Сельское хозяйство
Наука и производство. Теряем самое ценное, что имеем
28.05.2005 00:00
Стержнем земледелия и его эффективности является селекция растений. Не так давно в этой области нашими учеными были созданы мировые шедевры, равных которым практически не было. А что же происходит в самой наукоемкой части аграрной науки сегодня? На эту тему в сегодняшнем номере «Коммуны» выступает профессор Владимир Шевченко, ныне заведующий кафедрой селекции Воронежского агроуниверситета: «Месяц назад прошло заседание коллегии Главного управления АПК области. Речь шла о состоянии и перспективах развития семеноводства...
Нет сомнений в том, что стержнем земледелия и его эффективности должна являться селекция растений. Не так давно в этой области нашими учеными были созданы мировые шедевры, равных которым практически не было. А что же происходит в самой наукоемкой части аграрной науки сегодня? На эту тему выступает профессор Владимир Шевченко, ныне заведующий кафедрой селекции Воронежского агроуниверситета. В 70-е годы прошлого века им был организован в Каменной степи Центрально-Черноземный селекционный центр, под его руководством развернулась работа по важнейшим сельскохозяйственным культурам. Коллектив селекцентра за короткий период сумел сделать настоящий «прорыв» в селекции.
Месяц назад прошло заседание коллегии Главного управления агропромышленным комплексом Воронежской области. Речь шла о состоянии и перспективах развития семеноводства сельскохозяйственных культур в регионе.
Как участник коллегии, я задал себе вопрос: «А почему только семеноводство? А какое положение с сортами? И почему ни в зале, ни в президиуме нет наших прекрасных селекционеров по ведущим сельхозкультурам зоны? Почему в зале нет заслуженных деятелей науки РФ А.Торопа, создавшего уникальные короткостебельные сорта озимой ржи с потенциалом 80 и более центнеров с гектара, В.Фомина, осуществившего настоящий прорыв в селекции гороха? А где авторы сортов яровой пшеницы, потеснившие знаменитые сорта саратовской селекции, которые в течение почти 50 лет господствовали в нашем регионе?..
Список можно продолжать. Всем им надо было поклониться в пояс и сказать огромное спасибо за их бескорыстный и почти бесплатный в течение почти полутора десятка лет труд. Вообще, большое удивление вызывает так называемое решение коллегии. Вместо того, чтобы обсудить проблему привлечения финансовых средств для успешной работы по селекции сортов и их семеноводству, руководство коллегии огульно обвиняет тех же селекционеров за свои собственные прегрешения. Как, например, Воронежский госагроуниверситет имени К.Д.Глинки может «усилить работу по внедрению новых, конкурентоспособных сортов и гибридов сельскохозяйственных культур, а также ведению первичного семеноводства», если уже более 10 лет на науку в вузе вообще не выделяется средств ни Федерацией, ни областью?
Все перевернуто с больной головы на здоровую. Такого непрофессионализма за 40 лет моей работы в области я не видел. А почему бы не провести слушание этого вопроса в селекцентре? Пригласить оставшихся специалистов в области селекции, руководителей бывших семеноводческих хозяйств, которые составляли гордость области.
Я специально заехал в Каменную степь. И тогда, после увиденного и услышанного на коллегии, на ум пришли слова Российского гения А.С.Пушкина: «Не дай нам Бог сойти с ума». И мне, как первому руководителю этого селекцентра, было горько и тяжело смотреть, как гибнет твое детище.
Прекратил функционировать фитотрон с камерами искусственного климата и боксовыми теплицами, строительство которого теперь бы обошлось в несколько сотен миллионов рублей. Он позволял выращивать два-три урожая в год (один в поле, второй-третий в теплицах с регулируемым микроклиматом). Научное оборудование, приобретенное в 70-е годы, не обновляется. Наступила информационная блокада, так как перестала поступать иностранная и даже отечественная литература. Нет средств на рассылку семян новых сортов на госсортоиспытание. Нечем оплатить пошлину Госкомиссии за испытание сортов и гибридов, на создание которых уже ушло 7-10 и более лет, а иногда и жизнь селекционера. Возникла совершенно парадоксальная ситуация: сорт – мощнейший ресурс, мощное средство производства, могущий приносить огромные прибыли – как бы не имеет ценности. И, главное, это никого не волнует.
Но ведь продовольственная безопасность страны напрямую и, в первую очередь, связана с положением дел в производстве продовольственного зерна и фуража. Продовольственная безопасность в мире подсчитывается по двум критериям. Первый показывает запас зерна на 60 мировых дней. То есть зерна, которого должно хватить на пропитание всей планеты в течение 60 дней. Это примерно 17 процентов зерна от его годового потребления. Зерновые монополисты и мировой рынок за этим очень зорко следят. Как только зерна становится меньше 17 процентов, то сразу поднимаются мировые цены. А они постоянно растут и будут продолжать расти.
Второй критерий отражает производство зерна на одного человека. Оптимальной считается тонна зерна на человека. И по первому, и по второму критериям в мировом рынке мы обеспечены только на 40-45 процентов. Это уже становится опасно. С потерей продовольственной безопасности теряется и национальная безопасность. А этого допускать просто нельзя.
