Как Ермоловка стала уважаемой

08.11.2013 09:38

Превращение нищей «Вертушки» в уважаемую Ермоловку – разве это не мудрость лучшего агрария Лискинского района и Воронежской области Вячеслава Галкина? А смелости ему по-прежнему хватает.

Экономика | «Человек с характером» – так зовут коллеги руководителя ООО «Ермоловское» Вячеслава Галкина, превратившего невзрачное хозяйство и село при нём в состоятельные и уважаемые

По большому счёту, он и сам, Вячеслав Галкин, вырос и состоялся как руководитель и неравнодушный хозяин земли своей в этом селе, ставшем ему родным. Селе, которое даже соседи в округе раньше знали не по исконному его названию, а по легкомысленному прозвищу – «Вертушка». И в далёкие теперь уже 70-е оно не очень-то дружелюбно встретило своего будущего спасителя и преобразователя, молодого инженера, успевшего пройти после окончания сельхозинститута крещение трудными полями совхоза «Родина» на Орловщине.

Николай КАРДАШОВ

Лискинский район, Воронежская область

- Так оно и было, - вспоминает с улыбкою Вячеслав Фёдорович. – После армии приезжаю в Управление сельского хозяйства Лискинского района. Его начальником в те годы был Николай Михин. Посмотрел на меня оценивающе Николай Иванович и на выбор два хозяйства предложил – колхозы «Донской» и «Новый мир». «Мир» тот - названием своим, что ли сразу на сердце лёг. Оформил мне Михин направление, руку пожал: «В Давыдовке подскажут, как Ермоловку с твоим «Новым миром» найти». В Давыдовке, кого ни спрошу, плечами пожимают и в Почепское направляют. Добрался до Почепского, а там говорят: «Да тебе, парень, в Вертушку нужно, что недалеко от Давыдовки – вроде там «Новый мир». Недоумеваю: «Новый мир» и «Вертушка» какая-то… Колхоз-то в Ермоловке должен быть. На второй лишь день нашёл село со своим хозяйством.

Позже узнал: Ермоловку «Вертушкою» прозвали за то, что по-над берегом извилистой речки одиннадцать километров вьётся-вертится село.

Но не думал тогда нынешний Заслуженный работник сельского хозяйства Российской Федерации, Почётный гражданин Лискинского района и лауреат районной «Книги Почёта» в номинации «Маяки сельской нивы» Вячеслав Галкин, что в той «Вертушке», не ставшей ещё Ермоловкой, и самому ему придётся отчаянно вертеться не один год, чтобы село избавилось от легкомысленного, унижающего прозвища. И чтобы хозяйство его судьбы, наречённое теперь достойным именем села, зауважали не только в Лискинском районе, но и всей Воронежской области и даже за её пределами.

Вячеслав Галкин. Фото Николая Кардашова

- Первые годы, - вспоминает Вячеслав Фёдорович, - за световой день заскакивал домой минут на десять-пятнадцать, чтобы пообедать наскоро… Спасибо жене Аннушке за труд её великий и терпение: успевала и в колхозе, и дома управляться да сыновей – Андрея и Серёжку – материнской лаской обогреть…

Гореть работою молодого инженера подталкивали и родительские крестьянские гены: отец-тракторист Фёдор Иосифович и мама Ольга Сергеевна всю жизнь от зари до зари трудились на колхозных полях, поручив восьмерых детей под пригляд бабушки Кули. А она всех своих внучат«галчат» сызмальства к главной крестьянской мудрости подвигала. «Труд, - не уставала повторять, - кормит не только тело, но и душу, делает её добрее и чище».

А «Новый мир» Вячеслав Галкин, как оказалось, выбрал себе будто в самонаказание. Мир-то новый, на дворе век двадцатый, а в хозяйстве нищеты застарелой – хоть пруд пруди. Гаражи – развалюхи. Склады на боку лежат, контора-барак по окна в землю вросла. В кассе колхозной – и конь не валялся. Как тут технику обновишь, если хозяйство в хвосте районных сводок волочится? Сменяющиеся, будто времена года, председатели в крестьянском радении замечены не были. Разуверившиеся в переменах люди рукой на всё махнули, принимая разруху как долю.

С хиреющим хозяйством и село хирело, забывая исконное имя своё. На улицах – грязь непролазная с унылыми домишками по косогорам. Школа, клуб, магазин – всё на ладан дышало. От мира нового – одно название на облезшей конторской вывеске. «Какой же он новый, - «заводил» себя раздумьями главный инженер, - если клячи-коровы слёзы вместо молока дают. А трактористы утлую технику по седьмому разу клепают-латают под дождём да на морозе».

