимание государства, правительства к избирательной системе, способность быстро устранять возникшие сложности. В сентябре прошлого года, когда в Казахстане проходили выборы в парламент республики, была опробована новая, электронная система голосования. И тогда же выяснилось, что она излишне сложна в обращении. На этих выборах я тех прежних терминалов уже не увидел. Теперь там используют примерно такие же сканирующие устройства, что мы испытывали у нас в Воронеже.

При этом избирателям была предоставлена возможность голосовать по-старинке – с помощью бумажного бюллетеня. И, надо сказать, большинство – от двух третей до трех четвертей на отдельных участках – избирателей воспользовались именно традиционной системой: доверия к бумаге, говорят, больше. И в телерепортажах из Астаны было видно, что сам Назарбаев голосовал электронным бюллетенем, а его супруга – бумажным.

Говоря о личных впечатлениях, добавлю: чувствуется, что Назарбаев в республике имеет явный и безоговорочный авторитет. Неслучайно на его предвыборных плакатах было написано просто: «Назарбаев – наш лидер», и больше – ничего, никаких призывов или лозунгов. Со многими, самыми разными, людьми пришлось нам общаться, и все на вопрос, за кого будете голосовать, недоуменно даже отвечали: а что, у нас есть еще на кого ставку сделать? Эти выборы в очередной раз показали, что авторитет Назарбаева в республике – безусловный. И многие казахи, говоря об этом, вспоминают русскую пословицу: «От добра добра не ищут».

– Владимир Егорович, из всех «постперестроечных» политических деятелей, доставшихся нам, так сказать, еще от прежней эпохи, Назарбаев, пожалуй, единственный, кто пользуется безоговорочным авторитетом не только среди казахов, но и на всем постсоветском пространстве. На чем держится этот его авторитет? Что, действительно они там так хорошо живут? – Мне не раз приходилось слышать, в том числе не только в Казахстане, но и от россиян, что в свое время, если бы не Горбачев стал президентом, а Назарбаев – и такая вероятность была, – скорее всего, мы сегодня жили бы в другом обществе. Казахстан – а мне в последние годы пришлось наблюдать за выборами и в Азейбарджане и, скажем, в Киргизии, – развивается наиболее динамично.

Многие за пределами республики ставят Назарбаеву в укор, что он перенес столицу в Астану: мол, по примеру Петра Первого, построил себе город-памятник. Я был в новой столице. Кто-то назовет Астану помпезным городом, а я бы сказал – величественный. Это монументальный город, построенный на века; это широкие проспекты, многие здания уже имеют свои народные названия и обросли легендами. Например, здание министерства нефтегазовой промышленности сделано в виде гигантской зажигалки – раза в три больше по размерам хорошо известного в Воронеже здания Сбербанка. Есть в Астане и такое здание – «Семь бочек» называется, это жилой комплекс в виде огромных, шестнадцати – и двадцатичетырехэтажных бочек – просто шикарно смотрится.

В очень хорошем состоянии дорожное покрытие в республике. Мы проехали от Астаны до Караганды, и, честно скажу, я не заметил ни одной ямки на всей дороге!

– Все-таки есть, наверное, эффект от того, что в свое время вся страна, весь огромный Советский Союз поднимал казахстанскую целину? Этот интернационализм как-то ощущается в республике? – Есть такой эффект, безусловно. Я скажу больше: когда я собирался ехать в Астану, оказалось, что многие из знакомых мне воронежцев имеют с Казахстаном некую кровную, я бы сказал, связь – все они просили поклониться не чужой для них земле и передать приветы родным и знакомым. Например, шеф-редактор воронежского радио Людмила Ивановна Селиверстова просила помахать рукой Караганде – там ее родина. Нина Антоновна Анохина, сотрудница нашей избирательной комиссии, после окончания института работала агрономом одного из районов. И много других таких примеров.

На примере Караганды видно, что в перестроечные годы, когда бывшие советские республики стали самостоятельными государствами, некоторая часть русскоязычного населения все же покинула пределы республики: если в конце 80-х в Караганде проживало семьсот тысяч человек, то сейчас только около пятисот. Но – отрадный факт, который отмечают многие карагандинцы: сегодня пошел обратный процесс, и те, кто так и не сумел найти свое место на исторической родине, возвращаются. И, что тоже немаловажно, их в Казахстане охотно принимают обратно.

Уровень жизни в Казахстане – и это заметно – довольно приличный. Если уровень оплаты труда в государственной сфере у них примерно такой же, как в России, то цены – несколько ниже. Я приведу такой пример, понятный всем: бензин 92-й у них стоит около 12 рублей, дизтопливо – 10. А вот удивительный факт – мы так и не выяснили его причину: подержанные автомобили из Европы у них значительно дешевле, чем у нас, там многие ездят на вполне приличных иномарках.

– То есть, можно сказать, что народ в Казахстане живет не то чтобы зажиточно, но, по крайней мере, не бедствует? – Да, пожалуй, можно сказать, что из всех бывших советских республик в Казахстане – самое социально защищенное население. При этом никаких особых социальных пособий там нет. Но, к примеру, минимальная пенсия там – около трех тысяч рублей. Записал
Владимир АНТОНОВ.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.