В условиях экономического кризиса в сельском хозяйстве и зарождения рыночных отношений ориентация селекции на создание сортов, приспособленных к местным условиям, очень актуальна. Время универсальных сортов прошло. Сорта должны иметь агроэкологическую адресность, приспособленность к местным почвенно-климатическим условиям и особенностям технологии возделывания. Эта задача может быть решена лишь при тесной взаимосвязи селекционного, сортоиспытательного и семеноводческого процессов. Такой механизм в области был. Но сейчас он разрушен.
Законодательные органы Российской Федерации вроде бы не игнорируют этот важнейший для государства круг вопросов. Так, разработаны и приняты два закона – «Закон о селекционных достижениях» и «Закон о семенах». Тем самым создана правовая основа для возрождения уникальных достижений отечественных селекционеров, имеющих мировую славу. Но только параграфами закона остановить падение производства зерна нельзя.
К сожалению, эти законы не работают. И положение в цепочке «элитное семеноводство – внутрихозяйственное семеноводство» иначе, как катастрофическим, назвать нельзя. Семена элиты зерновых культур, производимые опытно-производственными хозяйствами НИИ, не находят сбыта из-за отсутствия у хозяйств – на покупку этих семян. Поля засеваются массовыми репродукциями, нерайонированными, нередко инорайонными сортами. В ряде районов высеваются до 50 процентов семян массовых репродукций. Естественно, там самая низкая урожайность. В посевах появились ранее не встречавшиеся болезни и вредители, что привело не только к снижению продуктивности, но и ухудшению качества продукции. В конечном итоге низкое качество хлебной продукции, отсутствие сырья для макаронной промышленности, остановка комбикормовой промышленности, и как следствие, продовольственная зависимость России от других стран и привели к дискредитации достижений отечественной сельскохозяйственной науки.
А ведь Центрально-Черноземным селекцентром при НИИСХ ЦЧП им. В. В. Докучаева, а также другими научными учреждениями Центрально-Черноземной зоны в решении проблем селекции и семеноводства зерновых и зернобобовых культур достигнуты заметные высоты. В них созданы новые ценные сорта практически всех возделываемых в зоне культур: озимой и яровой пшеницы, ржи, ячменя, гороха, проса, тритикале, кукурузы.
Остановлюсь только на основных результатах селекционной работы в селекцентре, предоставленных руководителем селекцентра Н.С. Агафоновым. Созданы и внесены в Государственный реестр сортов три сорта озимой пшеницы – Базальт, Круиз, Черноземка 88. Потенциал урожайности этих сортов в испытаниях составляет до 100 центнеров с гектара.
Озимой пшеницы ежегодно по разным причинам гибнет до 15 процентов, а в неблагоприятные годы даже до 50 процентов. Поэтому селекцентр развернул большие работы по яровой пшенице, как страховой продовольственной культуре. Созданы хорошие и пластичные сорта твердой яровой пшеницы – Светлана, Воронежская 7, Степь 3 с потенциалом продуктивности 50 центнеров с гектара, а районированный в Воронежской области сорт сильной яровой пшеницы Крестьянка достигал урожайности 70 центнеров с гектара. Он рекомендуется в первую очередь для пересева погибших озимых.
В дополнении к этому еще в 1996 году районирован новый сорт мягкой пшеницы Воронежская 10. Это крупный селекционный успех, так как почти пять десятилетий в нашей зоне «властвовали» сорта Саратовской селекции. Сорт устойчив к засухе с урожайностью до 50 центнеров с гектара. Посевы этих сортов в дополнении к озимым сортам пшеницы смогут решить проблему производства продовольственного зерна не только для области, но и сама область могла бы стать крупным экспортером зерна. В том числе по твердой пшенице. Сегодня сортами селекцентра засевается уже 66 процентов посевов.
Особенно крупные достижения по селекции озимой ржи. В селекцентре были созданы сорта ржи мирового уровня. Так, сорт короткостебельной ржи Таловская 15 был вторым в мире сортом после знаменитого сорта Чулпан (Башкирия). На его смену пришли в разные годы Таловская 29, Таловская 31, Таловская 33, которые успешно проходят испытание с потенциалом урожайности до 80 центнеров с гектара. Этими сортами засеваются почти 80 процентов площадей.
В настоящее время селекционеры работают над созданием гибридной ржи.
Успешно развивается работа по гороху. Сорта Битюг, Таловец 50, Таловец 55, Таловец 65, Таловец 70 были созданы и районированы буквально за десяток лет. Урожайность их достигает 50 центнеров с гектара, а содержание белка 25-26 процентов. Они уже занимают основные площади посевов гороха в области.
Селекционный центр и автор этой статьи почти три десятка лет ведут работу по селекции нового зернового злака – тритикале. Эту культуру специалисты считают злаком третьего тысячелетия. Только в прошлом пятилетии были районированы Курская степная, Тальва 100 и Привада с потенциалом урожайности до 90 центнеров с гектара. Впервые в истории селекции районирован яровой тритикале Укро (совместно с Украиной).
В активе селекцентра и отдела селекции ВГАУ есть немало сортов кукурузы, проса, суданки. Но идет время, а встречного движения со стороны управления сельского хозяйства области нет. Еще остается малая надежда сохранить великий дар – селекционный потенциал региона. Потенциал, которым может похвалиться не более 5-6 областей России. Так и хочется стать на колени и сказать: «Спаси и сохрани». Но обратиться, кроме Бога, не к кому. Как мы могли допустить такое? Владимир ШЕВЧЕНКО,
заведующий кафедрой селекции
Воронежского государственного
аграрного университета,
профессор.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
