Культура
Джульетта и комиссар
23.01.2014 09:24
При Отделе культуры Борисоглебского района Воронежской области в годы хрущёвской «оттепели» существовал автоклуб на колесах. Актриса Зоя Семёнова всю жизнь гордилась тем, что спасла свою труппу.
Время и судьбы || Актриса Зоя Семёнова всю жизнь гордилась тем, что спасла свою труппу
При отделе культуры Борисоглебского района в годы хрущёвской «оттепели» существовал автоклуб на колесах. Актёры местного театра и участники художественной самодеятельности в компании с лектором ездили по сёлам.
Одиннадцать лет назад, когда я впервые оказался в этом городе, директор театра имени Н.Г.Чернышевского Владимир Мальшин привёл меня в гости к актрисе Зое Семёновой – одной из участниц тех давних поездок.
Теперь обоих нет в живых.
Виталий Черников
– У нас была полуторка, в ней установили три скамейки, на которых мы, актёры, сидели всю дорогу, - рассказывала Зоя Николаевна. – А сзади были сложены декорации. Ездили мы и в дождь, и в грязь, и в мороз. Однако, хочу признаться, я как актриса испытывала от своих выступлений в сёлах даже большее удовольствие, чем от спектаклей в Борисоглебске. Разве забыть миг, когда простая крестьянка идёт навстречу с букетом цветов? Часто выступали прямо в поле. Сценой становились два соединенных кузова грузовиков. Бывало, не начинали до поздней ночи – ждали, когда коров подоят…
Лопе де Вега, «Собака на сене». Зоя Семёнова в роли Дианы.
В Борисоглебск Зоя Николаевна приехала в сентябре 1955 года: её муж Андрей Мансуровский был назначен директором театра. Жить им пришлось в соответствии с местной традицией прямо в здании.
- Сама я москвичка, - вспоминала Семёнова. – На сцене – с 1939 года. Во время гастролей с Мичуринским театром в 1941 году под Киевом застала война. Шла непрерывная бомбежка... Вырваться нашей труппе удалось буквально вместе с последним эшелоном... Из Прилук до Мичуринска две недели добирались. В 1943 году работала в Николаевском театре, выступала в составе прифронтовой бригады...
В Борисоглебске Зоя Семенова быстро стала одной из ведущих актрис. Участвовала в «Грозе», «Бешеных деньгах», «Собаке на сене», «Зыковых», запомнилась многим как шекспировская Джульетта.< Однажды её партнёром стал легендарный вахтанговец Андрей Абрикосов, приехавший на гастроли как участник спектакля «Одна».
По-видимому, среди наиболее близких Семёновой была роль Комиссара в «Оптимистической трагедии» Всеволода Вишневского.
«В её исполнении комиссар - не огрубевшая, лишенная характерных особенностей пола, сухая женщина, - писал рецензент В. Разумов («Борисоглебская правда», 10 февраля 1959 года). – Это натура эмоциональная, огромной внутренней собранности и силы, коммунистка, погибшая героиней. Мягкий, спокойный голос, уверенная поступь, на все пуговицы застёгнутая кожаная куртка… Отказавшись играть «под мужчину», З.Семенова, казалось, выпустила из рук возможность придать убедительность борьбе комиссара с шайкой разнузданных анархистов, однако чем дальше развертывались события, тем определённей верилось, что женщина победит: на её стороне умение разбирать характеры, светлый гуманизм и неразрывность с идеями партии. Последней произнесённой фразой: «Держите марку военного флота!» - передаёт комиссар эстафету борьбы людям, которых она вывела из идейного тупика, из мрака бесперспективности. В этом оптимизм трагедии!».
Спектакль был задуман как подарок к XXI съезду КПСС и, в отличие от многих постановок, готовился несколько месяцев. Зав. бутафорским цехом Осколкин признавался: «Объём работы по бутафории на этот спектакль очень большой, и одному человеку, при всём желании, выполнить невозможно. Достаточно сказать, что к спектаклю необходимо делать более 80 вещей, из них только одних винтовок более 20 штук. Меня обвиняют в медлительности в работе, но ведь все знают, что в бутафорском цехе нет никаких инструментов, за исключением рубанка, да и тот негоден. Большую часть работы приходится выполнять перочинным ножом».