Не всё зависело от молодого специалиста, а «первые лица» - председатели – оказывались временщиками, работающими по принципу: «После нас хоть потоп».

Амбициозный Вячеслав Галкин пришёл сюда не на «потопы» любоваться, а настоящий новый мир строить. За недлинные годы «инженерства» построил тёплые мехмастерские, автозаправку, ангары и бетонную площадку для хранения техники. И в ноябре 1987-го – будто снег на ещё не седую горячую голову: бюро райкома по предложению секретаря Виктора Шевцова принимает решение назначить Вячеслава Галкина и.о. председателя «Нового мира». А через три месяца общее собрание колхозников дружным лесом рук называет его председателем без «и.о.» - так неразборчивая до этого «Вертушка» приняла Галкина за своего.

Теснить из хозяйства нищету новому председателю пришлось сразу со всех углов крестьянской жизни.

- Я и сейчас благодарю судьбу за то, что предложила мне в учителя мудрых людей – руководителей хозяйств Василия Кузнецова, Александра Честикина, Ивана Стаканова, Петра Тищенко, Николая Руденко, тепло вспоминает Вячеслав Фёдорович. – И прежде всего главу района Виктора Шевцова с его экономической прозорливостью и неимоверной работоспособностью. Я буквально впитывал каждое слово этих людей и спешил сделать в Ермоловке то, что уже было у них. Но в ужас меня приводили 3,2 миллиона колхозного долга государству. Но Иван Яковлевич Стаканов поддерживал меня афоризмом собственного изобретения: «Чем больше у колхоза кредитов, тем лучше работает председатель». И то правда: это сейчас банковские кредиты – кабала, а тогда государство было роднёй колхозов, и его деньги не в «чёрную дыру», как сейчас говорят, улетали, а на людей работали. Судите сами: за четыре года мы построили новые коровники, механизированный ток с элеватором на пятьсот тонн зерна, свинарник, технику обновили… И долги наши государство нам простило. И это правильно – мы же продовольственную безопасность родной для нас страны укрепляли.

Укрепляя базу, понимал дальновидный Вячеслав Галкин, что нельзя понятия «колхоз» и «люди» отделять друг от друга – это один живой организм. Потому и тратами на «социалку» не скупился: стал строить школу, детсад на пятьдесят мест с возможным расширением до девяноста, магазин, Дом культуры, амбулаторию, асфальтом улицы покрыл, газ вдоль домов протянул. В первый же год шесть семей доярок и механизаторов в новые дома вселил. И сделал себе правилом: каждый год строить колхозникам не менее пяти квартир. По четыре-пять автокранов одновременно работали на стройках в хозяйстве.

А добро добром и аукается. Теплее люди стали и в работе, и в общении.

- Начал работать, - возвращается в прошлое мой собеседник, - коровы едва по две тысячи литров молока нацеживали в год. Посоветовался с нашими специалистами, и решили: негоже на неэффективных нетелей из других хозяйств деньги тратить, нужно выращивать свою элиту. Сначала колхоз получил статус репродуктора.

А теперь вот восьмой год ООО «Ермоловское» – племзавод. Селекцией и воспроизводством занимается умнейший наш главный зоотехник Александра Новикова. Я её «директором большого молока» называю, и даже с пенсионного отдыха в хозяйство попросил вернуться. За нашим молодняком едут теперь из Тамбовской, Курской, Липецкой и даже Астраханской областей. С наукой стали крепко дружить: Всероссийский институт животноводства к нам на фермы пригласили.

Под руководством профессора, доктора наук В.М.Дуборезова к каждой бурёнке стали индивидуальный подход применять. У каждой – свой «шведский стол»: специальные добавки в корма, премиксы…В мини-цехе по производству кормов до восьми ингредиентов добавляем по рецептам учёных.

На фермах – сплошная автоматика. Танки-охладители с молокопроводом на фермах установили - доярок избавили от таскания тяжёлых фляг и продукцию сделали на порядок качественнее. Наше молоко, охлаждённое до четырех градусов, можно везти хоть за триста километров – оно не испортится. И контролируем его на отсутствие антибиотиков, микроорганизмов в собственной современной лаборатории.

Кормовая база? Мощная и стабильная. Вон машины из Бобровского района подъехали – у нас силос берут.