Репетиции шли несмотря на то, что дирекция долго не могла найти актёра на роль Сиплого, главного злодея в пьесе. Когда работа затянулась, ситуация была вынесена на обсуждение партийной первички. Протокол сохранил жёсткое выступление Семёновой, вжившейся в роль Комиссара:
- Репетиции проходят вяло, отдельные акты повторяются по несколько раз, актёры слов не знают. Просто скучно стало на сцене. Почему так? А потому что главный режиссёр т. Нимциг не требует от актёров настоящей дисциплины, не добивается сплочённости внутри творческого коллектива. Ведь стыдно сказать, что красноармейцы из военной части и то серьёзнее относятся к репетициям, чем актёры. Кто думает о шахматах, а кто буквально спит… Этот спектакль должен выйти своевременно, для этого необходимо немедленно мобилизовать всех работников театра.
На собраниях она – среди самых активных. Разумеется, позиция актрисы объяснялась и её статусом. Жена директора могла позволить себе высказываться по насущным вопросам гораздо жёстче, чем рядовая актриса, приехавшая на сезон. Это Семёновой ещё припомнят.
В ноябре 1964 года худсовет будет решать вопрос о перетарификации актрисы. Один из коллег, как раз в тот год блиставший в образе Короля Лира, выскажется сурово: - Товарищ Семёнова была тарифицирована на эту ставку, пользуясь правом своего мужа... Я видел её в спектакле «Хищница», где она не проявила себя актрисой.
Насколько справедливы были эти слова? Вот для сравнения оценка воплощённого Семёновой образа в «Хищнице» по роману Бальзака, данная рецензентами «Коммуны»:
«Очень интересно играет Флору Бразье артистка З.Семёнова. За цинизмом и продажностью своей героини, за её моральной опустошённостью она сумела показать трагедию девушки, растленной окружающей средой, девушки, молодость и красота которой служат средством для достижения главного – за что сшибаются все окружающие её люди-шакалы – денег! С глубоким драматизмом играет Семёнова в последнем акте, когда круг замыкается, когда возлюбленный убит, и выход один – покориться ненавистному победителю в этой страшной схватке, самому крупному хищнику в этой своре – Филиппу Бридо».
Имел ли конфликт продолжение? Важный (хотя и чуточку курьёзный) факт: вскоре эти два артиста вышли на сцену, чтобы убедительно сыграть любовную драму. В «Цыгане» по роману А.Калинина задолго до выхода на телеэкраны одноименного сериала Зоя Семёнова играла Клавдию, а её оппонент Иван Гринько – Будулая. «Хотя спектакль назван «Цыган», главной героиней является русская женщинамать, такая же, как и тысячи других, вынесших все горести войны, честная, сильная, красивая лицом и духом. Именно такой глубокий образ создала артистка театра З.Н.Семёнова.
Клавдия поистине «сатана в юбке»: передовая колхозница, борец за справедливость, острая на язык, мужественная и в то же время женственная, любящая, умело воспитавшая двоих детей», – судя по газетному отклику, актриса передала героине многие черты своего характера. Удался и образ Будулая: актёр «создал образ цыгана гордого, честного, человечного и мужественного, человека трудной судьбы».
Ставил «Цыгана» новый главреж - Заслуженный деятель искусств Марийской АССР Иван Бабенко.
- Режиссёр – это вождь! – воскликнул он однажды на заседании худсовета.
Этот тезис Бабенко понимал буквально – и когда ставил спектакли о Ленине, неизменно играл его сам. К пятидесятилетию Октябрьской революции он поставил революционно-романтическую драму «Этих дней не смолкнет слава» о герое Гражданской Сергее Лазо. «В прологе Лазо встречается с Лениным. И мысли Ленина по ходу всего спектакля как бы присутствуют на сцене. Так что идейное содержание пьесы вне сомнений», рассказывал Бабенко на худсовете.
В декабре 1967-го главный режиссёр загорелся идеей перевести театр на новые условия работы, сделав его областным передвижным театром. Пока с базой в Борисоглебске, а там, глядишь, и удастся перевести его в другое место. Бабенко считал: местным властям театр в тягость. Семёнова была вполне солидарна с его мнением. Тогда же, кстати, в областном центре возникла идея о слиянии коллективов театров имени А.В.Кольцова и Н.Г.Чернышевского. Ни один из проектов не был реализован.
Когда у Бабенко после нескольких лет борьбы появилась возможность уйти, он это сделал. Зоя Николаевна осталась.
Вообще-то, однажды она всё-таки уехала в Воронеж: работала на телецентре ассистентом режиссера. Вернулась в Борисоглебск, трудилась на местном телевидении. Однако истинный актер, как бы удачно ни складывалась его карьера вне сцены, рано или поздно возвращается к своему ремеслу.
Семёнова с её характером не желала останавливаться на достигнутом и поступила на заочное отделение Московского института культуры. Занималась и общественной деятельностью как секретарь парторганизации театра. В начале 1970-х его судьба оказалась под большим вопросом: «Нас даже вызывали в обком партии и уговаривали, чтобы мы дали согласие на закрытие театра. Обещали взять пятерых, в том числе меня, в Кольцовский театр. Я ответила отказом».
Через некоторое время Семёновой предложили принять труппу в качестве главрежа. В этой должности она поставила восемь спектаклей. Успехом пользовались «А зори здесь тихие».
«С волнением следят зрители за развёртывающимися на сцене событиями, - писала «Коммуна» 19 мая 1972 года.– Они близко к сердцу принимают судьбы героев, их переживания. Игра актеров полностью захватывает сидящих в зале. Спектакль от начала до конца смотрится с большим интересом. Он является большой удачей режиссёра З.Семеновой и всего коллектива»... «Спектаклем большой веры» назвала постановку районка «Строитель коммунизма» - «веры в то, что происходит на сцене, веры в творческие силы театра». Запомнилась и комедия Карло Гольдони «Слуга двух господ».
«И когда зазвучал веселый галоп, а перед еще не поднявшимся занавесом стали появляться актеры в бархатных камзолах, широкополых шляпах, плащах и атласных платьях, - комедия положений сразу же заявила о себе, поселив в зрителях предчувствие спектакля смешного, трогательного и красочного. (…) Режиссер придал этой комедии форму легкого, чуть озорного представления, усилив демократизм и социальную направленность зрелища», - писала «Коммуна».
Когда в 1973 году главным режиссёром снова стал Бабенко, Семёнова вернулась к актёрской профессии. На сцене оставалась до 1988 года.
…В начале 1970-х, несмотря на творческие достижения, будущее чернозёмного БДТ оставалось туманным. Да, театр удалось сохранить, но жильём актёры так и не были обеспечены. 10 января 1972 года на производственном совещании Семёнова выступала с докладом о работе месткома. Протокол сохранил вопросы собравшихся: «Театр давно не получал квартиры. Ставился ли вопрос?», «В 35-м доме есть свободные квартиры. Почему пусты?»
В январе 1974-го о «муках борисоглебской Мельпомены» поведал на страницах журнала «Крокодил» его спец.корр Владимир Котенко. Завершался фельетон словами: «Ясно одно: если купец Мягков строил театр, нам его закрывать как-то неудобно».
Всё выглядит так, будто именно публикация в главном сатирическом журнале страны подтолкнула тех, от кого зависела судьба театра, к действиям. Меры были приняты оперативно – хотя вряд ли кто-то мог предположить, что они определят его историю на ближайшие десятилетия. 23 марта 1974 года директором стал Владимир Мальшин.
Источник: газета «Коммуна» № 9 (26225), 23.01.2014г.