А ещё гордимся тем, что специализируемся на выращивании элитных семян. Посмотрите в наших амбарах: ячмень, пшеница, горох - всё зёрнышко к зёрнышку… Со своей «коровьей» элитой да с научным подходом к бурёнкам воспрянули и доярки «Нового мира». В нынешнем году Надежда Новикова, Галина Емцева, Елена Богданова, взяв по группе «своих» первотёлок, уже приближаются к шести тысячам литров надоев. А Надежда Ивановна за девять месяцев успела получить 221 тонну «валовки»! А коровы Оксаны Торбущенко в прошлом году на семь тысяч литров молока расщедрились.

О средней зарплате в хозяйстве у Вячеслава Фёдоровича не спрашиваю: оба понимаем, что «средняя» цифра – госпожа лукавая.

«Мне не жалко платить добросовестным и ответственным людям, таким как заведующий МТФ Николай Шарков, поднявшийся в должности из рядовых колхозников. Или механизаторы Георгий Савин, Михаил Солодин, Александр Сенцов – они и более сорока тысяч рублей получают. А у лауреата районной Книги Почёта доярки Надежды Савиной при надоях свыше семи тысяч литров зарплата и за тридцать пять тысяч переваливала. Но и это не предел, зарплату людям нужно повышать, иначе на земле некому будет работать. Но как только станешь повышать, государство тут как тут, требует: на каждый выплаченный рубль отдай пятьдесят процентов налогов. Да вот вам «говорящая» статистика: если в 2012 году мы заплатили 34,7 процента от начисленной зарплаты, то в 2013-м должны отдать разным фондам уже 42,6 процента. Комментировать нужно? А ведь в охаянные советские времена, когда я только начинал, крестьян никакими налогами не облагали».

В сухих ангарах Вячеслав Фёдорович показывает исключительно импортную высокопроизводительную и экономичную технику («Своё-то тракторостроение в России угроблено»). Но тут за державу ему обидно. «Был, - рассказывает, - в Дании в гостях у тамошнего фермера. Он купил трактор John Deere за 3,5 миллиона в переводе на рубли, а я за семь. Пришлось две тысячи тонн пшеницы продать, чтобы один трактор купить – ещё и не хватило. Вот вам и ВТО!».

И такие государственные «заботы» о крестьянах называет Вячеслав Фёдорович:

- Мы с 2009 года берём кредиты в «Россельхозбанке», возвращаем каждый раз вовремя. Но вот все коммерческие банки ставки по кредитам снизили, а государственный банк по-прежнему даёт нам под 17 процентов. И как тут развиваться селу?

Или ещё вот: мы процентную ставку по банковским кредитам платим, а нам её лишь обещают компенсировать, но не гасят. От вступления России в ВТО я ждал снижения цен на импортную сельхозтехнику, даже покупку двух тракторов отложил. Но снижения таможенных пошлин не произошло… А я так вижу роль государства по отношению к своему крестьянину-кормильцу. Оно должно мне сказать: «Галкин, произведи мне столько-то молока, вот столько зерна, а я куплю его у тебя по такой-то цене». Вот тогда все мои риски будут оправданы, спекулянты-перекупщики мне не нужны будут, а моя продукция в магазинах станет гораздо дешевле.

Угнетает крепкого хозяйственника Вячеслава Галкина и диктат монополистов:

- Цена киловатта электроэнергии на выходе Нововоронежской АЭС – девяносто копеек. А с нас поставщики лупят по шесть рублей 45 копеек. Где же тут государственность? Или взять недра – газ, нефть. Я так считаю: те, кто к ним присосался, должны отдать селянам хотя бы пять процентов - тогда бы никакая господдержка нам не нужна была.

…Слушаю «человека с характером» Вячеслава Галкина, и на память почему-то приходит крылатое выражение: «Дайте мне безмятежность, чтобы принять неизбежное. Смелость, чтобы изменить то, что может быть изменено. И мудрость, чтобы знать эту разницу!..»

И думается: а превращение нищей «Вертушки» в уважаемую Ермоловку – разве это не мудрость лучшего агрария района и области Вячеслава Галкина? И смелости ему по-прежнему хватает. Не только, чтобы иметь своё характерное мнение «за державу», но и чтобы менять то, что «может быть изменено». Только вот с безмятежностью он где-то разминулся. Может, когда искал в 70-х никому тогда неизвестную Ермоловку.